[Форум "Пикник на опушке"]  [Книги на опушке]  [Фантазия на опушке]  [Проект "Эссе на опушке"]


В. Яровицкий

Оглавление

  • ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ПСИХОЛОГИ.
  •   АНАНЬЕВ БОРИС ГЕРАСИМОВИЧ
  •   БЕРНШТЕЙН НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.
  •   БЕХТЕРЕВ ВЛАДИМИР МИХАИЛОВИЧ.
  •   БЛОНСКИИ ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ.
  •   БОЖОВИЧ ЛИДИЯ ИЛЬИНИЧНА.
  •   ВАГНЕР ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ.
  •   ВВЕДЕНСКИЙ НИКОЛАЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ.
  •   ВЫГОТСКИЙ ЛЕВ СЕМЕНОВИЧ.
  •   ГАЛЬПЕРИН ПЕТР ЯКОВЛЕВИЧ.
  •   ГАННУШКИН ПЕТР БОРИСОВИЧ.
  •   ГРОТ НИКОЛАИ ЯКОВЛЕВИЧ.
  •   ДАВЫДОВ ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.
  •   ЗАНКОВ ЛЕОНИД ВЛАДИМИРОВИЧ.
  •   ЗАПОРОЖЕЦ АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ.
  •   ЗЕЙГАРНИК БЛЮМА ВУЛЬФОВНА.
  •   КРАВКОВ СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.
  •   ЛАЗУРСКИЙ АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ.
  •   ЛАНГЕ НИКОЛАИ НИКОЛАЕВИЧ.
  •   ЛЕОНТЬЕВ АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ.
  •   ЛОМОВ БОРИС ФЕДОРОВИЧ.
  •   ЛУРИЯ АЛЕКСАНДР РОМАНОВИЧ.
  •   ОХОРОВИЧ ЮЛИАН ЛЕОПОЛЬД.
  •   ПАВЛОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ.
  •   ПЕТРОВСКИЙ АРТУР ВЛАДИМИРОВИЧ.
  •   РУБИНШТЕЙН СЕРГЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ.
  •   РЫБНИКОВ НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.
  •   СЕЧЕНОВ ИВАН МИХАЙЛОВИЧ.
  •   СМИРНОВ АНАТОЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.
  •   ТЕПЛОВ БОРИС МИХАЙЛОВИЧ.
  •   УЗНАДЗЕ ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ.
  •   УХТОМСКИЙ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ.
  •   ЧЕЛПАНОВ ГЕОРГИЙ НИКОЛАЕВИЧ.
  •   ШПЕТ ГУСТАВ ГУСТАВОВИЧ.
  •   ЭЛЬКОНИН ДАНИИЛ БОРИСОВИЧ.
  • ЗАРУБЕЖНЫЕ ПСИХОЛОГИ.
  •   АБРАХАМ КАРЛ.
  •   АДЛЕР АЛЬФРЕД.
  •   АЙЗЕНК ХАНС ЮРГЕН.
  •   АРИСТОТЕЛЬ.
  •   БЕРГСОН АНРИ.
  •   БЕРН ЭРИК.
  •   БИНЕ АЛЬФРЕД.
  •   БИНСВАНГЕР ЛЮДВИГ.
  •   БРЕЙЕР ЙОЗЕФ.
  •   БРЕНТАНО ФРАНЦ.
  •   БЮЛЕР КАРЛ.
  •   ВАЦЛАВИК ПАУЛЬ.
  •   ВЕРТГЕЙМЕР МАКС.
  •   ВУНДТ ВИЛЬГЕЛЬМ.
  •   ГАЛЬТОН ФРЕНСИС.
  •   ГЕЛЬМГОЛЬЦ ГЕРМАН ФОН.
  •   ГРОФ СТАНИСЛАВ.
  •   ДЖЕМС УИЛЬЯМ.
  •   ДИЛЬТЕЙ ВИЛЬГЕЛЬМ.
  •   ДЬЮИ ДЖОН.
  •   ЖАНЕ ПЬЕР.
  •   КЕЛЕР ВОЛЬФГАНГ.
  •   КЕЛЛИ ДЖОРДЖ АЛЕКСАНДР.
  •   КЕННОН УОЛТЕР БРЕДФОРД.
  •   КЕТТЕЛЛ РЕЙМОНД БЕРНАРД.
  •   КЛЯЙН МЕЛАНИ.
  •   КРЕЧМЕР ЭРНСТ.
  •   ЛАКАН ЖАК.
  •   ЛЕВИ-БРЮЛЬ ЛЮСЬЕН.
  •   ЛЕВИН КУРТ.
  •   ЛИНДЕМАНН ЭРИХ.
  •   ЛИРИ ТИМОТИ.
  •   ЛОМБРОЗО ЧЕЗАРЕ.
  •   ЛОРЕНЦ КОНРАД.
  •   МАК-ДУГАЛЛ УИЛЬЯМ.
  •   МАСЛОУ АБРАХАМ ХАРОЛЬД.
  •   МИД МАРГАРЕТ.
  •   МИЛЛЬ ДЖОН СТЮАРТ.
  •   МОРЕНО ДЖЕКОБ ЛЕВИ.
  •   МЭИ РОЛЛО РИЗ.
  •   ОЛПОРТ ГОРДОН.
  •   ПЕРЛЗ ФРИЦ.
  •   ПИАЖЕ ЖАН.
  •   РАНК ОТТО.
  •   РАЙХ ВИЛЬГЕЛЬМ.
  •   РОДЖЕРС КАРЛ РЭНСОН.
  •   САЛЛИВЕН ГАРРИ СТЭК.
  •   СКИННЕР БЕРРЕС ФРЕДЕРИК.
  •   СОНДИ ЛЕОПОЛЬД.
  •   ТОЛМЕН ЭДВАРД ЧЕЙС.
  •   ТОРНДАЙК ЭДВАРД ЛИ.
  •   УОТСОН ДЖОН.
  •   ФЕРЕНЦИ ШАНДОР.
  •   ФЕСТИНГЕР ЛЕОН.
  •   ФЕХНЕР ГУСТАВ ТЕОДОР.
  •   ФРАНКА ВИКТОР.
  •   АННА ФРЕЙД.
  •   ФРЕЙД ЗИГМУНД.
  •   ФРОММ ЭРИХ.
  •   ХОЛЛ СТЭНЛИ ГРЕНВИЛЛ.
  •   ХОРНИ КАРЕН.
  •   ЭББИНГАУЗ ГЕРМАН.
  •   ЭРИКСОН ЭРИК.
  •   ЮМ ДАВИД.
  •   ЮНГ КАРЛ ГУСТАВ.
  •   ЯСПЕРС КАРЛ.
  • ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
  • Содержание.

    ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ПСИХОЛОГИ.

    АНАНЬЕВ БОРИС ГЕРАСИМОВИЧ

    Борис Герасимович Ананьев родился 1 августа 1907 г. во Владикавказе. После окончания средней школы он поступил в Горский педагогический институт. В то время в институте работал доцент педологии Р.И. Черановский, который в 1925 г. организовал кабинет педологии. К научной работе в этом кабинете был допущен ряд студентов, интересовавшихся проблемами психологии и педагогики. В их числе оказался и Борис Ананьев, который со временем стал ассистентом Р.И. Черановского.

    В этом кабинете проводились исследования умственной одаренности детей, их психологических особенностей в разном возрасте. Дипломная работа Ананьева, выполненная под руководством Черановского, также затрагивала подобные проблемы. Она была посвящена исследованию эволюции миропонимания и мироощущения в юношеском возрасте.

    В сентябре 1927 г. Б.Г. Ананьев был направлен на стажировку в ленинградский Институт мозга, а в 1928 г., после завершения учебы во Владикавказе, окончательно переехал в Ленинград. Основными проблемами, занимавшими его в то

    время, были проблемы классификации наук и методов психологии, вопросы формирования психики. При этом молодой ученый выступал за принятие и использование теоретических выводов всех научных школ, ратовал за установление принципиальной и дружественной атмосферы в науке.

    Пытаясь поступить в аспирантуру Института мозга, Ананьев прочел на одной из конференций свой доклад «О социальной полезности музыканта (с психофизиологаческой точки зрения)». Доклад был посвящен музыке, ее власти над слушающими и ответственности исполнителя перед ними. Ананьев приводил также большое количество экспериментальных данных, подтверждающих теорию, сравнивал воздействие музыки с гипнозом. В марте 1929 г. он был принят в аспирантуру Института мозга.

    В начале 30-х гг. XX в. он стал заведующим лабораторией психологии воспитания, в то же время организовал в одной из школ Ленинграда психологическую службу. В его лаборатории проводились исследования характеров школьников, в которые были вовлечены многие учителя Ленинграда. На основе этих исследований и полученных эмпирических данных Б.Г. Ананьев написал свою первую монографию «Психология педагогической оценки», которая была опубликована в 1935 г.

    В 1936 г. исследования в области педологии были запрещены, А.А. Таланкин, заведующий сектором психологии Института мозга, был арестован и осужден, а через год Б.Г. Ананьев был избран на его пост. В том же 1937 г. он стал кандидатом педагогических наук.

    Из-за запрета педологии ему пришлось искать для себя новую сферу деятельности. Одним из направлений его исследований стала психология чувственного отражения. Он написал в этом русле несколько статей, основной мыслью которых была гипотеза о генезисе чувствительности. По его мнению, с самого начала индивидуального развития человека чувствительность выступает как функция целостного организма, а сенсорные процессы играют значительную роль в этом развитии.

    Кроме того, он обратился к истории отечественной психологии, пытаясь выразить свое собственное отношение к этому предмету. По мнению ученого, на историю науки необходимо опираться, чтобы идти вперед. Опыт предшественников он считал необходимым для дальнейшего развития собственных взглядов. В 1939 г. Б.Г. Ананьев защитил докторскую диссертацию, посвященную истории психологии.

    Когда во время войны Ленинград оказался в кольце блокады, весь Институт мозга был эвакуирован. Ананьев попал в Казань, а затем — в Тбилиси, где работал, как и многие психологи того времени, в психопатологическом кабинете госпиталя. Он наблюдал больных, перенесших тяжелый шок, и занимался восстановлением у них функции речи, утраченной в результате боевого ранения.

    В 1943 г. Б.Г. Ананьев вернулся в Ленинград, где возглавил образованную в Ленинфадском государственном университете кафедру психологии. Он сам подобрал большую часть преподавательского состава кафедры, организовал работу психологического отделения философского факультета. В это время он опубликовал большое количество работ, которые касались изучения осязания и других видов чувствительности, психологии речи, некоторых проблем детской психологии. Также Б.Г. Ананьев продолжал заниматься историей психологии и психологией личности. В 1947 г. он опубликовал монофафию «Очерки истории русской психологии XVIII—XIX вв.». В некоторых статьях отчетливо просматривалась его идея о связи формирования характера и познания человека человеком, о некоторых закономерностях формирования человеческого самосознания.

    На рубеже 1940—1950-х гг. Б.Г. Ананьев обращается к изучению нового направления, эмпирические основы которого были заложены в его работе в Институте мозга. Ученый занялся исследованием билатеральности мозга и его функций.

    В 1957 г. на торжественном собрании, посвященном юбилею Б.Г. Ананьева, ученый выступил с речью, в которой он обосновывал необходимость комплексных исследований человека, синтезирующих все существующие антропологические знания. Эту же мысль он выразил в статьях «Человек как общая проблема современной науки» и «О системе возрастной психологии», опубликованных в том же году. Однако эта идея в то время не была принята психологами.

    Активная деятельность ученого была приостановлена болезнью: в ноябре 1959 г. Ананьев перенес инфаркт. В следующее десятилетие своей жизни Борис Герасимович занимался исключительно научно-публицистической деятельностью, в 1962—1966 гг. он написал серию статей. В них он попытался реализовать замысел, возникший у него ранее, обобщил все исследования своих предшественников, а также свои собственные, обосновывая комплекс-ный подход в исследовании человека. Большое влияние на него оказал опыт предшественников, в первую очередь В.М. Бехтерева.

    В это же время Б.Г. Ананьев начал работу над книгой «Человек как предмет познания». Для этого в его лаборатории стали проводиться различные исследования. Первая группа этих исследований была посвящена изучению возрастной динамики психофизиологических функций у взрослых людей. Основой при этом послужил сравнительно-генетический метод, который давал возможность постоянно определять нормы развития взрослого человека различных возрастных групп.

    Вторая группа исследований, наоборот, концентрировалась на исследовании нескольких людей в течение пяти лет. Это позволяло изучить целостное развитие индивидуальности на протяжении длительного времени. Таким образом, две группы исследований дополняли друг друга, что позволило Б.Г. Ананьеву получить более глубокие представления о различных возрастных статусах, о роли отдельных факторов в общем развитии личности. С другой стороны, исследования первой группы давали основу для большей объективности исследований второй группы.

    В 1966 г. в Ленинградском университете был основан факультет психологии, включавший кафедры общей психологии, педагогики и педагогической психологии, эргономики и инженерной психологии Год спустя Б.Г. Ананьев стал деканом этого факультета. По его инициативе при ЛГУ был открыт Институт комплексных социальных исследований, а также лаборатория дифференциальной антропологии и психологии. Ученый активно участвовал в учебной и научной работе факультета. Он организовал такую совершенно новую форму обучения студентов, как творческие встречи с известными, маститыми учеными За время работы Ананьева на факультете в ЛГУ приезжали А.А. Смирнов, А.Н. Леонтьев, А.Р. Лурия, П.Я. Гальперин, ученые из Киева и Тбилиси.

    В начале 1970-х гг. Б.Г. Ананьев задумал коллективную книгу «Человек как предмет воспитания», однако выполнить задуманное ему не удалось. Он умер от инфаркта 18 мая 1972 г.

    Научное значение трудов Б.Г. Ананьева трудно переоценить Несмотря на то что ему пришлось отказаться от исследований в области педологии, ученый продолжил активную научную работу в различных областях психологии: от исторических основ науки до изучения чувствительности и некоторых психологических функций. Кроме того, Б.Г. Ананьев сделал многое и для дальнейшего развития психологической науки в стране, воспитания психологов. Как и другие великие ученые, он не до конца был понят современниками, однако впоследствии его научное наследие было оценено по заслугам.


    БЕРНШТЕЙН НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

    Николай Александрович Бернштейн родился в Москве 5 октября 1896 г. Его отец был известным российским психиатром, дед Натан Осипович — врачом, физиологом и общественным деятелем. В ю-ношеском возрасте проявились незаурядные способности будущего ученого: музыкальные, лингвистические, литературные, математические, инженерно-конструкторские и др. Он с легкостью изучал иностранные языки, играл на фортепиано

    Образование Н.А. Бернштейн получил в Московском университете. Сначала он поступил на историко-философский факультет, намереваясь посвятить себя филологии, но с началом Первой мировой войны перевелся на медицинский. Он попал в ускоренный выпуск: на войне нужны были врачи, и студентов, проучившихся четыре года, отправляли на фронт. Однако окончание университета пришлось на 1919 г., когда уже шла гражданская война. Н.А. Бернштейн был мобилизован в Красную армию в качестве военврача.

    После демобилизации в 1920 г. он некоторое время проработал психиатром в клинике В А. Гиляровского, но вскоре перешел в Центральный институт труда, где возглавил лабораторию биомеханики. Основной задачей, которую решала эта лаборатория, было изучение трудовых движений человека в естественных условиях с целью облегчения труда и повышения его эффективности До сих пор проблема регуляции движения человека решалась только одним способом: выключением лишних степеней свободы. Бернштейн предложил другое решение — непредсказуемую, складывающуюся по ходу движения ситуацию на периферии нужно отслеживать, предваряя изменения с помощью «опережающих коррекций». Таким образом, он понимал сенсорную коррекцию как неотъемлемый элемент двигательного акта, сравнимый по сложности с интеллектуальным процессом. То есть движение, по мнению ученого, — это не механическое выполнение команды, получаемой от нервной системы, процесс решения двигательной задачи

    Такие теории Н.А Бернштейна шли вразрез с идеями и замыслами А К. Гастева, основателя и руководителя Института труда, намеревавшегося конструировать движение, как конструируют машину, давая человеку любые двигательные установки. В 1925 г. Бер-нштейн оставил работу и перешел в Институт психологии, где проблема живого движения вызывала большой интерес. В 1926 г. вышел его капитальный труд «Общая биомеханика».

    Н.А. Бернштейн как человек с весьма разносторонними интересами написал множество работ, посвященных проблемам из области биологии, математики, кибернетики, медицины, музыки. Будучи прекрасным пианистом, он изучал закономерности музыкального обучения и творчества, посвятив этому ряд научных работ, в их числе «Исследования по биодинамике фортепьянного удара», изданные в 1930 г., «Современные данные о структуре нервно-двигательного процесса», выпущенные в 1939 г., а также глава «О технике игры на скрипке и фортепиано» в книге «О повторении движения».

    Главным оппонентом теорий Н.А. Бернштейна был И.П. Павлов. Их полемика тянулась долго, и как возражение Павлову Бернштейн написал книгу «История учения о нервном импульсе». Во Всесоюзном институте экспериментальной медицины в 1936 г. была запланирована их очная дискуссия. Но Павлов умер. Узнав, что его оппонент больше никогда не сможет ему ответить, Бернштейн отменил издание книги

    Изучая проблемы движения, Н.А. Бернштейн уделял большое внимание клинической медицине Он был прекрасным невропатологом, занимался восстановлением движений при различных заболеваниях и травмах нервной системы. Эти исследования позволили принципиально изменить представление о локализации функций в нервной системе, а также предложить эффективные приемы восстановления нарушенных функций, что оказалось очень важным для лечения раненых в период Великой Отечественной войны.

    В 1947 г. вышла монография Н.А. Бернштейна «О построении движений». Особое значение в этой теории занимает построение нейрофизиологической и неврологической структуры действий и навыков. Ученый считал, что в построении движений участвуют все уровни головного мозга.

    Низший, подкорковый уровень (А) представляет чистейшую физиологию. Он обеспечивает ту преднастройку мышечного тонуса, которая делает возможным осуществление двигательных актов различной сложности. Затем следует высший подкорковый уровень (В), на определенных стадиях филогенеза в животном мире он выполняет ведущую роль. У человека он подчинен кортикальным уровням, но его роль весьма велика. По двигательному богатству он, в определенных отношениях, превосходит высшие уровни. Этот уровень ведает движениями, в которых требуется точная согласованность ритмически повторяющихся во времени сложных движений, охватывающих все конечности и туловище (например, ходьба, бег, плавание и другие). По выражению Бернштейна, этот уровень «берет на себя всю внутреннюю черновую технику сложного движения», когда другой, вышележащий уровень обеспечивает приспособление к внешнему миру и внешним предметам.

    Первый среди кортикальных уровней построения движений (С), по мнению автора, представляет интерес уже не только для физиологов, но и для психологов. В его состав входят высший отдел подкорковых узлов и некоторые слои коры головного мозга (зрительное поле, осязательное поле и другие) Самый замечательный признак этого уровня — его объективированность. Он освобожден от влияния физиологии собственного тела, которое тяготело над предыдущими уровнями. Он приобрел точность и меткость в овладении пространством, заполненным объектами, имеющими размер, форму и массу. Движения уровня С имеют ясно выраженный целевой характер. Поэтому при болезненном распаде этого уровня страдают прежде всего произвольные движения.

    Следующий уровень действий (D) почти монопольно принадлежит только человеку. Именно здесь можно, по мнению Н.А. Бернштейна, увидеть начало слияния физиологического с психологическим, их взаимопереходы. Ведущий мотив в этом уровне заключается даже не в самом предмете, а в смысловой стороне действий с предметами, поэтому сенсорное поле здесь уже более сложно топологически. Уровень D обладает большой упражняемостью и высокой автоматизируемостью. Автоматизируются не смысловые элементы, а технические свойства выполнения действий. Для этого привлекаются нижележащие уровни вплоть до уровня С. Но в них предметный уровень не находит готовых сноровок, а должен их вырабатывать. Следовательно, эти высшие автоматизмы являются благоприобретенными.

    Выше уровня D лежит группа уровней Е. НА. Бернштейн считал, что они объединяют действия всех предыдущих уровней. Здесь формируются такие сложные действия-навыки, как пилотирование самолета, работа космонавта и другие. На этом уровне осуществляется сложная смысловая коррекция в соответствии с «желаемым будущим». Уровень Е ответствен за все виды речевой деятельности: музыкальную, хореографическую и другие. При его выпадении страдают эти высшие психологические виды деятельности. Монография «О построении движений» была впоследствии удостоена Сталинской премии.

    В 1950 г. во время объединенной сессии Академии наук СССР и Академии медицинских наук, известной как «павловская сессия», работы Н.А. Бернштейна были подвергнуты критике за «антипавловскую» направленность. Сам он вскоре был уволен из институтов и до конца дней уже не имел лабораторной базы для работы.

    Ученый не отказался от своих работ, а напротив, продолжал развивать собственные идеи. Друзья устроили его работать в реферативном журнале.

    Н.А. Бернштейн был реабилитирован в период хрущевской «оттепели». Его модели сразу же стали востребованы физиологами, кибернетиками и психологами. В начале 1960-х гг. он много общался с физиками и математиками, писал в кибернетические издания, выступал с лекциями на семинаре, организованном молодыми математиками, биологами и физиками.

    В это время начали формироваться основы того, что впоследствии получило название физиологии активности. В противовес изучению организма в покоящихся состояниях новое направление исследований, считал Н.А. Бернштейн, должно делать упор на активное поведение организма, преодоление им среды, а не приспособление к ней.

    В середине 1960-х гг. у него обнаружили рак печени. Ученый рассчитал оставшиеся ему немногие годы жизни, оставил лабораторию и занялся дальнейшей разработкой теоретических проблем физиологии активности, биологических аспектов кибернетики, много работал со своими учениками, консультировал лингвистов, математиков, деятелей искусства, физиологов и медиков.

    Н.А. Бернштейн умер в 1976 г. Он был разносторонне образованным человеком: работал на стыке психологии и физиологии, его теории посвящены проблемам из еще большего числа областей, его идеи используются в психологии, математике, биологии и физиологии, кибернетике. Изучая уровни построения движений, он пришел к созданию концепции физиологии активности. Его труды послужили примером и основой для творчества таких психологов, как Б.М. Ве-личковский, Ю.Б. Гиппенрейтер, В.П. Зинченко и многих других.

    БЕХТЕРЕВ ВЛАДИМИР МИХАИЛОВИЧ.

    Владимир Михайлович Бехтерев, известный русский невролог, невропатолог, психолог, психиатр, морфолог и физиолог нервной системы, родился 20 января 1857 г. в селе Сорали Елабужского уезда Вятской губернии в семье мелкого государственного служащего. В августе 1867 г. он начал занятия в Вятской гимназии, а поскольку Бехтерев еще в юности решил посвятить свою жизнь невропатологии и психиатрии, после окончания семи классов гимназии в 1873 г. он поступил в Медико-хирургическую академию.

    В 1878 г. окончил Медико-хирургическую академию в Петербурге, был оставлен для дальнейшего обучения на кафедре психиатрии у И.П. Мержеевского. В 1879 г. Бехтерев был принят в действительные члены Петербургского общества психиатров.

    4 апреля 1881 г. Бехтерев успешно защитил докторскую диссертацию по медицине на тему «Опыт клинического исследования температуры тела при некоторых формах душевных болезней» и получил ученое звание приват-доцента. В 1884 г. Бехтерев отправился в командировку за границу, где занимался у таких известных европейских психологов, как Дюбуа-Реймон, Вундт, Флексиг и Шарко.

    После возвращения из командировки Бехтерев начинает читать курс лекций по диагностике нервных болезней студентам пятого курса Казанского университета. Будучи с 1884 г. профессором Казанского университета на кафедре душевных болезней, Бехтерев обеспечил преподавание этого предмета устройством клинического отделения в казанской окружной лечебнице и психофизиологической лаборатории при университете; учредил Общество невропатологов и психиатров, основал журнал «Неврологический вестник» и выпустил ряд своих работ, а также работ своих учеников по различным отделам невропатологии и анатомии нервной системы.

    В 1883 г. Бехтерев был удостоен серебряной медали Общества русских врачей за статью «О вынужденных и насильственных движениях при разрушении некоторых частей центральной нервной системы». В этой статье Бехтерев обращал внимание на то, что нервные болезни часто могут сопровождаться психическими расстройствами, а при душевных заболеваниях возможны и признаки органического поражения центральной нервной системы. В этом же году его избирают в члены Итальянского общества психиатров.

    Наиболее известная его статья «Одеревенелость позвоночника с искривлением его как особая форма заболевания» была опубликована в столичном журнале «Врач» в 1892 г. Бехтеревым была описана «одеревенелость позвоночника с искривлением его как особая форма заболевания» (сейчас более известна как болезнь Бехтерева, анкилозирующий спондилоартрит, ревматоидный спондилит), то есть системное воспалительное заболевание соединительной ткани с поражением суставно-связочного аппарата позвоночника, а также периферических суставов, крестцовоподвздошного сочленения, тазобедренных и плечевых суставов и вовлечением в процесс внутренних органов. Бехтерев также выделил такие заболевания, как хореическая падучая, сифилитический множественный склероз, острая мозжечковая атаксия алкоголиков. Эти, а также другие впервые выявленные ученым неврологические симптомы и ряд оригинальных клинических наблюдений нашли отражение в двухтомной книге «Нервные болезни в отдельных наблюдениях», изданной в Казани.

    С 1893 г. Казанское неврологическое общество стало регулярно издавать свой печатный орган — журнал «Неврологический вестник», который выходил до 1918 г. под редакцией Владимира Михайловича Бехтерева.

    Весной 1893 г. Бехтерев получил от начальника Петербургской военно-медицинской академии приглашение занять кафедру душевных и нервных болезней. Бехтерев прибыл в Петербург и начал создавать первую в России нейрохирургическую операционную.

    В лабораториях клиники Бехтерев вместе со своими сотрудниками и учениками продолжал многочисленные исследования по морфологии и физиологии нервной системы. Это позволяло ему пополнить материалы по нейроморфологии и приступить к работе над фундаментальным семитомным трудом «Основы учения о функциях мозга».

    В 1894 г. Бехтерев был назначен членом медицинского совета Министерства внутренних дел, а в 1895 г. он стал членом Военно-медицинского ученого совета при военном министре и тогда же членом совета дома призрения душевнобольных.

    В ноябре 1900 г. двухтомник «Проводящие пути спинного и головного мозга» был выдвинут Российской академией наук на премию имени академика К.М Бэра. В 1902 г. он опубликовал книгу «Психика и жизнь». К тому времени Бехтерев подготовил к печати первый том работы «Основы учения о функциях мозга», которая стала его главным трудом по нейрофизиологии. Здесь были собраны и систематизированы общие положения о деятельности мозга. Так, Бехтерев представил энергетическую теорию торможения, в соответствии с которой нервная энергия в мозгу устремляется к находящемуся в деятельном состоянии центру. По мнению Бехтерева, эта энергия как бы стекается к нему по связующим отдельные территории мозга проводящим путям, прежде всего из вблизи расположенных территорий мозга, в которых, как считал Бехтерев, возникает «понижение возбудимости, следовательно, угнетение».

    Вообще, работы Бехтерева по изучению морфологии мозга внесли бесценный вклад в развитие отечественной психологии Его, в частности, интересовал ход отдельных пучков в центральной нервной системе, состав белого вещества спинного мозга и ход волокон в сером веществе, и вместе с тем на основании произведенных опытов ему удалось выяснить физиологическое значение отдельных частей центральной нервной системы (зрительных бугров, пред-дверной ветви слухового нерва, нижних и верхних олив, четверохолмия).

    Занимаясь непосредственно функциями мозга, Бехтерев открыл ядра и проводящие пути в мозге; создал учение о проводящих путях спинного мозга и функциональной анатомии мозга; установил анатомофизиологическую основу равновесия и пространственной ориентации, обнаружил в коре головного мозга центры движения и секреции внутренних органов и т.д.

    После завершения работы над семью томами «Основы учения о функциях мозга» особое внимание Бехтерева стали привлекать проблемы психологии. Бехтерев говорил о равноправном существовании двух психологии: он выделял субъективную психологию, основным методом которой должна быть интроспекция, и объективную. Бехтерев называл себя представителем объективной психологии, однако считал возможным объективное изучение лишь внешне наблюдаемого, т.е. поведения (в бихевиористском смысле), и физиологической активности нервной системы.

    Исходя из того, что психическая деятельность возникает в результате работы мозга, он считал возможным опираться главным образом на достижения физиологии, и прежде всего на учение об условных рефлексах. Таким образом, Бехтерев создает целое учение, названное им рефлексологией, которое фактически продолжило дело объективной психологии Бехтерева.

    В 1907—1910 гг Бехтерев опубликовал три тома книги «Объективная психология». Ученый утверждал, что все психические процессы сопровождаются рефлекторными двигательными и вегетативными реакциями, которые доступны наблюдению и регистрации.

    Для описания сложных форм рефлекторной деятельности Бехтерев предложил термин «сочетательно-двигательный рефлекс» Также он описал целый ряд физиологических и патологических рефлексов, симптомов и синдромов.

    Открытые Бехтеревым физиологические рефлексы (лопаточно-плечевой, рефлекс большого веретена, выдыхательный и др.) позволяют определить состояние соответствующих рефлекторных дуг, а патологические (тыльностопный рефлекс Менделя—Бехтерева, запястно-пальцевой рефлекс, рефлекс Бехтерева—Якобсона) отражают поражение пирамидных путей. Симптомы Бехтерева наблюдаются при различных патологических состояниях: спинной сухотке, седалищной невралгии, массивных мозговых инсультах, анги-отрофоневрозах, патологических процессах в оболочках основания мозга и т.д.

    Для оценки симптомов Бехтерев создал специальные приборы (альгезиметр, позволяющий точно измерять болевую чувствительность; барэстезиометр, измеряющий чувствительность к давлению; миоэстезиометр — прибор для измерения чувствительности и т.д ).

    Бехтерев также разработал объективные методы изучения нервно-психического развития детей, связь между нервными и психическими болезнями, психопатии и циркулярный психоз, клинику и патогенез галлюцинаций, описал ряд форм навязчивых состояний, различные проявления психического автоматизма Для лечения нервно-психических заболеваний он ввел сочетательно-рефлекторную терапию неврозов и алкоголизма, психотерапию методом отвлечения, коллективную психотерапию В качестве успокаивающего средства широко использовалась микстура Бехтерева.

    В 1908 г. Бехтерев создал Психоневрологический институт в Санкт-Петербурге и стал его директором. После революции в 1918 г. Бехтерев обратился в Совнарком с ходатайством об организации Института по изучению мозга и психической деятельности. Когда институт был создан, Бехтерев занял должность его директора и оставался им до самой смерти. Институт по изучению мозга и психической деятельности был впоследствии назван Государственным рефлектоло-гическим институтом по изучению мозга им. В.М. Бехтерева.

    В 1921 г. академик В.М. Бехтерев вместе с известным дрессировщиком животных В.Л. Дуровым проводил опыты мысленного внушения дрессированным собакам заранее задуманных действий. Аналогичные опыты проводились и в практической лаборатории зоопсихологии, которой руководил В.Л. Дуров при участии одного из пионеров мысленного внушения в СССР инженера Б.Б. Ка-жинского.

    Уже к началу 1921 г. в лаборатории В.Л. Дурова за 20 месяцев исследований было проделано'1278 опытов мысленного внушения (собакам), в том числе удачных 696 и неудачных 582. Опыты с собаками показали, что мысленное внушение необязательно должен проводить дрессировщик, это мог быть опытный индуктор. Необходимо было только, чтобы он знал и применял методику передачи, установленную дрессировщиком. Внушение проводилось как при непосредственном визуальном контакте с животным, так и на расстоянии, когда собаки не видели и не слышали дрессировщика, а он — их. Следует подчеркнуть, что опыты проводились с собаками, имеющими определенные изменения в психике, возникшие после специальной дрессировки.

    В 1927 г Бехтереву было присвоено звание заслуженного деятеля науки РСФСР. Умер великий ученый 24 декабря 1927 г.

    БЛОНСКИИ ПАВЕЛ ПЕТРОВИЧ.

    Известный российский философ, психолог и педагог Павел Петрович Блонский родился 14 (26) мая 1884 г. в Киеве, в семье мелкого чиновника. В 1902 г. он поступил на историко-филологический факультет Киевского университета, который окончил в 1907 г., получив золотую медаль за работу «Проблема реальности у Беркли».

    Студенческие годы Блонского совпали с революционным подъемом и первой революцией в России. Примкнув к партии социалистов-революционеров, он трижды подвергался аресту и тюремному заключению. Впоследствии, уже в июне 1917 г, он покинул ее ряды. Свою научную деятельность Блонский начал на кафедре психологии и философии Киевского университета. Здесь решающее влияние на него оказали лекции профессоров философии А.Н. Гилярова и Г. И. Челпанова.

    А.Н. Гиляров читал лекции по античной философии; особенное впечатление на Блонского произвела теория Плотина, который и стал его любимым мыслителем. Философскую концепцию Плотина Блонский избрал в качестве темы магистерской диссертации.

    Диссертацию Блонскому защитить не удалось, поскольку после Октябрьской революции ученые звания были отменены. Его книга, в которой нашла свое отражение практически вся его работа над магистерской диссертацией, «Философия Плотина» вышла в 1918 г.

    Знакомство с Г. И Челпановым сильно повлияло на судьбу Блонского — именно под его руководством он стал участвовать в психологических семинарах. Челпанов способствовал его переезду из Киева в Москву, где Блонский стал его аспирантом в Московском университете. Но впоследствии Блонский, настаивавший на том, что психология должна быть перестроена на основе марксизма, расстался со своим учителем.

    Материальное положение Блонского после Октябрьской революции было крайне тяжелое: научная деятельность практически не давала средств к существованию. Поэтому Блонский был вынужден перейти к практической работе в качестве преподавателя, что в какой-то мере давало необходимые средства к существованию, причем ему приходилось преподавать не только психологию, но и педагогику. Педагогика была для Блонского новым предметом, ему пришлось составить собственную программу курса, включив в него психологию и философию, преподавая эти предметы в максимально доступной форме.

    В 1922 г. Блонский был приглашен Н.К. Крупской в Научно-педагогическую секцию Государственного ученого совета для участия в составлении учебных программ для школы. Эта работа оказала на Блонского большое влияние, во многом определила эволюцию его взглядов в направлении марксизма.

    В годы гражданской войны Блонский активно работал: тогда были написаны такие его работы, как «Трудовая школа» (1919), «Реформа науки» (1920), «Очерк научной психологии» (1921).

    С 1918 по 1930 г. всего вышло свыше ста его работ. Среди них первые советские учебники для средней и высшей школы. Его статьи публиковались в США и Германии. В 1920 г. вышла его книга «Реформа науки». Она стала ярким свидетельством бурного периода развития советской философии и психологии. Она была насыщена духом тотального отрицания косных направлений в науке, многочисленных, по выражению самого Блонского, «атавизмов мысли».

    Категорически отрицая философский идеализм, Блонский признал связанную с ним идеалистическую психологию «мифологической наукой» и призвал к ее фундаментальной реорганизации. В это время в советской психологии отходит на второй план философская умозрительная психология, представленная Л.М. Лопатиным, С.Л. Франком, Н.О. Лосским, Н. Н. Лапшиным. Все еще остается достаточно влиятельной эмпирическая психология (Г. И. Челпанов, А.П. Нечаев, Ю.Ю. Португалов и др.). А естественно-научное направление (П.П. Блонский, В.М. Бехтерев, В.А. Вагнер и др.) уже приступает к реализации программы построения естественно-научной психологической науки на основе принципов объективизма, близких концепции объективной психологии, позднее — психорефлексологии Бехтерева. В книге «Реформа науки» Блонский провозглашает свое понимание предмета психологии: «Научная психология, — пишет он, — есть наука о поведении человека, то есть о движениях его как функциях некоторых переменных».

    В продолжение этих идей Блонский публикует в 1921 г. «Очерк научной психологии», где утверждаются принципы поведенческой, или объективной, психологии, ставшие основными для первого послереволюционного периода истории советской психологии.

    В «Очерке научной психологии» Блонский обобщает представления о предмете научной психологии и ее методах, характеризует общие черты поведения живых существ и человека; подробно останавливается на социально-экономических основах человеческого поведения, на формах инстинктивно-эмоционального и рассудочного поведения.

    В «Реформе науки» Блонский сформулировал важные для советской психологии мысли: «Научная психология есть социальная психология» и «Человек есть homo technicus». Человеческое поведение, считал он, «не может быть иным, как социальным», и, «с генетической точки зрения сопоставляя деятельность человека с деятельностью других животных, мы можем характеризовать деятельность человека как деятельность такого животного, которое пользуется орудиями».

    Советская психология в 1920-е гг. в трудах Блонского находила и всячески использовала идеи, связанные с внедрением материализма при исследовании психологических явлений, использованием объективных методов исследования, опиравшихся на принципы генетического подхода к человеческому поведению и сближавших психологию с жизнью и практическим переустройством общества.

    В 1924—1928 гг. Блонский стал одним из ведущих теоретиков педологии. Комплексный подход к развитию, характерный для педологии, весьма импонировал Блонскому.

    Характеристика детских возрастов являлась одним из направлений его педологических исследований. В 1920-е гг. возрастная периодизация сводится им в основном к биологическим признакам (развитие зубов, эндокринных желез, состав крови и т.п.). Все разнообразные особенности поведения ребенка, образующие «возрастной симптомокомплекс», объяснялись увеличением количества материи (ростом массы организма).

    Но впоследствии Блонский заявлял, что «характеристика каждой возрастной стадии должна быть комплексной: не какой-нибудь один признак, а своеобразная связь признаков характеризует тот или иной признак».

    Уже в 1928 г. начался вызванный разочарованием в этой отрасли науки отход Блонского от педологии. «Занятия педологией, — писал он в это время, — все больше и больше убеждают меня в поверхностности обычных педологических исследований. Стремясь углубить их, я все больше углубляюсь в психологию».

    Последний период научного творчества Блонского многие исследователи называют собственно психологическим. В это время он пишет книгу, полемизирующую с психоанализом как направлением в психологии, — «Очерки детской сексуальности».

    Книги Блонского «Память и мышление», «Развитие мышления школьника» и примыкающие к ним труды представляют собой обширный и незавершенный цикл работ, в которых Блонский дает диалектический анализ процессов памяти, восприятия, мышления и воли в связи с деятельностью человека в условиях обучения. Он формулирует генетическую, или стадиальную, теорию памяти, которая исследует память в развитии, вскрывает ее связь с речью и мышлением.

    В эмпирической психологии было принято выделять четыре разорванных, не связанных между собой и неподвижных видов памяти (моторная, аффективная, образная и вербальная). Блонский смотрит на них как на четыре последовательных ступени, каждая из которых имеет свои специфические законы. Он показывает, как память поднимается на более высокую ступень, приближается к мышлению: «Речь — та область, где память и мышление теснейшим образом соприкасаются настолько, что трудно подчас решить, что в речи принадлежит памяти, а что — мышлению: то и дело одно переходит в другое».

    В последних произведениях Блонского развитие памяти и мышления связывается с общим развитием человека. Блонский планировал реализовать программу исследовательских работ по изучению комплекса психических процессов — восприятия, памяти, мышления, речи, воли и чувств — в их единстве и развитии.

    Блонский пользовался среди студентов и коллег огромным уважением и популярностью, однако ему так и не удалось создать собственную научную школу, способную развить его идеи. Не последнюю роль в этом сыграли его личные качества: он вел очень замкнутый образ жизни. В последние годы из-за тяжелой болезни он нечасто появлялся на рабочем месте в Институте психологии. Из-за отсутствия живого общения, совместной творческой деятельности не сформировалась и школа, которая достойно продолжила бы дело учителя. Умер П.П. Блонский в феврале 1941 г., оставив после себя труды, навсегда вошедшие в фонд работ, заложивших основы современной научной психологии.

    БОЖОВИЧ ЛИДИЯ ИЛЬИНИЧНА.

    Лидия Ильинична Божович родилась в 1908 г. в Курске. В конце 1920-х гг. она приехала поступать во 2-й Московский государственный университет, где на вступительных экзаменах встретилась со своей будущей коллегой Л.С. Славиной.

    Во 2-м МГУ она познакомилась с Л.С. Выготским, который и предопределил направление ее научной деятельности. Будучи студенткой, она вместе со ставшими впоследствии выдающимися психологами А.В. Запорожцем, Р.Е. Левиной. Н.Г. Морозовой, Л.С. Славиной с непреходящим увлечением слушала лекции Выготского. Под руководством Л.С. Выготского она написала и защитила дипломную работу, посвященную подражанию.

    После смерти Выготского в 1934 г. исследования в области педологии стали считаться предосудительными, и Божович как верную ученицу Выготского уволили из Института психологии, куда она смогла вернуться только в 1948 г.

    Заслугой Божович является создание ею собственной оригинальной концепции личности, основанной на культурно-исторической концепции Выготского. Представления об активности, противопоставляемой реактивности, устойчивости и свободе личности составляли основу ее концепции личности.

    В монографии «Личность и ее формирование в детском возрасте» Божович под личностью понимает «человека, достигшего определенного уровня психического развития». Этот уровень распознается ею как состояние, когда «в процессе самопознания человек начинает воспринимать и переживать самого себя как единое целое, отличное от других людей и выражающееся в понятии «Я». Для того чтобы с полным правом называться личностью, по мнению Божович, человек должен иметь «собственные взгляды и отношения, собственные моральные требования и оценки, делающие его относительно устойчивым и независимым от чуждых его собственным убеждениям воздействий среды».

    Необходимой характеристикой личности, по мнению Божович, является «активность», заключающаяся в «сознательном воздействии на окружающую действительность, изменении ее в своих целях; способности управлять своим поведением, деятельностью и своим психическим развитием»

    Божович являлась не только крупным теоретиком, но и замечательным практиком: в течение 30 лет она руководила лабораторией психологии формирования личности в НИИ общей и педагогической психологии. Экспериментальные исследования, проводившиеся под ее руководством в этой лаборатории, применялись на практике в суворовских училищах, школах-интернатах, школах для трудных подростков

    Научные работы, выполненные сотрудниками лаборатории под руководством Божович, за 30 лет внесли огромный вклад в развитие как экспериментальной педологии, так и в развитие психологии в целом Так, эти работы были посвящены проблемам мотивации, проблемам обучения советских школьников; проблемам доминирования мотивов и направленности личности. Божович уделяла особенное внимание исследованию идеалов, высших чувств, произвольности, воли.

    Несмотря на порицание со стороны большинства советских ученых всяческого новаторства, сотрудниками лаборатории изучалась проблематика самосознания, самооценки, аффекта неадекватности и эмпатии, конформизма и устойчивости личности, что соответствовало проблемам, занимающим умы прогрессивных европейских психологов того времени.

    Тем не менее несмотря на всяческие репрессии, угрожавшие ей на протяжении всей жизни, Божович не пыталась встать на путь диссидентства. Она стремилась переделать советское общество в традициях европейского гуманизма. Так, совместно с Т.Е Коннико-вой Божович по-новому, с гуманистической точки зрения, пыталась взглянуть на проблемы пионерской организации, в частности на воспитание коллективизма. В их понимании коллективизм представлял собой альтруизм, доброту, сочувствие, сопереживание. Именно в это время сотрудниками лаборатории Божович было введено в лексикон отечественной психологии понятие «эмпатия». Сама же идея манипулирования ребенком во имя чего бы то ни было, пусть даже самых благородных идей, так часто и небезуспешно использовавшаяся пионерской организацией, коренным образом противоречила учению школы Божович

    Позиция Божович в те тяжелые для советской психологии времена разделялась далеко не всеми. Сама идея экспериментального изучения личности расценивалась и воспринималась исключительно как подверженность буржуазным веяниям в науке, что, само собой разумеется, никоим образом не соответствовало идеологизированному учению советских психологов.

    На протяжении всей жизни Лидия Ильинична Божович трудилась в насквозь идеологизированной обстановке, тем не менее ей удавалось изучать и включать в свои научные тексты запрещенные в то время идеи Фрейда, Роджерса, Хорни и других известных зарубежных психологов

    Умерла Л.И. Божович в 1981 г Основным вкладом школы Божович в психологию является ее метод, так и не исчерпавший себя до сих пор, по использованию экспериментального пути, хорошо зарекомендовавшего себя на практике и разработке на его основе собственных теоретических идей: от практики к теории Причем практически каждое эмпирическое исследование, предпринятое кем-нибудь из школы Божович, приводило к созданию собственной теории личности.

    ВАГНЕР ВЛАДИМИР АЛЕКСАНДРОВИЧ.

    Владимир Александрович Вагнер родился 17 марта 1849 г После обучения в средней школе он поступил в Петербургский университет для изучения биологии и психологии. Позже он окончил аспирантуру, защитил докторскую диссертацию и в 1906 г. стал профессором Петербургского университета.

    В период с 1910 по 1913 г. В.А. Вагнер выпустил двухтомное сочинение «Биологические основы сравнительной психологии». В этой книге он противопоставлял научному мировоззрению теологическое и метафизическое. Вагнер писал, что теологическое мировоззрение предполагает полное отрицание души и разума у животных, восприятие их как своеобразных механизмов. Эта концепция, как и метафизическая, не имеет для современной науки практически никакого значения.

    Для психологической науки , по мнению ученого, представляет важность научное мировоззрение, которое он рассматривал как столкновение двух противоположных научных школ. Первая основывается на том, что в психике человека нет ничего, чего бы не было в психике животного. Из этого постулата выводилось наличие сознания, воли и разума у всех представителей животного мира. В своей книге В.А. Вагнер показал наличие недостатков у этой теории — по его мнению, таким же образом можно вывести наличие сознания не только у млекопитающих и птиц, но и у насекомых и даже у растений.

    Вторая школа, являющаяся основой научного мировоззрения, одинаково подходит к измерению психики человека и животного мерой одноклеточных организмов. Таким образом, психические процессы сводятся к рефлексам, а взамен сознания на первый план выходит

    автоматизм. В работе «Биологические основы сравнительной психологии» Вагнер выступил с критикой обеих теорий. По его мнению, инстинкты человека и возможности его разума имеют рефлекторное происхождение, однако их нельзя сводить только к рефлексам.

    В 1924 г. Вагнер стал выпускать работы, объединенные общей темой: «Возникновение и развитие психических способностей». Всего таких выпусков было 9, последний вышел в 1929 г. По мнению ученого, значительное место в развитии психических функций ребенка занимают различные игры. По этой причине В.А. Вагнер посвятил большую часть этих работ именно детским играм.

    Игры, в которые играют с детьми, не достигшими трехлетнего возраста, еще не особенно разнообразны, они чаще всего направлены на развитие координации и навыков выполнения каких-то простейших действий. Со временем игры становятся разнообразнее, сюда уже относится и чтение книг, разучивание стихов, разгадывание головоломок, ребусов

    Исследуя детей в возрасте от 3 до 7 лет, В.А. Вагнер изучил некоторые особенности их восприятия и мышления, наиболее ярко проявляемые во время игры. Дети этого возраста обращают внимание не на основные признаки предметов, а на какие-либо отличительные, выделяющие их на фоне других Это относится к восприятию не только зрительных, но и слуховых образов. Получая информацию в виде, например, художественного текста, дети зачастую пропускают описания героев и пейзажей, некоторые подробности, зато внимательно следят за развитием сюжетной линии. Для того чтобы развивать все способности ребенка, Вагнер советует родителям перечитывать ему одно произведение несколько раз, а затем задавать вопросы по прочитанному Таким образом, по мнению ученого, развивается не только память и сообразительность, но также речевые навыки, что немаловажно для развития психических способностей ребенка.

    Зрительное восприятие ребенка 3—7 лет также еще несовершенно. В.А. Вагнер считал, что в этом возрасте у ребенка начинает формироваться способность воспринимать конкретные предметы не только целиком, но и в виде отдельных составных частей. Для того чтобы развить у детей подобные навыки, Вагнер предлагал использовать в играх нарисованные элементарные фигуры — квадраты, круги, треугольники различного цвета и размера Эти рисунки сыграют роль своего рода эталонов в восприятии ребенком форм и цветовой гаммы.

    Кроме того, в своей книге В.А Вагнер отразил огромную значимость игр с пространственными фигурами для детей любого возраста. Эти игры влияют на все органы чувств — осязание, зрение, иногда обоняние, слух и даже вкус. Такие материалы, как кубики, конструктор, помогают развить у ребенка пространственное мышление. Вообще, по мнению ученого, во время игры с пространственными предметами ребенок учится выявлять разнообразные связи и соотношения между объектами.

    В.А. Вагнер считал, что для более правильного и быстрого развития психических способностей ребенка необходимо давать ему различные задания, выполняемые в игровой форме. Причем желательно, чтобы они были направлены на реализацию различных функций. Так, например, после того как ребенок на ощупь определит различные предметы, скрытые в полотняном мешочке, ему придется еще и описать вслух их свойства. Другая игра, предложенная Вагнером в его книге, предполагает воспроизведение с помощью кубиков фигуры, нарисованной на листе бумаги.

    Одним из самых важных условий для развития психических способностей является память. В.А. Вагнер считал, что наиболее благоприятным периодом для ее развития является именно детский возраст. Для развития памяти ребенка он также предлагал различные игры, суть которых заключалась в назывании предметов, обладающих каким-либо одним характерным признаком. На основе собственных исследований Вагнер выделял три типа памяти. Во-первых, это образная память, которая участвует в запоминании зрительных образов, а также звуков. Кроме того, присутствует еще и словесно-логическая память, которая «работает» при запоминании информации «на слух», и эмоциональная память, при которой запоминаются эмоции, чувства и события.

    Значительная часть эмпирических исследований ученого была посвящена проблемам памяти. Он изучал эффекты, возникающие при кратковременной и долговременной памяти. Кроме того, он рассмотрел различные формы заучивания, свойственные всем людям вообще и детям в частности. Времени, которое требуется для запоминания фразы одним, другим оказывается совершенно недостаточно, однако то, что запоминается с трудом, помнится дольше. В.А. Вагнер установил, что люди по преобладающему принципу запоминания делятся на две группы. Одни склонны к механическому заучиванию, а другие — к смысловому запоминанию, причем последний способ дает лучшие результаты.

    В 1931 г. Вагнер оставил работу в Ленинградском университете, но продолжил заниматься научной деятельностью. В начале 1930-х гг. В.А. Вагнер вновь обратился к сравнительной психологии, его последняя работа, написанная незадолго до смерти, так и называется: «Сравнительная психология, область ее исследования и задачи». В ней он подробно разрабатывает проблему инстинктов и формулирует теорию флуктуации, или колебания инстинктов, для чего вводит понятие видового шаблона. При этом он понимает инстинкт не как стереотип, одинаковый для всех особей одного вида, а как определенную способность, неустойчивую и колеблющуюся в пределах видового шаблона. Из такой пластичности и вариабельности инстинктов Вагнер выводил особую роль индивидуальности в их формировании. Он считал, что, помимо мутаций, особую роль в формировании инстинктов играют различные флуктуации или приспособления.

    Кроме исследования инстинктов, Вагнер уделил внимание в своей книге разработке сравнительного метода в психологии. Он считал, что психика животных может быть непосредственно сравнима не с человеческой, а только с ближайшими в эволюционном ряду родственниками.

    Владимир Александрович Вагнер умер 8 марта 1934 г. Он считается основоположником сравнительной психологии в России. Он внес значительный вклад и в развитие мировой сравнительной психологии, разработав особый метод исследования на основе сравнения поведения близких в видовом отношении животных, так называемый «биологический метод». Вагнер проводил исследования инстинктивного поведения, на основе которых выдвинул гипотезу об изменчивости инстинктов и о роли индивидуальности в их формировании.

    ВВЕДЕНСКИЙ НИКОЛАЙ ЕВГЕНЬЕВИЧ.

    Николай Евгеньевич Введенский родился 16 апреля 1852 г. в селе Кочково Вологодской губернии. Его отец — сельский священник — учил его грамоте и преподал ему начальные сведения по общеобразовательным наукам. В 1862 г. Николай Введенский поступил в Вологодское духовное училище, где проучился 6 лет.

    В 1868 г. он поступил в Вологодскую духовную семинарию, где наряду с религиозными дисциплинами изучал также философию, психологию и логику.

    В 1872 г Н.Е.Введенский поступил в Петербургский университет на юридический факультет, но уже в октябре того же года перевелся на естественное отделение физико-математического факультета. Помимо учебы, Н.Е. Введенский активно участвовал в общественно-политической жизни страны, был участником народнического движения В 1874 г. он был арестован по обвинению в революционной пропаганде среди крестьян и последующие три года, пока велось следствие, провел в одиночной камере. Во время судебного процесса Н.Е. Введенский был оправдан и в 1878 г восстановился в университете.

    Незадолго до этого кафедру физиологии в Петербургском университете возглавил И.М. Сеченов. Н.Е. Введенский заинтересовался его лекциями и начал работать в физиологической лаборатории Он занялся изучением внутренней сущности торможения и его взаимоотношений с возбуждением. Он начал разрабатывать теорию реагирования различных возбудимых образований на действие раздражителей окружающей среды.

    В 1979 г. Н.Е. Введенский окончил Петербургский университет и в течение 2 лет работал лаборантом в зоотомическом кабинете университета, в то же время продолжая исследования в лаборатории Сеченова. В это время он несколько раз ездил за границу, где изучал особенности работы физиологических лабораторий.

    В 1881 г. он получил место в лаборатории, где занялся исследованиями ритмических колебаний в нервной системе. Сразу же Н.Е. Введенский столкнулся с проблемами точного метода, применимого к разработкам После поисков он избрал в качестве прибора, который смог бы уловить очень быстрые колебания нервного процесса, телефон. Несмотря на то что прежде подобные попытки других исследователей терпели крах, Н.Е. Введенскому удалось усовершенствовать эту методику и добиться значительных результатов. Эти опыты стали прообразом применения в физиологии современных электрических приборов, позволяющих уловить минимальные колебания биотоков организма.

    Ученый преподавал в университете, читал различные курсы, а также с 1883 г. заведовал кафедрой физиологии на высших женских курсах.

    В 1884 г. Н.Е. Введенский защитил магистерскую диссертацию на тему «Телефонические исследования в мышечных и нервных аппаратах». В этой работе он предоставил первые экспериментальные факты ритмических процессов, полученные при помощи телефона. Он определил, что нерв, мышца и нервный центр каждый имеют свою, отличную от других ритмику. Кроме того, он установил, что в отличие от других частей живого организма нерв является практически неутомимым, он может несколько часов подряд выполнять свои функции — раздражаться и проводить к органу возбуждение.

    В 1887 г. Н.Е. Введенский защитил диссертацию на степень доктора зоологии, сравнительной анатомии и физиологии. Эта диссертация была посвящена разработке такого явления, как торможение, и связанного с ним тетануса

    Если нерв передает в мышцу поток часто следующих друг за другом возбуждений, она отвечает на это сплошным длительным сокращением, которое называется тетанус. Пока по нерву передается возбуждение или пока не утомится мышца, это состояние продолжается. Н Е Введенский показал, что при достаточно сильном и частом ритмичном раздражении нерва мышца сначала отвечает обычным тетаническим сокращением, которое вскоре сменяется расслаблением. Причиной этого является торможение, возникающее в нервных окончаниях от слишком сильных возбуждений. При уменьшении силы и частоты раздражения прежняя картина моментально восстанавливается, что свидетельствует об отсутствии усталости.

    Кроме этого, Н.Е. Введенский показал, что длительное сокращение происходит не из-за того, что импульсы возбуждения механически накладываются друг на друга, а следует из их взаимодействия и взаимовлияния Этим он опроверг принятую в то время теорию Гельмгольца.

    В 1888 г. Сеченов переехал в Москву и порекомендовал Н.Е Введенского на свое место Через год Н.Е. Введенский был избран экстраординарным профессором и заведующим физиологической лабораторией

    При изучении закономерностей ритмической деятельности различных возбудимых образований (нервов, мышц, нервных центров) Н.Е Введенский установил, что они по-разному воспроизводят ритмы раздражений В результате этого он сформулировал понятие функциональной подвижности как важнейшего свойства возбудимых образований. По мнению Н.Е Введенского, это свойство определяет способность данного возбудимого образования в определенных пределах подвижно реагировать на изменение частоты раздражений Отсюда следует, что каждое возбудимое образование характеризуется предельным ритмом возбуждения и предельной продолжительностью протекания волн возбуждения

    Н Е Введенский установил, что это свойство меняется от воздействия различных внешних и внутренних факторов. На основании этого он вывел закон относительной функциональной подвижности. Смысл этого закона заключается в том, что величина функциональной подвижности может быть только относительной, выражающей состояние возбудимого образования на данный момент

    Огромное количество экспериментального материала, полученного в лаборатории, позволило Н.Е Введенскому установить, что действие различных физических и химических раздражителей всегда оканчивается своеобразным тормозным состоянием. При этом возбуждаемая ткань как бы перестает реагировать на действие раздражителя Это состояние торможения он назвал парабиозом.

    Подробно исследовав это состояние, Н.Е. Введенский определил сущность парабиоза По его мнению, если раздражитель будет действовать в течение длительного времени и постоянно увеличивать ритм, то в нервной ткани возникнет состояние возбуждения, которое будет длительным и нарастающим. В своем развитии это состояние проходит три стадии' уравнительную, парадоксальную и тормозную, размеры которых зависят от природы раздражителя. Таким образом, по Введенскому, парабиотическое торможение — это возбуждение, которое отличают стойкость и нестабильность. В качестве примера торможения парабиотического типа ученый приводил наркоз — состояние полной нечувствительности, возникающее на участке живой ткани или у всего организма под действием наркотических веществ.

    До того как Введенский опубликовал свои теории, считалось, что возбуждение, торможение и наркоз — это совершенно различные, несвязанные процессы. Он впервые создал единую теорию нервного процесса — теорию парабиоза. Вся последующая деятельность ученого была посвящена более подробной разработке этого вопроса.

    В 1908 г В.М. Бехтерев основал Психоневрологический институт, и Н.Е. Введенский стал одним из первых его профессоров. С 1908 г. он являлся членом-корреспондентом РАН. В это время его работа, а также работа всей лаборатории была посвящена изучению центральной нервной системы.

    В апреле 1917 г. в Петрограде был созван первый съезд русских физиологов, инициатором и организатором которого был Н.Е. Введенский. После 1920 г. он опять вернулся к изучению нерва, но в 1922 г. умер.

    Исследования Н Е Введенского оказали огромное влияние на психологов и физиологов как в России, так и за рубежом. Он последовательно разрушал установленные представления об устройстве и функционировании нервной системы, предлагая свой вариант, подкрепленный огромным количеством экспериментов. Многие повторяли его опыты, получая подобные результаты и дальше, более подробно разрабатывали некоторые его теории Н.Е Введенский внес значительный вклад в исследования нового метода психофизиологии.

    ВЫГОТСКИЙ ЛЕВ СЕМЕНОВИЧ.

    Льва Семеновича Выготского называют «Моцартом психологии», а между тем можно сказать, что этот человек пришел в психологию «со стороны». Лев Семенович не имел специального психологического образования, и вполне возможно, именно этот факт и позволил ему взглянуть по-новому, с другой точки зрения на проблемы, стоящие перед психологической наукой. Его во многом новаторский подход объясняется тем, что над ним не тяготели традиции эмпирической «академической» психологии.

    Лев Семенович Выготский родился 5 ноября 1896 г. в городе Орша. Год спустя семья Выготских цереехала в Гомель. Именно в этом городе Лев закончил школу и сделал свои первые шаги в науке. Еще в гимназические годы Выготский прочел книгу А.А. Потебни «Мысль и язык», которая пробудила у него интерес к психологии — области, в которой ему предстояло стать выдающимся исследователем.

    После окончания школы в 1913 г. поехал в Москву и поступил сразу в два учебных заведения — в Народный университет на историко-философский факультет по собственному желанию и в Московский императорский институт на юридический факультет по настоянию родителей.

    Выготский был страстным почитателем театра, не пропускал ни одной театральной премьеры. В юношеские годы писал литературно-критические этюды и статьи в различные литературные журналы о романах А. Белого, Д. Мережковского.

    После революции 1917 г., которую он принял, Лев Семенович уезжает из столицы обратно в родной Гомель, где работает учителем литературы в школе. Позже его приглашают преподавать философию и логику в Педагогический техникум. Вскоре в стенах этого техникума Выготский создает кабинет экспериментальной психологии, на базе которого активно занимается научно-исследовательской работой.

    В 1924 г. на II Всероссийском съезде по психоневрологии, который проходил в Ленинграде, молодой, никому не известный работник просвещения из провинциального городка выступил со своей первой научной работой. Его доклад содержал острую критику рефлексологии. Доклад этот назывался «Методика рефлексологического и психологического исследования».

    В нем указывалось на разительное несоответствие классического метода воспитания условного рефлекса задаче научно обусловленного объяснения поведения человека в целом. Современники отмечали, что содержание доклада Выготского было новаторским, и преподнесен он был просто блистательно, чем, собственно, и привлек к себе внимание известнейших психологов того времени А.Н. Леонтьева и А. Р. Лурии.

    А. Лурия пригласил Выготского в Московский институт экспериментальной психологии. С этого момента Лев Семенович становится лидером и идейным вдохновителем легендарной тройки психологов: Выготский, Леонтьев, Лурия.

    Наибольшую известность принесла Выготскому созданная им психологическая теория, приобретшая широкую известность под названием «Культуро-историческая концепция развития высших психических функций», теоретический и эмпирический потенциал которой не исчерпан до сих пор. Сутью этой концепции является синтез учения о природе и учения о культуре. Эта теория представляет альтернативу существовавшим поведенческим теориям, и прежде всего бихевиоризму.

    По мнению самого автора, изучение основных закономерностей развития культуры может дать представление о законах формирования личности. Лев Семенович рассматривал эту проблему в свете детской психологии.

    Согласно Выготскому, все психические, данные природой («натуральные») функции с течением времени преобразуются в функции высшего уровня развития («культурные»): механическая память становится логической, ассоциативное течение представлений — целенаправленным мышлением или творческим воображением, импульсивное действие — произвольным и т.д. Все эти внутренние процессы зарождаются в прямых социальных контактах ребенка со взрослыми, а затем закрепляются в его сознании.

    Выготский писал: «...Всякая функция в культурном развитии ребенка появляется на сцене дважды, в двух планах, сперва социальном, как категория интерапсихическая, затем внутри ребенка, как категория интрапсихическая».

    Важность этой формулы для исследований в области детской психологии была в том, что духовное развитие ребенка ставилось в определенную зависимость от организованного воздействия на него взрослых.

    Выготский предпринимал попытки объяснить, каким образом отношения организма с внешним миром формируют его внутреннюю психическую среду. Он убедился, что на становление личности ребенка, на его полноценное развитие практически в равной степени оказывают влияние как наследственные задатки (наследственность), так и социальные факторы.

    У Льва Семеновича много работ посвящено изучению психического развития и закономерностей становления личности в детском возрасте, проблемам учения и обучения детей в школе. Причем не только нормально развивающихся детей, но и детей, имеющих различные аномалии развития.

    Именно Выготскому принадлежит самая выдающаяся роль в становлении науки дефектологии. Он создал в Москве лабораторию психологии аномального детства, которая стала впоследствии составной частью Экспериментального дефектологического института. Он одним из первых среди отечественных психологов не только теоретически обосновал, но и подтвердил на практике, что любой недостаток как в психологическом, так и в физическом развитии поддается коррекции, т.е. его можно компенсировать за счет сохранных функций и путем длительной работы.

    Основной упор при изучении психологических особенностей аномальных детей Выготский делал на умственно отсталых и слепоглухонемых. Он не мог, как многие другие его коллеги по цеху, делать вид, что такой проблемы не существует. Раз дефективные дети живут среди нас, необходимо приложить все усилия, чтобы они стали полноправными членами общества. Выготский считал своим долгом в меру сил и возможностей помогать таким обделенным судьбой детям.

    Еще один фундаментальный труд Выготского — «Психология искусства». В нем он выдвинул положение об особой «психологии формы», о том, что в искусстве форма «развоплощает материал». Вместе с тем автор отверг формальный метод из-за его неспособности «вскрыть и объяснить исторически меняющееся социально-психологическое содержание искусства». Стремление удержаться на почве психологии, на «позиции читателя, испытывающего воздействие искусства», Выготский доказывал, что последнее является средством преобразования личности, орудием, которое вызывает у нее «огромные и подавленные и стесненные силы». По мнению Выготского, искусство радикально изменяет аффективную сферу, играющую очень важную роль в организации поведения, социализирует ее.

    На последнем этапе своей научной деятельности он занялся проблемами мышления и речи и написал научную работу «Мышление и речь». В этом фундаментальном научном труде основной является мысль о неразрывной связи, существующей между мышлением и речью.

    Выготский сначала высказал предположение, которое вскоре сам же и подтвердил, что от формирования и развития речи зависит уровень развития мышления. Он выявил взаимообусловленность двух этих процессов.

    Выготскому его научное прошлое уготовило одну альтернативу. Взамен диады «сознание-поведение», вокруг которой вращалась мысль остальных психологов, средоточием его исканий становится триада «сознание-культура-поведение».

    К огромному сожалению, многолетняя и достаточно плодотворная работа Л.С. Выготского, его многочисленные научные труды и разработки, как это часто случается с талантливыми людьми, особенно в нашей стране, не были оценены по достоинству. При жизни Льва Семеновича его работы не допускались к публикации в СССР.

    С начала 1930-х гг. на него началась настоящая травля, власти обвиняли его в идеологических извращениях.

    11 июня 1934 г. после продолжительной болезни, в возрасте 37 лет Лев Семенович Выготский умер.

    Наследие Л.С. Выготского — это около 200 научных работ, среди которых Собрание сочинений в 6-ти томах, научный труд «Психология искусства», работы по проблемам психологического развития человека с рождения (переживания, кризисы) и закономерностям формирования личности, ее основных свойств и функций. Он внес большой вклад в раскрытие вопроса о влиянии коллектива, социума на личность.

    Бесспорно, Лев Выготский оказал значительное влияние на отечественную и мировую психологию, а также на смежные науки — педагогику, дефектологию, языкознание, искусствоведение, философию. Ближайший друг и ученик Льва Семеновича Выготского А. Р. Лурия называл его гением и великим гуманистом XX в.

    ГАЛЬПЕРИН ПЕТР ЯКОВЛЕВИЧ.

    Петр Яковлевич Гальперин родился 2 октября 1902 г. в Тамбове. Его отец, Яков Абрамович, был в то время уездным врачом, а впоследствии стал известным профессором, нейрохирургом и отоларингологом. Именно он привил сыну любовь к знаниям и интерес к психологии. Мать Петра Яковлевича погибла в автокатастрофе в 1917 г.

    Вместе со своей будущей женой, Тамарой Мерзон, Петр Гальперин учился на лечебном факультете медицинского института в Харькове. После окончания института он работал в Центральном Украинском психоневрологическом институте, в качестве сначала врача-психоневролога, а затем — психолога.

    В 1936 г. П.Я. Гальперин защитил кандидатскую диссертацию «О психологическом различии между орудиями человека и вспомогательными средствами животных». Эта работа была уже полноценным научным трудом, отражающим сложившиеся взгляды ученого. В ней Гальперин выразил идею о неравномерности развития различных форм мышления, а также высказал положение о качественном различии соотношения мышления и практической деятельности на различных стадиях онтогенеза (индивидуального развития).

    Приводя в качестве примера различия между поведением человека и животного, П.Я. Гальперин показал в этой работе свои взгляды на предмет и основную задачу психологии. По его мнению, в жизни человека, в отличие от животного, преобладают ситуации изменчивые и неотложные, деятельность в которых не может осуществляться посредством стереотипно заложенных форм поведения. В этих условиях главной жизненной задачей становится адекватная ориентировка значимых элементов поля действия и их существенных взаимосвязей. На основании этого Гальперин сделал вывод о том, что психическая деятельность по своей сути есть деятельность ориентировочная. Тогда основной задачей психологии является необходимость изучения законов, строения и условий ориентировочной деятельности, особенностей ее формирования и изменения на различных этапах развития человечества.

    Такое понимание предмета общей психологии меняет представление о психических процессах — восприятии, мышлении, памяти, которые рассматриваются как особые формы ориентировочной деятельности. Гальперин выделяет 2 основных плана, являющиехся полем для развертывания психических, «идеальных» действий: план внешнего и внутреннего состояния субъекта. Таким образом, изменению подвергается понимание не только внешних, но и внутренних процессов.

    Так, эмоции рассматриваются П.Я Гальпериным как ориентировка в ситуациях, личностно или жизненно значимых для человека и требующих внеинтеллектуальных способов решения. Воля также рассматривается с позиций ориентировочной деятельности. По мнению Гальперина, это ориентировка в специфических проблемных ситуациях, когда сталкиваются, с одной стороны, рациональная и эмоциональная оценка ситуации, а с другой — общественная оценка и производные от нее социально одобряемые формы поведения.

    В 1943 г. Петр Яковлевич по приглашению известного психолога Рубинштейна переехал в Москву, где стал работать доцентом на кафедре Московского государственного университета. В это время у него начала складываться собственная теория, которая окончательно оформилась к началу 1950-х гг Она возникла как попытка теоретического решения практических задач, возникающих у всех педагогов. Они заключаются в том, чтобы научить учеников быстрее и проще разрешать логические, математические и прочие задания.

    Знаменательным в этом плане событием стало состоявшееся в 1953 г. в Москве совещание по психологии, на котором Гальперин выступил с докладом о формировании умственных действий В своем выступлении он высказал мысль о том, что умственные действия — это результат преобразования внешних материальных ствий во внутренние, результат переноса внешнего действия в план восприятий, представлений и понятий.

    С течением времени представления Гальперина о механизмах формирования умственных действий и понятий и их основных характеристиках изменялись, теория развивалась. Первый период — период становления основных понятий — длился до 70-х гг. XX столетия. В это время Гальперин выделил 4 первичных параметра действия: уровень выполнения, мера обобщения, полнота фактически выполняемых операций и мера освоения.

    Уровень выполнения действия подразумевает особенности его формирования. Оно начинается во внешней материальной форме, а через внешнеречевой уровень и уровень «речи про себя» переходит во внутренний план. Обобщение действия — это выделение из многообразных свойств его объекта именно тех, которые нужны для выполнения действия.

    Полнота выполняемых операций состоит в развертывании или сокращении действия. Развернуть действие — значит показать все его операции в их взаимосвязи. По мере выполнения действия операции сворачиваются сознательно или стихийно. При стихийном сокращении ученик не понимает, почему можно пропустить ту или иную операцию, а сознательное сворачивание применяется с целью упрощения. Уровень освоения действия является очень важным и значимым параметром, без достаточного освоения более ранней формы действия нельзя переходить к следующей, с другой стороны, слишком длительная остановка на более ранней форме значительно затрудняет постижение следующей формы.

    Все вышеуказанные свойства психического действия определяют его качество, которое тем выше, чем выше уровень обобщения, сокращения и освоения каждого действия. На базе основных, первичных параметров образуются вторичные, как результат их сочетания: разумность и сознательность.

    Разумность психического действия в теории Гальперина предполагает ориентацию действия на существенные свойства, подразумевает его развернутость и гибкость. Сознательность предполагает умение ученика давать полное и правильное речевое выражение действиям процессе его выполнения. Озвучивание учеником действия является очень важной характеристикой, т.к. служит признаком произвольности действия.

    К концу 1960-х гг. схема образования умственных действий, представленная в докладе 1953 г., превратилась в развернутую теорию происхождения конкретных психических процессов и явлений. Она получила подтверждение в многочисленных экспериментах, выполненных под руководством Петра Яковлевича. В 1965 г. он защитил докторскую диссертацию «Основные результаты исследований по проблеме «Формирование умственных действий и понятий», в которой были представлены наиболее общие положения теории.

    Такое подробное рассмотрение проблем, являющихся по сути основными проблемами психологии обучения, не могло не отразиться на карьере Петра Яковлевича Гальперина. В 1971 г. он стал заведовать кафедрой возрастной психологии, а в 1983 г. — профессором-консультантом этой кафедры.

    В 1970—1980-х гг. происходит более подробное рассмотрение данной теории. В это время появляются новые параметры психических действий: обобщенность и критичность. Степень обобщенности характеризует тот диапазон вариантов условий, в которых действие может успешно осуществиться. Критичность же — это оценка соответствия предпосылок действия объективной действительности.

    В этот же период появляется ряд работ, демонстрирующих применение теории происхождения психических процессов к решению некоторых проблем современной психологии. В 1976 г. выходит в свет статья Гальперина «К вопросу об инстинктах у человека». В ней он раскрыл специфику психической деятельности животных в сравнении с человеком, ее принципиальные особенности. Особое внимание он уделил сущностному разделению категорий «биологическое» и «органическое».

    П.Я. Гальперин показал, что важнейшая характеристика человека как биологического вида — это отсутствие биологической предопределенности в способах и формах удовлетворения его потребностей. Чем в большей степени происходит эволюционное ослабление инстинктивного отношения к миру, тем большие требования предъявляются к содержанию и характеру ориентировочной деятельности.

    Основной труд — «Введение в психологию», ставший итогом его научной деятельности, вышел в 1976 г. Известно, что он готовил следующее издание этой книги, но не успел закончить его Он умер 25 марта 1988 г

    Имя Петра Яковлевича Гальперина известно прежде всего в связи с созданной им теорией поэтапного формирования умственных действий и понятий Но его творчество не ограничивается только лишь рамками этой теории. Он занимался также разработкой теории внимания и учения о языковом сознании, изучал проблемы инстинктов у человека, проблемы соотношения психики и мозга Ученый применил совершенно новый подход к классической проблеме соотношения обучения и умственного развития и к вопросу о формировании творческого мышления.

    ГАННУШКИН ПЕТР БОРИСОВИЧ.

    8 марта 1875 г. в деревне Новоселки Пронского уезда Рязанской губернии в многодетной семье сельского врача Бориса Ганнушкина родился мальчик, которого назвали Петром. Отец был очень занятым человеком, т.к. часто выезжал к больным, однако он старался быть внимательным и заботливым в отношениях с детьми, вникал во все их нужды и старался понять. Мать была из рода обедневших дворян. Она получила хорошее домашнее образование, знала немецкий и французский, увлекалась философией и любила музыку, живопись, поэзию. Она и дала своим детям первоначальное образование.

    В 1884 г. семья переезжает в Рязань, где отец получает работу в мужской гимназии. Туда же поступает учиться и Петр Ганнушкин. Его учеба протекает весьма успешно, однако мальчик избегает участия в различных кружках. Будучи очень общительным, он не любил строгую дисциплину. Примерно с 13 лет будущий психиатр уже начал проявлять интерес к характеру и психике человека. В этом же возрасте он прочитал труд И.М. Сеченова «Рефлексы головного мозга», в котором автор попытался провести взаимосвязь между психическим состоянием человека и его физическими действиями. Возможно, именно эта книга заставила П.Б. Ганнушкина уже тогда задуматься о природе человеческой психики.

    Во время учебы П.Б. Ганнушкина в гимназии в Рязанской губернии произошло значительное событие. Земский психиатр Н.Н. Баженов провел реорганизацию психиатрической помощи в своем отделении. Он отказался от смирительных рубашек, ввел систему «открытых дверей» и психиатрический патронаж, а также значительно улучшил условия содержания психически больных в своей клинике. Из ранга сумасшедших он возвысил их до уровня просто больных людей, успешно применял и «трудотерапию». Деятельность этого замечательного человека не могла пройти мимо внимания гимназиста П.Б. Ганнушкина. Эти события несомненно оставили свой след в его формирующемся сознании.

    В 1893 г. П.Б. Ганнушкин заканчивает гимназию с золотой медалью и поступает в Московский университет на медицинский факультет. Здесь он с увлечением погружается в изучение медицинских наук. В этом университете в то время читают лекции такие известные ученые, как И.М. Сеченов («отец русской физиологии»), М.П. Черинов (профессор кафедры общей терапии и диагностики), А.Я. Кожевников (внес значительный вклад в развитие отечественной неврологии и психиатрии), а также С.С. Корсаков (его докторская диссертация «Об алкогольном параличе» получила мировую известность).

    После 3-го курса П.Б. Ганнушкин окончательно выбрал для себя психиатрию как медицинскую специальность. Он занимается на кафедре нервных болезней под руководством А.Я. Кожевникова, а на 5-м курсе изучает психиатрию у С.С. Корсакова. Во время учебы в университете П.Б. Ганнушкин одновременно работает в клинике для душевнобольных, исполняя обязанности младшего и среднего медицинского персонала. Здесь он имеет возможность воочию ознакомиться с различными врачебными системами.

    В 1898 г. П.Б. Ганнушкин заканчивает университет. Ему предлагают занять место штатного ординатора, однако он отказывается. Проработав 4 года, Петр Борисович в 1902 г. занимает должность внештатного ассистента в психиатрической клинике В.П. Сербского. В это время он занимается разработкой материалов амбулаторной клиники и на их основе пишет ряд научных трудов. Особое влияние на П.Б. Ганнушкина оказывает ассистент С.С,. Корсакова С.А. Суханов. Они совместно опубликовали 6 научных работ, в которых провели анализ не смешанных, а однородных форм болезней. Они выделили особую конституцию навязчивых идей и показали, как в некоторых случаях они могут перейти в слабую форму шизофрении. Авторы отметили, что сексуальные отклонения, присущие человеку при навязчивых идеях, являются лишь сопутствующим явлением, а не причиной болезни (в отличие от теории 3. Фрейда).

    В 1904 г. П.Б. Ганнушкин защищает докторскую диссертацию «Острая паранойя», написанную под руководством В.П. Сербского. После этого он начинает работать приват-доцентом кафедры душевных болезней Московского университета, читая курс «Учение о патологических характерах». В это время Петр Борисович занимается изучением проблем пограничной и социальной психиатрии. Он развивает учение о пограничных состояниях психического здоровья, начиная создавать так называемую малую психиатрию. Применяя динамический принцип, П.Б. Ганнушкин расширил понятие психопатии, определив ее как изменяющееся под влиянием окружающей среды личностное образование, а не застывшую аномалию одной из черт характера. Динамика возраста и социальных условий лежит в основе развития психопатии.

    Всякое неблагополучие существования человека обязательно сказывается на его психическом здоровье. П.Б. Ганнушкин отметил, что чаще всего вспышки психопатии проявляются в подростковом возрасте. И здесь самым главным для дальнейшего благополучного влияния наличность является правильное воспитание. Условия жизни, общие социальные установки и правильно организованный труд — основные факторы, влияющие на течение психопатии.

    В 1905 г Ганнушкин отправляется в Мюнхен на курсы усовершенствования по психиатрии в клинике Э. Крепелина, который способствовал развитию нозологического направления в психиатрии. После этого Ганнушкин стал сторонником его учения. В 1908 и 1911 гг. он вторично прошел эти курсы. В 1907 г. Петр Борисович посетил Парижскую психиатрическую больницу святой Анны, где ознакомился с методами профессора В. Маньяна, который придавал большое значение синдромологическому направлению в психиатрии. Э Крепелин выступал против этого направления, рассматривая психическую болезнь как закономерный биологический процесс. В нозологии он особенно важное значение придавал исходу болезни, при этом мало уделяя внимания симптомам

    Многие, в том числе и В П. Сербский, выступали против учения Э. Крепелина. Когда В.П Сербский отказался вводить коллегиальное правление в клинике, усилились противоречия между ним и остальными врачами, а началось это как раз с игнорирования им учения Э. Крепелина. В 1906 г. третейский суд вынес решение о необходимости коллективного ведения дел в клинике. Профессор В.П. Сербский не согласился с этим решением и начал активно увольнять врачей, не поддерживавших его. В знак протеста из клиники добровольно ушло 20 сотрудников, среди которых было 7 врачей, в число которых входил и П.Б. Ганнушкин.

    Следующий этап его профессиональной деятельности связан с Московской Алексеевской психиатрической больницей. П.Б. Ганнушкин работал там в качестве врача-ординатора до 1914 г. Практическая психиатрия имела для него очень важное значение. Вскоре после этого он организует издание журнала «Современная психиатрия», а также становится весьма влиятельным членом Русского союза психиатров и невропатологов.

    В 1914 г. его призывают в армию, а в 1917 г. Ганнушкин демобилизован по болезни. Он возвращается в Алексеевскую больницу, а с 1918 г. работает профессором кафедры психиатрии в Московском университете и директором университетской психиатрической клиники. П.Б. Ганнушкин продолжает развивать учение о психопатиях, придавая особое значение взаимосвязи психиатрии со всеми социальными и политическими событиями, происходящими в обществе. Войну и революцию он классифицировал как «травматическую эпидемию» всего населения, отмечая наличие связи и взаимовлияния психики людей в целом и их социальной жизни.

    П Б. Ганнушкин живо интересовался психоаналитическими идеями и в качестве эксперимента применял их на практике. В своей работе «О психотерапии и психоанализе» он высказал мнение, что при определенных условиях психотерапию можно использовать во врачебной практике

    Труд Ганнушкина «Клиника психопатий, их статика, динамика, систематика» можно назвать классическим В нем очень подробно рассматривается проблема психопатий и дано их четкое определение, включающее:

    1) прирожденность патологических особенностей;

    2) их отражение на всей душевной жизни и развитии личности;

    3) эти особенности таковы, что их носители находятся на грани душевного здоровья и болезни.

    Основной темой этой книги можно назвать динамический характер психопатий. Поэтому при клиническом лечении и исследовании психопатий П.Б. Ганнушкин рекомендует также производить изучение окружающей среды больного. Пограничную полосу между здоровым и больным психическим состоянием он называет малой психиатрией, однако отмечает, что эта область требует большего опыта, знаний и навыков, чем большая психиатрия, т к. круг людей, подпадающих под это определение, значительно шире.

    Петр Борисович Ганнушкин умер довольно рано — в 57 лет. Всей своей научной и профессиональной деятельностью он как бы утверждал значимую взаимосвязь врача-психиатра с общественной жизнью, т.к в основе социальных действий находится состояние психики человека, и в этом плане труд психиатров становится ответственным и значительным.

    ГРОТ НИКОЛАИ ЯКОВЛЕВИЧ.

    Николай Яковлевич Грот (родился в 1852 г.) был правнуком обрусевшего голландского пастора и сыном российского академика и философа После окончания в 1875 г. историко-филологического факультета Санкт-Петербургского университета с золотой медалью Н.Я Грот отправился за границу, где проходил стажировку по философии, психологии и естествознанию.

    После возвращения в 1876 г. он был избран экстраординарным профессором Нежинского историко-филологического института. Работая в этом институте, Грот опубликовал свою первую работу по психологии «О сновидениях как предмете научного анализа».

    1879—1980 гг. ученый посвятил созданию и защите магистерской диссертации «Психология чувствований в ее истории и главных основах», которая состояла из 2-х частей. В первой части Н.Я. Грот рассмотрел историю анализа и синтеза воззрений на чувствования Во второй были помещены результаты его собственных теоретических исследований. Он анализировал и сопоставлял оригинальные труды европейских ученых, отмечая то новое, что внесено в развитие рассматриваемых идей каждым из них

    В итоге Н.Я. Грот приводит свою собственную теорию чувствований. По его мнению, психология должна опираться не на физиологию, а на биологию как более общую науку. Из определения жизни и развития можно вывести понимание психической жизни и психического развития, а также естественное распределение элементов психической деятельности.

    Все внутренние проявления этой деятельности — психические явления, которые в своей динамике могут быть уподоблены физическим процессам. Именно поэтому психические явления доступны научному изучению. Следовательно, нужно рассматривать данные явления как элемент психической деятельности и как фазисы одного непрерывного физического процесса. Они усматриваются в сгущениях и в отдельных действиях всего организма в связи с ощущениями. Таким образом, происходит общий «оборот» психической деятельности, состоящий из ряда переходящих друг в друга частных оборотов. Их элементы совпадают с фазисами как моментами психического процесса.

    Таким образом, вся психическая деятельность может быть представлена в виде системы, состоящей из моментов, первоначальных и осложненных психических явлений. В качестве моментов психического процесса выступают объективная восприимчивость, субъективная восприимчивость, субъективная и объективная деятельность. Первоначальными психическими явлениями Н Я. Грот называл ощущения, чувствования, стремления и движения И, наконец, под осложненными психическими явлениями он понимал представления и понятия, чувства, желания и действия, поступки.

    В своей диссертации Грот подчеркивал отличия своей психологии чувствований от всех предыдущих теорий. В число основных психологических понятий он вводил «деятельность» и определял противоположение воли как стремлений, желаний и деятельности в виде действий, движений.

    После защиты магистерской диссертации Н.Я. Грот уехал в Европу, в Тюбинген, где начал работу уже над докторской диссертацией. Он завершил и напечатал ее в Лейпциге, а весной 1883 г. защитил в Киеве. Защита прошла великолепно, работа имела огромный успех, и студенты вынесли Грота из зала заседания на руках.

    Его докторская диссертация была посвящена реформированию логики как науки о познании и законах мышления. Ученый проводил свой анализ с общенаучных позиций, а также позиций той теории психических взаимодействий, которую сам разрабатывал. В основу теории познавательной деятельности Н.Я Грот положил идею «психического оборота».

    Он предложил различать несколько видов оборотов, в том числе: правильные (содержат все четыре момента психического процесса), неправильные (содержат только часть из них), равномерные (не имеют преобладания одного момента над другим), неравномерные, частные (начинаются с внутренних ощущений), общие (начинаются с внешних ощущений), простые, составные (состоят из простых, частных и общих), страдательные (обусловливаются преобладающим действием среды на организм) и действительные (обусловливаются преобладающим действием организма на среду).

    В качестве наглядного метода демонстрации оборотов Н.Я. Грот использовал графические схемы, одним из первых в России применив графический метод в психологии. С помощью окружности идеального типа он изображал простой, правильный и равномерный оборот. В теории Н.Я. Грота такой оборот замкнут на среду, поскольку движения субъекта вызывают изменения в среде, вновь ощущаемые субъектом.

    Также в своей докторской диссертации ученый изложил эволюционную теорию умственных процессов, созданную на основе дея-тельностного подхода. По его теории, умственные процессы — это внутренние моменты психических процессов, из которых состоит познавательная деятельность. В каждом из них Н.Я. Грот выделял периферическое движение, которое снабжает субъекта познавательным материалом, и первичное движение, направленное к выражению умственных приобретений. Последнее опосредуется умственными движениями, при этом порождая некоторые продукты. Они соответствуют определенной ступени развития мышления и познавательной деятельности.

    Процесс психического развития непрерывен и проходит 4 ступени: бессознательную, сознательную, произвольную и методическую. Каждая из этих ступеней имеет 3 стадии — подготовительную, основную и дополнительную. Эти стадии непрерывно переходят друг в друга, низшие ступени сосуществуют с высшими. Таким образом, Н.Я Грот пришел к выводу, Что бессознательное, сознательное и самосознание взаимосвязаны в развитии психики.

    Развитие психики, по мнению Грота, следует толковать как развитие сознания в широком смысле. Нейрофизические процессы являются при этом низшей, а процессы самосознания — высшей ступенью развития сознания

    Интеллектуальные явления являются элементами самосознания и объективируются посредством речи, которая зарождается и развивается вместе с самосознанием. Развитие самосознания влечет развитие произвольности в умственной жизни и поведении индивида. При этом с дальнейшим развитием самосознания человек все больше освобождается от влияния среды, центр тяжести в ориентации психики смещается от пассивности к активности, от психической жизни к психической деятельности.

    Все виды умственных процессов были разделены Гротом на 2 типа. Первый тип отличается соединением внешнего разнородного в целое, а второй — сгущением внутренне общего из разнородных частей.

    После защиты этой диссертации он был единогласно избран профессором кафедры философии Новороссийского университета в Одессе, где преподавал три года Осенью 1886 г ученый переехал в Москву, где получил кафедру в Московском университете. В 1888 г. он стал председателем Московского психологического общества.

    Построив эволюционную теорию психических процессов, в которой они развиваются от простейших предметных ощущений до сложных фантазий и стремлений, Грот обратился к более сложным философско-психологическим проблемам критериев истины, субъектно-объектных отношений и свободы воли, происхождения идей пространства и времени.

    Для того чтобы естественно-научным способом обосновать активность психики и деятельности, творческий потенциал человека, он использовал идею о психической энергии. Эта энергия порождена природой, а значит, существует объективно и подчиняется законам сохранения и перехода одной формы в другую. Психическая деятельность — это реальное взаимодействие с субъектом и объектом со стороны субъекта, она состоит из его восприятий и действий. Воспринимающую энергию субъекта Грот назвал сознанием, а действующую — волей.

    Таким образом, будучи продуктом психической энергии сознания и самосознания, воля человека свободна. Это та активная сила, самодеятельность души, которая преодолевает пассивные силы сопротивления косной материи Это положение позволило признать свободу воли человека, исходя из естественно-научных соображений.

    Николай Яковлевич Грот умер 23 мая 1899 г. Не все его идеи были признаны научной общественностью того времени. Его эволюционная теория психических процессов принесла ему успех и известность, но его философско-психологические теории так и остались непонятыми Решая научные проблемы, Н Я Грот сумел создать идеи, показавшиеся его современникам слишком новыми и необычными. В последние десятилетия XX века творчество Н.Я. Грота подвергается пересмотру и получает новую жизнь.

    ДАВЫДОВ ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

    Василий Васильевич Давыдов родился 31 августа 1930 г. В 1948 г. он окончил школу рабочей молодежи и поступил в Московский государственный университет на отделение психологии философского факультета. В то время там преподавал психологию П.Я. Гальперин, через некоторое время студент и преподаватель подружились.

    В аспирантуре В.В. Давыдов был ярым последователем теории поэтапного формирования умственных действий, созданной П.Я. Гальпериным. В то время он общался с возмутителями спокойствия в советской философии: философами Э.В. Ильенковым, А.А. Зиновьевым, В.И. Коровиковым. По этой причине после аспирантуры его не оставили работать в МГУ, и А.Р. Лурия устроил его редактором в журнал «Доклады АПН СССР». Через некоторое время А.А. Смирнов пригласил его работать в Институт психологии, где В.В. Давыдов и проработал всю жизнь. Примерно в то же время В.В. Давыдов сближается с Д.Б. Элькониным, и они начинают работать вместе в одной из московских школ.

    На ранних этапах своего творчества В.В. Давыдов предлагал отказаться от термина «развитие» (психики) в применении его к отдельному человеку. Он считал возможным использовать только понятие «формирование» психики  индивида. Это означает овладение, освоение, приобретение его общественной природы, отмеченной в особых продуктах предметной деятельности предшествующих поколений людей; формирование собственно деятельности человека, и в частности ее управляющих механизмов — психики.

    Все виды и способы деятельности человека, в том числе и его индивидуальная активность, потребности, стремления,склонности являются результатом присвоения общественно заданных и в определенном смысле нормативных образцов этой деятельности. По мнению В. В. Давыдова, общественные учреждения так или иначе определяют характер формирования индивида «по своему образу и подобию». Следовательно, термин «развитие» можно отнести к обществу в целом, а не к индивиду. Становление же индивидуальной психики — это не развитие, а формирование.

    В 1966 г. он выпустил книгу «Соотношение понятий «формирование» и «развитие» психики», где изложил основные понятия своей теории. Кроме того, В.В. Давыдов раскрыл в ней свою психолого-педагогическую программу по преобразованию всего начального обучения. Он считал, что необходимо изменить сам принцип построения учебных предметов, с тем чтобы их усвоение было одновременно и развитием способности к подлинному мышлению. Для этого нужно построить все учебные предметы так, чтобы в них с самого начала использовались наиболее общие понятия. В ходе дальнейшего обучения преподаватель вместе с учащимися выводит из общих понятий частные характеристики объектов. Таким образом, по мнению В.В. Давыдова, движение от общего к частному постепенно формирует у ребенка умение полноценно владеть абстрактным мышлением.

    В подтверждение своей теории он привел эмпирический материал, полученный в ряде экспериментальных классов начальной школы. Помимо экспериментальных, были еще и так называемые контрольные классы, с которых собирались такие же данные, использованные В.В. Давыдовым для создания максимально яркой картины.

    В 1972 г. вышла монография В.В. Давыдова «Виды обобщения в обучении», в которой ученый проанализировал концепцию Л.С. Выготского, отметив ее сильные и слабые стороны. В целом книга была посвящена разработке проблемы понятия как способа деятельности, образующего ядерную структуру деятельностного содержания образования. Для построения такой структуры необходимо, чтобы способы деятельности, которые для В.В. Давыдова определяют устройство понятия, выступили для учащегося предметом освоения. В данной теории такой способ деятельности может быть представлен в виде объективно выделенной структуры работы, все элементы которой последовательно выполняются ребенком.

    В 1978 г. была издана статья о проблеме психического развития, написанная В.В. Давыдовым совместно с А.К. Марковой. Эта работа стала показателем наметившегося в творчестве ученого перехода от одной концепции к другой. Имя П.Я. Гальперина в ней почти не упоминалось, а термин «развитие» в применении к становлению индивида уже не вытеснялся «формированием», а получил собственное значение.

    В этой статье В.В.Давыдов трактовал «формирование» как форму психического развития и отказывался от утверждения тождественности этих двух понятий. Под развитием ученый понимал закономерные качественные сдвиги в уровне и форме деятельности индивида, общественные по своей природе. Помимо теоретических выкладок, в статье приводились и эмпирические данные, раскрывающие путь развития мышления не только у младших школьников, но и у подростков.

    К концу 1970-х гг. В.В. Давыдов постепенно переходит от теории П.Я. Гальперина на позиции культурно-исторической концепции Л.С. Выготского. Но если общепсихологические воззрения ученого изменились, цель его осталась неизменной. Опираясь уже на культурно-историческую теорию, Давыдов работал над разработкой педагогической программы. Такая программа была им создана совместно с Элькониным. Основой этой теории были три тесно связанных понятия — учебная деятельность, теоретическое мышление и рефлексия. Самым сложным пунктом в ее разработке стало правильное соотношение эмпирического и теоретического мышления, используемых в процессе обучения.

    В 1996 г. вышла книга «Теория развивающего обучения», в которой он изложил теорию развития детей, рассмотренную с самых высших позиций этой проблемы — с позиций субъекта этого развития. Субъектом деятельности, производящим новый материальный или духовный продукт, по мнению В.В. Давыдова, является личность, а производство подобного продукта — творчество. Под актом творчества Давыдов понимал реальное преобразование предметной действительности, культуры и самого себя; в результате такого восприятия само понятие творчества, творческого отношения к жизни у него оказывается интеллектуализировано, т.е. непосредственно связано с интеллектуальными возможностями субъекта.

    Личность, по мнению ученого, — основной субъект творческой деятельности, но не единственный. Давыдов признавал вполне возможным и существование понятия коллективного субъекта. На основании того, что личность является субъектом творческой деятельности, он делал вывод, что личностями становятся.не все люди, а лишь те, которые достигают общественно значимых творческих результатов.

    Также в книге «Теория развивающего обучения» он обобщил основные достижения этой психолого-педагогической системы. Данные эти были получены опять-таки в ряде экспериментальных классов начальной школы. Содержанием развивающего начального обучения были теоретические знания, создающие основу для получения дальнейших, более конкретных умений и знаний. Основным методом этого обучения служила такая организация учебной деятельности младших школьников, при которой все ученики на занятиях действовали совместно. Продуктом развития стали психологические новообразования, присущие младшим дошкольникам.

    Несмотря на то что В.В. Давыдов экспериментировал только в начальной школе, он всегда стоял за то, чтобы ввести систему развивающего обучения во всех классах. Подтверждением необходимости этого, равно как и доказательством действенности теории, служил один забавный факт. Дети, переходившие из экспериментальных начальных классов школ во вполне обычные 5-е классы, порой отказывались усваивать уже готовые знания. Они требовали непременного объяснения, как, почему и когда все произошло, откуда все известно и т.д. Не все учителя были готовы к такому напору со стороны учеников, многие жаловались В.В. Давыдову, некоторые уходили.

    В.В. Давыдов умер в 1998 г. Творчество всей его жизни связано со школой, с изменением принципов современного образования. Теоретические взгляды ученого менялись с течением времени, но его общая идея оставалась неизменной. Созданная им совместно с Д.Б. Элькониным психолого-педагогическая теория развивающего образования получила название теории Эльконина—Давыдова. То, что эта теория успешно применяется сейчас во многих школах России, неопровержимо доказывает ее состоятельность и действенность.

    ЗАНКОВ ЛЕОНИД ВЛАДИМИРОВИЧ.

    Известный советский психолог и педагог, занимавшийся разработкой проблем памяти, Леонид Владимирович Занков родился в 1901 г.

    В 1922—1925 гг. он учится в МГУ на факультете общественных наук. Здесь Занков знакомится с Выготским и под его руководством участвует в экспериментальных педагогических исследованиях по проблемам памяти. После окончания университета Л.В. Занков был оставлен в аспирантуре Института психологии при Московском госуниверситете, где под руководством того же Выготского начинает исследование психики и особенности обучения аномальных детей.

    Вклад психологической школы, основанной Л.В. Занковым, заключается в следующем: с одной стороны, последователи Занкова разделяли господствующие в советской психологии взгляды о единстве сознания и деятельности, памяти как условии, форме и результате деятельности человека. С другой стороны, работа Занкова и его учеников непосредственно практическая, заключающаяся в прямой перестройке, интенсификации и оптимизации учебного процесса в целом.

    В специальной психологической литературе, посвященной исследованиям Занкова, принято выделять четыре линии его исследований мнемических процессов.

    Первой линией является генетический анализ мнемической деятельности. Новаторство Занкова в этой области заключается в том, что он показал возрастающее значение характера задачи, связанной с задействованием памяти, по мере увеличения фактического интеллектуального возраста.

    Второй линией исследования Занкова и его учеников является анализ проявлении приемов мнемической деятельности, что может быть определено как выявление уровней использования навыков логического структурирования материала.

    Факты, полученные в результате многочисленных экспериментов на детях различного возраста и различной степени умственного развития, свидетельствовали об огромной роли таких общелогических методов анализа запоминаемого материала, как приемы обобщения, группировки материала, использования смысловых связей. Таким образом, ученые пришли к следующему выводу: именно накопленные способы умственной деятельности, а не созревание способности запоминать и не взросление организма, как это было принято считать среди зарубежных психологов, определяли возрастные различия и различия при норме и патологии в развитии ребенка.

    В начале 1930-х гг. лично Л.В. Занковым были проведены эксперименты на отстававших в умственном развитии детях, направленные на демонстрацию специфики так называемого опосредованного запоминания, что было навеяно работами А.Н. Леонтьева и Л.С. Выготского. Как результат было доказано, что представление о преобладании механической памяти на первых этапах умственного развития является упрощенным и не всегда соответствует действительности. Даже у умственно отсталых детей и детей дошкольного возраста наблюдалось использование смысловых связей, более легкое запоминание логически построенного, структурированного материала.

    Третьим направлением исследований Занкова и его психологической школы считается анализ расхождения между определенной мнемической задачей и реальным содержанием запоминаемого материала. Впервые было найдено, что содержание материала оказывает чрезвычайно сильное влияние на характер процесса запоминания одновременно с поставленной перед человеком задачей запоминания и даже вопреки ей. То есть смысловые связи внутри запоминаемого материала сознательно или бессознательно играли роль самостоятельной мнемической задачи, причем мешая или, наоборот, способствуя человеку запомнить что-либо.

    Четвертая линия исследования была посвящена специфике неосознаваемой переработки информации, хранящейся в памяти человека, и проявлению этих процессов в форме изменений продуктивности памяти с течением времени. Результаты этих исследований в значительной мере инициировали будущие исследования по психологии и психофизиологии эвристических, интуитивных процессов.

    Так, было выявлено, что бессознательная переработка информации в памяти, проявляющаяся в феноменах реминисценции, латентного запечатления, структурирования вспоминаемого, у взрослых по сравнению с детьми (а у детей старшего школьного возраста по сравнению с детьми младшего школьного возраста) обнаруживается более отчетливо.

    Так называемый феномен парадокса установки при запоминании осмысленного материала привлек внимание Л.В. Занкова еще в 30-х гг. XX в. Причем он был одним из первых советских психологов-экспериментаторов, обративших внимание на этот парадокс, хотя в то время среди психологов-экспериментаторов бытовало мнение о том, что установка на точность припоминания должна повлечь за собой исключительно дословное воспроизведение материала, подлежащего усвоению.

    Даже в настоящее время среди многих педагогов (особенно это распространено в школах) бытует мнение о том, что настоящее обучение неразрывно связано с дословным заучиванием материала, с так называемым «зазубриванием». Л.В. Занков же доказал, что когда испытуемым предлагают как можно точнее воспроизвести определенный материал, то есть-реализуется установка на запоминание, при анализе содержания воспроизведенного материала находят, что запоминание текста происходит не буквально, слово за словом, а через охватывание определенных смысловых единиц.

    Исследования Л.В. Занкова и его последователей поставили перед психологами и педагогами острейшие и по сей день актуальные проблемы составления смысловых единиц текста такого состава и содержания, чтобы детям было легче запоминать учебные тексты. Данная проблема в настоящее время волнует не только психологов и педагогов, но и специалистов в области математической лингвистики, кибернетики, информатики, поскольку ими предлагалось решить данную проблему путем определения точного числа смысловых единиц в материале.

    Более половины работ Л.В. Занкова и его последователей по проблемам памяти посвящены вопросам обучения и диагностики детей с аномалиями умственного и сенсорного развития. Эти работы внесли огромный вклад в развитие такой отрасли педологии, как дефектология, и эти работы по сегодняшний день остаются актуальными и используются на практике для обучения и реабилитации детей с дефектами интеллекта и сенсорики.

    Кроме вышеупомянуттого, Л.В. Занков занимался исследованием дифференциальной психологии, анализом содержания мышления, его операций и развития, что представляет ценнейшие экспериментально-методические находки, успешно применяемые и по сей день.

    Леонид Владимирович Занков скончался в 1977 г.

    ЗАПОРОЖЕЦ АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ.

    Известный советский психолог, ученик Л.С. Выготского А.В. Запорожец родился 30 августа 1905 г. В 1930 г. он окончил педагогический факультет 2-го Московского государственного Университета.

    Свою научную деятельность А.В. Запорожец начал в качестве лаборанта у А. Р. Лурии. С 1931 г. он занимал сначала должность старшего ассистента, затем — заведующего лабораторией сектора психологии Психоневрологической академии. Затем он стал доцентом и заведующим кафедрой психологии Харьковского педагогического института им. М. Горького.

    В 1930-е гг. в рамках исследований, проводимых в Харьковской психологической школе, Запорожец занимался изучением проблемы возникновения психики в филогенезе (вместе с А. Н. Леонтьевым). Запорожец вывел тот факт, что в основе любого познавательного процесса находятся практические действия, и в частности что восприятие и мышление являются системой свернутых «перцептивных действий», в которых происходит уподобление основным свойствам предмета и за счет этого образуется перцептивный, или мыслительный образ.

    В первые годы Великой Отечественной войны А.В. Запорожец работал врачом в военном госпитале, а в 1943 г. преподавал на отделении психологии Московского государственного университета. С 1944 г. он занимал должность заведующего лабораторией психологии детей дошкольного возраста Института психологии АПН РСФСР.

    Приблизительно в это время Запорожец начал разрабатывать положение о развитии эмоций как процессе постепенного овладения действиями оценки смысла ситуации. Совместно с А.Н.Леонтьевым он также создал концепцию возникновения и развития произвольных движений и действий, где, в частности, обобщил свой опыт врача в госпитале по восстановлению движений у раненых во время Отечественной войны.

    В 1959 г. А.В. Запорожец защитил докторскую диссертацию по педагогике и стал директором Института дошкольного воспитания, где посвятил себя изучению психологии детского развития. Занимаясь исследованием произвольных действий ребенка, Запорожец выявил значение ориентировочной деятельности в регуляции поведения.

    Сам А.В. Запорожец в своей научной деятельности всегда придавал первостепенное значение именно детской психологии — проблемам развития личности ребенка и его психических процессов. Многие психологические проблемы разрабатывались им совместно с коллегами-психологами: А.Н. Леонтьевым, П.Я. Гальпериным, Д.Б. Элькониным и другими. Он также широко использовал материалы экспериментальных исследований таких своих сотрудников, как Т.О. Гиневская, Я.З. Неверович и др.

    Как и его учитель Л.С. Выготский, А.В. Запорожец полагал, что психические качества, присущие исключительно человеку, такие как мышление, воображение, воля, социальные и нравственные чувства и т.п., не могут образоваться сами по себе ни из процесса биологического созревания, ни из индивидуального опыта ребенка. Они должны возникнуть исключительно из социального опыта, воплощенного в продуктах материальной и духовной культуры, который усваивается ребенком на протяжении всего детства.

    Запорожец подчеркивал, что социальная среда является не просто необходимым для ребенка внешним условием (наряду с воздухом, теплом, пищей), а подлинным источником развития, поскольку именно в этой среде «записана» программа возникновения психических способностей у ребенка и в ней же задаются конкретные средства для «перевода» этих способностей из фиксированной социальной формы в форму процессуальную индивидуальную. В этом смысле она является действенным носителем содержания человеческой психики.

    Основным условием приобщения ребенка к социальному опыту выступает деятельность самого ребенка. Эта деятельность должна строиться целенаправленно, задаваться другими людьми в процессе общения с ними ребенка. Именно развивая ребенка, общаясь с ним, создавая предпосылки для овладения более сложными формами деятельности, взрослый человек приобщает ребенка к социальному опыту и открывает перед ним новые возможности усвоения различного рода знаний и умений.

    Признавая ведущую роль активной деятельности взрослого человека в психическом развитии ребенка, А. В. Запорожец пытался выяснить, каким образом эта развивающая на практике деятельность осуществляет свои функции. Проанализировав достаточно большое число экспериментальных фактов, он пришел к следующему выводу: центральную роль в психическом развитии играют ориентировочные компоненты деятельности (в отличие от исполнительских); следовательно, важно не просто формировать у ребенка деятельность в целом, а специально строить ее ориентировочную часть. Чрезвычайно важно знать, что именно и с помощью каких конкретно способов и средств ребенок выделяет ориентиры в процессе деятельности; как эта ориентировочная часть деятельности отражается на психике ребенка и насколько она влияет на исполнительские компоненты.

    Мы наблюдаем развивающую силу ориентировочной части деятельности постольку, поскольку она выполняет функцию уподобления, моделирования тех материальных и идеальных предметов и явлений, с которыми ребенок действует, что ведет к созданию адекватных представлений, понятий или переживаний о них, отмечал А. В. Запорожец. Находясь за пределами такой ориентировки, ребенок просто не сможет приобщиться к этим социально значимым явлениям и смыслам.

    Биологические свойства организма ребенка и их созревание, не являясь движущей причиной развития, по мнению А.В. Запорожца, составляют необходимое условие нормального развития ребенка: не порождая каких-либо новых психологических образований, эти биологические свойства на каждой возрастной ступени создают специфические предпосылки для усвоения новых видов деятельности, выделения новых объектов ориентировки и приобретения нового опыта.

    Так, вплоть до наступления интенсивного созревания ассоциативных теменно-затылочных и лобных отделов мозга ребенок физически не в состоянии овладеть абстрактным мышлением и волевой регуляцией поведения. Когда же эти ассоциативные теменно-затылочные и лобные отделы мозга все-таки созревают (в дошкольном возрасте), ребенок приобретает эти способности. В то же время усиленное функционирование этих способностей в ситуациях деятельности и общения влияет положительно на созревание соответствующих участков мозга, включая биохимические и морфологические их особенности.

    Вклад А.В. Запорожца в развитие детской психологии поистине неоценим: именно он впервые разработал такие важнейшие проблемы и определил такие важные понятия психологии, как аффективные действия ребенка, внутренняя форма движения, в содержание которой входит образ ситуации. Он не выступал открыто против теории деятельности, заменяя ее психологией действия, которая, по его мнению, опредмечивается во внутреннем мире ребенка, его духовности. На основе этих сложных, но принципиальных положений им были обоснованы специфичные возрастные периоды развития психики ребенка.

    В последние годы жизни Запорожец разрабатывал теорию эмоций как особого звена смысловой регуляции деятельности, что нашло свое отражение в сочинении «Развитие произвольных движений», выпущенном в 1960 г. Умер А.В. Запорожец 7 октября 1981 г.

    ЗЕЙГАРНИК БЛЮМА ВУЛЬФОВНА.

    Блюма Вульфовна Зейгарник родилась 9 ноября 1900 г. в литовском городке Пренай. В этом же городе она окончила гимназию. К сожалению, не представляется возможным сослаться на какие-либо документальные свидетельства той поры ее жизни, поскольку они не сохранились.

    Она достаточно рано вышла замуж и в 1921 г. поехала вместе с мужем в Берлин. В Берлине она поступила в Берлинский университет на филологический факультет, где сразу же с головой окунулась в изучение разнообразных диалектов немецкого языка. Трудно представить себе что-то более далекое от психологии.

    Случайно Зейгарник зашла на лекцию профессора М. Вертгей-мера и поняла, что посвятит изучению психологии всю жизнь. В 1924 г. Зейгарник начала посещать семинар Курта Левина, который непосредственно занимался психологией личности, в частности изучением движущих мотивов личности, поведения личности в ее среде, потребностей и квазипотребностей личности и их зависимости от социального окружения.

    Одновременно с занятиями у Левина Зейгарник продолжала посещать занятия и у других профессоров: так, она занималась в психиатрической клинике у К. Гольд-штейна, прослушала курс лекций Э. Шпрангера и курс лекций по эстетике М. Дессуара. Последние, заметив ее увлечение гештальтпсихо-логией, прикладывали много усилий, чтобы отговорить ее от занятий в кружке Левина, что не привело к желаемому результату. Следует отметить, однако, что подход Левина к изучению личности заметно отличался от принятого в среде гештальтпсихологов подхода.

    Приблизительно в это время (точнее в 1925 г.) после проведения ряда экспериментов Зейгарник обнаружила удивительную за--кономерность, которая вошла в науку под именем «эффект Зейгарник». Суть данного феномена заключается в том, что незавершенные действия сохраняются в памяти человека намного лучше, чем действия завершенные.

    Во время проведения эксперимента Зейгарник просила испытуемых за определенное время решить какую-либо задачу. Выяснилось, что в случае нерешенности задачи вследствие какого-либо фактора (например, из-за нехватки времени) эта нерешенность вызывает определенный уровень эмоционального напряжения, который не получает своей разрядки в решении задачи и, в свою очередь, способствует сохранению этого «неудовлетворительного» действия в памяти. Зейгарник опытным путем вывела следующую закономерность: число запомнившихся нерешенных задач примерно вдвое превышает число запомнившихся решенных задач.

    Спустя сорок лет после открытия эффекта Зейгарник было подсчитано, что более 160 научных работ были посвящены уточнению и интерпретации эффекта Зейгарник и свыше 30 тыс. человек были использованы в качестве испытуемых для проведения соответствующих экспериментальных исследований с целью доказать или опровергнуть существование этого феномена. Практически все направления и школы психологии, за исключением психоанализа, пытались так или иначе интерпретировать открытый Зейгарник эффект: поставить его на служение своим теориям либо опровергнуть его.

    В 1927 г. Зейгарник окончила Берлинский университет, успешно защитив диплом, посвященный открытому ею эффекту. Однако ее исследования были обнародованы Левином еще в 1926 г. в своем докладе на VIII Международном психологическом конгрессе.

    В 1931 г. Зейгарник вернулась в Россию. Она буквально с первого момента стала заниматься наукой. Зейгарник становится ближайшей помощницей Л.С. Выготского и работает в психоневрологической клинике Института экспериментальной медицины. В эти годы Зейгарник удается стать верной соратницей и единомышленницей для многих видных советских психологов.

    Тридцатые годы были очень тяжелыми как для молодой советской психологии, так и для каждого отдельного психолога. После смерти Выготского в 1934 г. его ученики подверглись гонениям, а отрасль науки, небезуспешно исследуемая и развиваемая Выготским и его учениками, была запрещена. В 1938 г. был арестован и погиб в застенках Лубянки муж Б.В. Зейгарник, и она осталась практически без поддержки с малолетним сыном.

    Во время Великой Отечественной войны Зейгарник пришлось эвакуироваться из Москвы. В этот период она принимала активное участие в восстановлении психического здоровья тяжелораненых в нейрохирургическом госпитале на Урале.

    Зейгарник укрепляет свои контакты со многими крупнейшими психологами страны — А.Р. Лурией, А.Н. Леонтьевым, А.В. Запорожцем, С.Г. Геллерштейном, во время общения с которыми оформились ее представления о патопсихологии как особой отрасли психологии.

    В послевоенный период Зейгарник возглавляет лабораторию психологии в Институте психиатрии, которая была создана при ее непосредственном участии. Именно в этот период на стыке общей психологии и психиатрии была сформирована особая ветвь психологии — экспериментальная патопсихология.

    Теоретические наблюдения и практический опыт были обобщены Зейгарник в следующих книгах. «Нарушения мышления у психически больных» (1959), «Патология мышления» (1962), «Введение в психопатологию» (1969), «Основы патопсихологии» (1973), «Патопсихология» (1976).

    Зейгарник крайне скептически относилась к массовому использованию психотерапии. По ее мнению, опосредствованная личность, т е. личность, критически оценивающая себя, способная самостоятельно справиться с внутренними проблемами, не нуждается в психотерапии, поскольку развитая, гармоничная личность должна уметь самостоятельно «отремонтировать» свои внутренние «неполадки». Людям незрелым, с несформированной системой психической саморегуляции, по мнению Зейгарник, нужны психотерапевты.

    Блюма Вульфовна Зейгарник приобрела всемирную известность благодаря открытому ею феномену, названному в ее честь и вошедшему во все психологические энциклопедии, словари и учебники, а также благодаря выделению патопсихологии из разрозненной области знаний в особую ветвь науки со своей проблематикой, терминологией, предметом, методом, системой и областью практического применения.

    Б.В. Зейгарник умерла в 1985 г.

    КРАВКОВ СЕРГЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ.

    Сергей Васильевич Кравков — выдающийся отечественный психолог, психофизиолог, внесший значительный вклад в изучение психофизиологии органов чувств. Кравков считается одним из основоположников физиологической оптики — научной дисциплины, представляющей собой синтез знаний о физиологических, физических и психологических закономерностях, характеризующих функцию органа зрения.

    Спектр проблем, волновавших СВ. Кравкова, разнообразен и широк — это психология и педагогика внушения, изучение некоторых закономерностей ощущений, центральная регуляция зрительных функций, взаимодействие различных органов чувств, изучение биотоков различных частей зрительного анализатора, явления индукции в сетчатке, электрофизиология зрительного анализатора, цветовое зрение, анализ полной цветовой слепоты и другие. Сергей Васильевич Кравков родился 1 июня 1893 г. в Рязани в семье врача. В 1911 г. он окончил мужскую Рязанскую гимназию и поступил в Московский университет на историко-филологический факультет. В 1912 г. при Московском университете был открыт Психологический институт, основателем и директором которого стал известный психолог Георгий Иванович Челпанов. Буквально с первых дней занятий Кравков становится его слушателем, а с 4-го курса университета начинает работать в этом институте в должности лаборанта. Г.И. Челпанов выделял Кравкова как одного из самых способных и эрудированных студентов. Он проявлял интерес к психологическим проблемам, всеми силами стремился осознать пути развития психологии и найти в них свое место.

    Кравков обладал незаурядными способностями и научным складом ума, он был большим знатоком музыки, живописи, художественной литературы, свободно владея несколькими иностранными языками: немецким, английским, французским, в подлиннике читал западных классиков.

    В 1915 г. на годичном заседании Психологического института Кравков блестяще выступил с докладом «Объективная психология, ее предмет и значение». Это было признание таланта начинающего ученого.

    В 1916 г. С. Кравков с золотой медалью и дипломом 1-й степени заканчивает Московский университет по специальности «экспериментальная психология». Он был оставлен на кафедре экспериментальной психологии для подготовки к профессорскому званию (что соответствует современной аспирантуре). В эти годы он проводит эксперименты по теме «Взаимодействие одновременных ощущений».

    Позже Кравков становится ассистентом Психологического института. В это время выходят две наиболее известные его работы: «Внушение (психология и педагогика внушения)» (1924) и «Очерк психологии» (1925). В указанных работах Кравков продолжил исследования В.М. Бехтерева, В.Я. Данилевского, И.Р. Тарханова и рассматривал процесс внушения с позиций материализма. Причем СВ. Кравков описал как положительные, так и отрицательные возможности внушения применительно к процессам обучения и воспитания. Проведенными исследованиями он доказал, что внушаемость является личной чертой, оказывающей существенное влияние на высшую нервную деятельность человека.

    Работая в Психологическом институте, Сергей Васильевич одновременно состоял старшим ассистентом Института биофизики Наркомздрава, который возглавлял академик П.П. Лазарев. Под руководством Лазарева Кравков изучает математику, естественные науки, а также начинает самостоятельную работу в области психофизиологии зрения.

    В 1932 г. был утвержден в звании профессора и стал преподавать в Московском энергетическом институте, Московском государственном университете, читал курс лекций по физиологической оптике.

    В 1936 г. Сергей Васильевич создал лабораторию физиологической оптики в Центральном офтальмологическом институте им. Гель-мгольца, которой в дальнейшем было присвоено его имя. Одновременно он руководил лабораторией психофизиологии ощущений Института психологии Академии педагогических наук.

    Через несколько лет вышла в свет монография СВ. Кравкова «Очерк общей психофизиологии органов чувств», в которой представлен глубокий анализ закономерностей функционирования органов чувств. Автор описывает и предельно разграничивает понятия о классификации рецепторов, уровнях и порогах чувствительности, разрабатывает методы их измерения. В данной работе Сергей Васильевич касается сложных вопросов адаптации, взаимодействия и упражняемое™ органов чувств.

    Кравков не останавливался на достигнутом, он продолжил свои исследования в этой области, в 1948 г. вышла в свет новая работа — книга «Взаимодействие органов чувств», в которой ученый рассматривал проблему функционального взаимодействия различных афферентных систем, что бесспорно имело огромное как теоретическое, так и практическое значение.

    Сергею Васильевичу удалось найти надежный способ для изучения многосторонних функций зрения и проблем взаимодействия органов чувств в целом. Этот метод основывался на идее о том, что деятельность каждого органа не является изолированной, а напрямую зависит от состояния центральной нервной системы.

    Оригинальность и новизна исследований Кравкова состояла в том, что он впервые показал зависимость зрительных функций не только от самого глаза, но и от состояния других органов чувств, например слуха. Данные его лабораторных исследований показали, что любые раздражители (световые, слуховые, обонятельные, медикаментозные) могут ослабить или стимулировать зрение.

    Самым фундаментальным трудом Кравкова считается монография «Глаз и его работа», которая была переведена на немецкий, английский и французский языки. Эта книга явилась итогом многолетних исследовании ученого по проблеме физиологии зрения. В данной работе СВ. Кравков описал все основные вопросы физиологической оптики, электрофизиологии зрительного анализатора и гигиены зрительного освещения. В настоящее время эта работа остается авторитетным изданием для физиологов, офтальмологов, светотехников, физиков, художников. В 1949 г. эта книга была удостоена премии академика М.И Авербаха.

    С.В Кравковым были проведены эксперименты, которые дали возможность описать некоторые специальные вопросы, касающиеся изучения природы цветового зрения. Он изложил полученные данные в монографии «Цветовое зрение». В частности, в данной работе анализируются факты, обосновывающие трехкомпонентность цветового зрения, рассматриваются возможные механизмы, вызывающие патологию цветового зрения, производится анализ характерных особенностей различных цветоощущающих отделов зрительного анализатора.

    Следует отметить, что СВ. Кравков предусматривал дальнейшее развитие теории цветового зрения, он хотел окончательно выяснить вопрос о трех- или четырехкомпонентности цветового зрения. Но, к сожалению, она не была воплощена в жизнь.

    Книга «Цветовое зрение» принесла Сергею Васильевичу известность и создала авторитет крупнейшего специалиста по данной проблеме в мире. Эти материалы были изложены С. В. Кравковым на Международном конгрессе офтальмологов, который проходил в Каире.

    По научной и практической значимости опубликованных работ С. В. Кравкову была присвоена ученая степень доктора биологических наук по специальности «психофизиология зрения».

    Великий исследователь ушел из жизни 16 марта 1953 г. после инфаркта миокарда в возрасте 58 лет Незадолго до кончины, когда Сергей Васильевич уже чувствовал себя неважно, он сказал: «Хотел бы, чтобы на моих похоронах не было никаких речей, но только — музыка Шопена».

    Наследие С В. Кравкова — четыре монографии и более чем 100 статей, изданных на русском, немецком, английском и французском языках. Многие научные труды ученого широко известны в научных кругах. Сергей Васильевич воспитал целую плеяду блестящих исследователей; учениками СВ. Кравкова являются Л.А. Шварц, В.И Рождественский, А.И. Богословский, В.К. Шеварева и другие известные ученые.

    ЛАЗУРСКИЙ АЛЕКСАНДР ФЕДОРОВИЧ.

    Александр Федорович Лазурский родился 12 апреля 1874 г. в городе Переяславле Полтавской губернии в небогатой семье. Он окончил Лубянскую гимназию с золотой медалью и поступил в Военно-медицинскую академию, где активно занимался психологией. Под руководством Владимира Михайловича Бехтерева А.Ф. Лазурский изучал психические и нервные болезни, получил отличную нейро-анатомическую и нейрофизиологическую подготовку, провел целый ряд самостоятельных исследований.

    С 1895 г. Лазурский работал в психиатрической лаборатории, где изучал проблемы экспериментальной психологии и клинической психофизиологии. Параллельно он изучал теории характера и темперамента, а также провел анализ попыток их классификации. В итоге он пришел к выводу о недостаточной разработанности этого раздела психологии человека.

    В 1897 г. Лазурский окончил академию и был оставлен в клинике Бехтерева, где заведовал лабораторией и проводил лечебную практику. Через два года он был избран действительным членом Петербургского общества психиатров. К этому времени он уже сдал более 20 экзаменов на степень доктора медицины. Диссертацию, посвященную влиянию мышечных движений на мозговое кровообращение, он защитил 30 ноября 1900 г. Все необходимые исследования для нее были выполнены в анатомо-физиологической лаборатории Бехтерева.

    В 1901 г. он отправился в командировку за границу, где провел 2 года. Первые полгода Лазурский жил в Лейпциге, где занимался в Психологическом институте Вильгельма Вундта. Затем он жил в Гейдельберге и работал в лаборатории экспериментальной психологии при психиатрической клинике Гейдельбергского университета. Этой лабораторией в то время заведовал Эмиль Крепелин, один из основателей экспериментальной психиатрии, который первым стал применять методы современной экспериментальной психологии клинически. Еще около полугода Лазурский провел в Берлине, где слушал лекции К. Штумпфа по психологии, учился у крупнейших неврологов того времени.

    В 1903 г. А.Ф. Лазурский возвратился в Петербург и был избран приват-доцентом Военно-медицинской академии «по душевным и нервным болезням», где в дальнейшем читал курс общей психологии. Члены Русского общества нормальной и патологической психологии избрали его своим ученым секретарем. Занимая эту должность, он сыграл значительную роль в создании Психоневрологического института и возглавил его кафедру общей психологии.

    С 1904 г. А.Ф. Лазурский сотрудничал с А.П. Нечаевым в его лаборатории экспериментальной педагогической психологии, руководил специальной комиссией этой лаборатории по разработке экспериментальных методов психологии. Там же он начал проводить конкретные характерологические исследования. Со временем на основе лаборатории возникли курсы, а затем — Педагогическая академия, где Лазурский читал лекции по характерологии.

    В 1906 г. вышла его работа «Очерк науки о характерах». Ученый подчеркивал необходимость создания характерологии как важного шага на пути к решению проблем общей психологии. Предметом этой науки, по его мнению, являются индивидуальные особенности составляющих психической организации людей и способы их сочетаний, которые обусловливают разнообразие характеров. Анализ этих различий был проведен А.Ф. Лазурским в отношении понятия «наклонность», введенного им самим. Основой его формирования он считал возможность неоднократного повторения у человека какой-либо стороны того или иного психического процесса.

    Ученый признавал, что с помощью современных методов анализа невозможно объяснить факторы, обусловливающие существование наклонностей. Основную задачу характерологии он понимал как создание научно обоснованного описания индивидуальности.

    Книга «Школьные характеристики», выпущенная в 1908 г., представляет собой результат применения этой теории на практике. Ла-зурский экспериментально изучал характеры учащихся одной из закрытых школ В эту книгу были включены характеристики детей от 10 до 15 лет, дополненные данными экспериментальных психологических исследований. Кроме того, в ней был проведен подробный психологический анализ некоторых сложных проявлений личности.

    К этому времени уже было накоплено огромное количество эмпирических данных, и Лазурский предпринял попытку создания собственной классификации личностей. При этом он подчеркивал необходимость создания не чисто психологической, а «психосоциальной» классификации. Пытаясь добиться такого результата, он положил в ее основу два основных принципа: разделение людей по психическому уровню активности на 3 разряда, а также разделение их по психическому содержанию на несколько типов.

    Критерием деления на разряды служила степень развития нервно-психологической организации личности. Под этим Лазурский понимал интенсивность, сложность, координированность и сознательность ее проявлений. Определялась эта степень унаследованными способностями и условиями жизни.

    В своей научной деятельности Лазурский занимался не только прикладными характерологическими исследованиями, но и разрабатывал общепсихологичеекие проблемы. Так, большую часть своей жизни он посвятил проблеме метода в психологии. Изначально ученый признавал наличие трех возможных методов: эксперимента, наблюдения и самонаблюдения. Для решения общепсихологических задач он признавал полезность метода самонаблюдения, а в характерологии предлагал использовать наблюдение и эксперимент, которые являются более объективными. Анализируя возможности, достоинства и недостатки каждого метода, ученый пришел в 1910 г. к созданию нового метода — «естественного эксперимента», сочетавшего в себе достоинства систематического наблюдения и лабораторного эксперимента. Особое значение для этого метода имеет изучение условий и такая их организация, чтобы в этих условиях выявлялись именно те наклонности изучаемых людей, которые интересны наблюдателю.

    В 1912 г. Лазурский выпустил книгу «Психология общая и экспериментальная», в которой в общих чертах изложил свое понимание психологии. Он рассматривал психические феномены как реально существующие, а психику считал закономерным этапом эволюции. По его мнению, психологическое и физиологическое — это две стороны единого биологического процесса. Местом, где разворачивается этот процесс, Лазурский считал кору головного мозга. В результате у ученого сложилось собственное понимание психологии. Основу его системы психологии составила биологически обусловленная активность психики, а также принцип рефлекса как способ существования психического.

    Очень важными понятиями в характерологии Лазурского являются понятия «эндопсихики» и «экзопсихики», введенные им в 1916 г. Под эндопсихикой он понимал внутренние механизмы личности, объединяющие характер, умственную одаренность и темперамент. Экзопсихика — это отношения личности ко внешним объектам и среде в целом. В понятие среды здесь входят природа, люди, различные социальные группы, наука, искусство, а также внутренняя жизнь индивида.

    После определения этих фундаментальных понятий Лазурский предпринял еще одну попытку классификации личности. В ее основу он положил принцип активного приспособления личности к окружающей среде, при этом сохранив прежнее деление на уровни и типы.

    Личности низшего уровня подчиняются влияниям среды и с большим трудом приспосабливаются к ее требованиям. Этот уровень в классификации Лазурского был назван «неприспособленные». К среднему уровню относятся люди, основной характеристикой которых является способность к получению образования, а в дальнейшем — к ведению успешной деятельности в условиях любой среды. Этих людей ученый назвал «приспособленными». Высший уровень людей получил название «приспособляющие». Эти люди способны приспосабливать среду к своим запросам, которые обычно превышают круг запросов представителей низших уровней и имеют большое социальное значение.

    Важную роль в этой классификации Лазурский уделял соотношению экзо- и эндопсихики на всех уровнях, которое определяет «чистоту» типа. К «чистому» типу ученый относил тех, чьи интересы, приобретенные знания и навыки, профессиональная деятельность соответствуют природным особенностям их нервно-психологической организации. Экзопсихика и эндопсихика здесь находятся в гармоничном единении. Есть также и «комбинированные», «переходные» типы, в которых нарушено исходное равновесие эндо- и экзопсихики.

    В том же году вышла в свет еще одна книга — «К учению о психической активности». В ней были обобщены результаты более чем 6 лет исследований, приведены способы изучения внутренних механизмов личности объективными методами.

    Этот труд стал для него итоговым. 26 марта 1917 г. Александр Федорович Лазурский умер. Его вклад в индивидуальную психологию огромен. Попытка Лазурского создать основательную классификацию личностей была, по сути, первой в России. Кроме прикладных исследований, он занимался также проблемами метода и предмета характерологии. Результаты его разработок в этой области используются психологами и по сей день.

    ЛАНГЕ НИКОЛАИ НИКОЛАЕВИЧ.

    Николай Николаевич Ланге родился в 1858 г. В юности он интересовался не психологией, а философией и историей, после окончания гимназии поступил на историко-филологический факультет Петербургского университета. После завершения учебы в 1882 г. был оставлен при кафедре философии. Через год он отправился в заграничную командировку для сбора материалов по теме нравственные учения европейских мыслителей XIX в., необходимых для написания его магистерской диссертации. Фактически же Ланге использовал эту командировку для экспериментально-психологической работы в лаборатории Вильгельма Вундта.

    В этой лаборатории Ланге провел самостоятельное исследование колебаний внимания и вывел моторную теорию внимания, вызвавшую большой интерес общественности. Исходным основанием этой теории было непроизвольное поведение организма. Смысл его состоит, по мнению Ланге, в следующем: посредством мышечных движений организм стремится занять по отношению к окружающим его объектам определенную позицию, целью этих передвижений является возможность наиболее ясного и четкого их восприятия. Результатом этого исследования стала публикация на немецком языке статьи «Теория волевого внимания», которая принесла Ланге мировую известность.

    Вернувшись из Европы, Ланге защитил в 1888 г. магистерскую диссертацию «История нравственных идей XIX в.» и получил степень магистра философии, а также стал руководителем кафедры философии Одесского университета.

    Однако его диссертация, являвшаяся несомненно одной из самых фундаментальных работ по истории философии того времени, так и не была полностью опубликована. Первоначально книга должна была содержать 3 части- «Немецкий идеализм», «Французский социализм» и «Английский утилитаризм». Вторая часть была в буквальном смысле вырезана цензурой из уже готовых книг. Тому есть документальное подтверждение, в первом издании «Истории нравственных идей XIX в » после 272-й страницы следует сразу 381-я.

    В Одессе Н Н Ланге продолжил исследования внимания в фи-зиологичеекой лаборатории П.А. Спиро и в 1893 г защитил докторскую диссертацию, которая называлась «Психологические исследования. Закон перцепции. Теория волевого внимания». Вступительная статья к этой диссертации была несколько отвлечена от темы самой диссертации и посвящалась обоснованию необходимости создания при русских университетах кабинетов и лабораторий по изучению экспериментальной психологии. Закон перцепции, выведенный Н.Н Ланге во время исследований, определяет стадиальный характер процесса восприятия Согласно этому закону, образ предмета изменяется от обобщенного чувственного ко все более дифференцированному.

    После некоторых дебатов между известнейшими психологами и философами того времени диссертация была одобрена, и, получив звание доктора философии, Н.Н Ланге начал реализовывать проект в рамках Одесского университета Помимо одобрения, требовалась еще и спонсорская поддержка, которую Москва предложить не могла. Тогда Ланге попытался популяризовать идею лаборатории среди населения, читал лекции по психологии, на которых обосновывал необходимость создания подобного кабинета. Выручку от этих лекций он направлял на приобретение в Европе оборудования. Вскоре к нему начали поступать пожертвования от населения, и в результате в 1896 г в Одессе была открыта первая в России психологическая лаборатория.

    Организовав свою лабораторию экспериментальной психологии, Ланге не остановился на достигнутом Он пытался заинтересовать этой идеей не только население, но и психологов и общественных деятелей Опубликовав в 1888 и в 1893 гг. результаты своих экспериментальных исследований колебаний внимания, Ланге очень подробно и убедительно написал о том, что именно использование эксперимента способствует объективному изучению психической реальности.

    Во время этой работы Ланге не оставлял научной и публицистической деятельности. В 1890 г вышла его статья «Элементы воли», а в 1892 г. — книга «Душа ребенка в первые годы жизни». В этих двух работах освещалась теория воли, разработанная Ланге. Он отрицает понятие воли как особой, специфической силы, которое было принято большинством мыслителей Он считал, что воля возникает из ощущений как некий импульс, она не осознается человеком, осознанными являются сами движения, как уже исполненные. Тем не менее Ланге не считает, что волевые акты носят неосознанный характер, и признает их целесообразность, происходящую из сознательных представлений человека. Таким образом, у Ланге воля — это практическое знание о целесообразных движениях, возникшее благодаря предыдущему опыту.

    Под влиянием теории эволюции Чарльза Дарвина у Ланге возникает понимание психического мира как развивающегося по методу «проб и ошибок». Он выделял ряд стадий в развитии психики, соотнося их с изменениями, которые претерпевает нервная система' стадию недифференцированной психики, стадию дифференцированных ощущений и движений инстинктивного типа, стадию индивидуальною приобретения опыта, а завершающей является стадия развития психики у человека как социокультурного существа.

    По мнению Н.Н.Ланге, душа человеческой личности «на 99 % есть продукт истории и общественности». Проявлением жизни социокультурного мира является язык, а слово — главный фактор психического развития человека как существа общественного и исторического. Обосновывая роль движений и действий в психической жизни человека, Ланге считал, что любой психический процесс включает в себя и двигательный компонент, т.е. является психомоторным.

    Ланге называл свою психологию «биологической», или «реальной», и понимал ее соответственно Психические акты он рассматривал как своеобразные способы приспособления организма, которые возникают и развиваются в ходе эволюции. Они необходимы для существования человека, а значит, играют вполне реальную роль в его жизни. Как следствие, внимание Ланге понимал как «процесс усиления или изменения восприятия» и отказывался от разделения его на активное и пассивное, как это было принято в Европе.

    В дальнейшем Ланге развивал эти взгляды, что нашло выражение в изданной в 1918 г. «Психологии». Эта книга посвящена объективно-субъективному истолкованию психологии, которая определяется Ланге как наука о сознании, что подразумевает ее субъективность. С другой стороны, по мнению Ланге, события психического мира представляют собой такую же реальность, как и физические и физиологические процессы в живых организмах. Они представляют собой явления сознания как непосредственного переживания индивидом своей объективной психической жизни. На этом основывается главный постулат психологии Ланге о соединении объективной и субъективной точек зрения в понимании психологии. По его мнению, без объективности она не могла бы стать наукой, а без субъективности теряет свой предмет.

    Ланге подчеркивает 2 основные функции сознания и на основании этого выделяет два его типа:

    1)  «гедоническое сознание», отвечающее за переживание чувства боли или удовольствия и осуществляющее оценку результатов рефлекторных движений;

    2) «предвидящее сознание», или память. Оно осуществляет приспособление организма к предвидению явлений на основе прошлого опыта.

    Николай Николаевич Ланге умер в Одессе в 1921 г., не успев выпустить переиздание своей «Психологии». Он был мыслителем широкого профиля: занимался не только психологией, но и философией, историей. Большое значение для науки имеет его моторная теория внимания. Но не только научное творчество Николая Николаевича Ланге важно для психологической науки в России. Жизнь и работа в Германии в экспериментальной лаборатории Вильгельма Вундта произвела на него огромное впечатление. Он поставил себе задачу — создать в России экспериментальную психологию — и всю жизнь добивался этого. Развитие этой идеи после смерти Ланге продолжил С. Л. Рубинштейн.

    ЛЕОНТЬЕВ АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВИЧ.

    Алексей Николаевич Леонтьев родился в Москве 5 февраля 1903 г., его родители были обыкновенными служащими. Естественно, они хотели дать Алексею хорошее образование. Поэтому неудивительно, что научная деятельность Алексея Леонтьева берет начало еще со студенческих лет. В 1924 г. он заканчивает факультет общественных наук Московского университета, где Г.И. Челпанов читал общий курс психологии.   

    Челпанов руководил в те годы Институтом психологии при МГУ, возглавляя группу студентов для исследовательской работы. Именно в стенах этого университета Алексеем Николаевичем были написаны первые научные работы — реферат «Учение Джемса об иде-омоторных актах» и работа о Спенсере. По окончании университета Алексей Николаевич стал аспирантом Института психологии. Здесь в 1924 г. и происходит встреча А.Н. Леонтьева с Л.С. Выготским и А. Р. Лурией.

    И в скором времени началась их совместная работа, поскольку эти три человека с выдающимися способностями быстро нашли общий язык, и их союз предвещал много полезного. Но, к большому сожалению, эта деятельность прервалась. Умер Лев Семенович Выготский. За столь короткий срок совместной работы результаты их деятельности оказались все же впечатляющими.

    Выпущенная в свет Леонтьевым и Лурией статья «Природа человеческого конфликта» имела ошеломляющий успех, т.к. именно в ней была представлена методика «сопряженных моторных реакций» и родилась идея овладения аффектом через речевой выход. Далее Леонтьев самолично разработал идею и воплотил ее в статье под названием «Опыт структурного анализа цепных ассоциативных рядов». Эта статья, напечатанная в Русско-немецком медицинском журнале, основывается на том, что ассоциативные реакции определяются смысловой целостностью, которая лежит «за» ассоциативным рядом. Но именно эта разработка не получила достойного признания.

    Со своей женой он познакомился в 1929 г., когда ему исполнилось 26 лет. После кратковременного знакомства они поженились. Его жена никогда не препятствовала научной деятельности Алексея Леонтьева, наоборот, помогала и поддерживала его в самые трудные моменты.

    Интересы Леонтьева лежали в самых различных областях психологии: от психологии творческой деятельности до экспериментального человеческого восприятия предметности. И к необходимости поиска совершенно нового подхода к предмету и содержанию психофизиологических исследований, развивающихся сейчас из общей системы психологического знания, Алексей Николаевич Леонтьев обращался много раз.

    В конце 1925 г зарождается его знаменитая «культурно-историческая концепция», которая основывалась на известной формуле Л. С Выготского S-X-R, где S — стимул, мотив; X — средство; R — результат деятельности. Алексей Леонтьев начал развивать идеи этой работы, но в Институте психологии, который на тот момент был занят совсем другими вопросами, реализовать это начинание не представлялось возможным.

    Именно по этой причине А.Н. Леонтьев и А.Р. Лурия перешли в Академию коммунистического воспитания, работая также одновременно во ВГИКе, в ГИТИСе, в клинике Г. И Россолимо и в Институте дефектологии. Приблизительно в 1930 г. комитет здравоохранения Украины принял решение организовать в Украинском психоневрологическом институте сектор психологии, где А Р. Лурия временно занял пост заведующего, а А.Н. Леонтьев — заведующего отделом детской и генетической психологии.

    К этому времени Алексей Николаевич уже ушел из ВГИКа и АКВ, а Выготский был вынужден вернуться в Москву. Следовательно, всю работу взял на себя Леонтьев, который позже стал лидером украинской группы психологов. Разрабатывая все новые и новые проекты, Алексей Леонтьев выпустил в свет книгу «Деятельность. Сознание. Личность», где отстаивает свою точку зрения о том, что человек не просто подстраивает свою деятельность под внешние условия общества, а эти же условия общества несут в себе мотивы и цели его деятельности.

    Параллельно А.Н. Леонтьев начинает работу над проблемой развития психики, а именно — исследование экстраполяционных рефлексов у животных особей. В 1936 г. Алексей Николаевич возвратился в Институт психологии, где и работал до ухода на отделение психологии МГУ. В институте он занимается вопросом фоточувствительности кожи. В то же время А Н Леонтьев преподает во ВГИКе и ГИТИСе. Он сотрудничает с СМ Эйзенштейном и ведет экспериментальное изучение восприятия кинофильмов. В предвоенные годы он становится заведующим кафедрой психологии в Ленинградском государственном педагогическом институте им. Н.К. Крупской.

    Во второй половине 1930-х гг. Леонтьев разрабатывал следующие проблемы:

    а) филогенетическое развитие психики, и в частности генезис чувствительности.

    б) «функциональное развитие» психики, т е проблема формирования и функционирования деятельности,

    в)проблема сознания

    Эти проблемы были хорошо освещены в докторской диссертации А Н. Леонтьева «Развитие психики», защищенной в ЛГПИ им. А И. Герцена в 1940 г. В диссертацию была включена лишь часть результатов его исследований Но полностью эта работа Леонтьева не сохранилась.

    Диссертация содержала статьи, посвященные, в частности, памяти, восприятию, эмоциям, воле и произвольности. Там же есть глава под названием «Деятельность-деиствие-операция», где дается основная концептуальная система деятельностнои психологической теории. По мнению Леонтьева, деятельность неотделима от предмета своей потребности, и для овладения этим предметом необходимо ориентироваться на такие его свойства, которые сами по себе витально безразличны, но тесно связаны с другими жизненно значимыми свойствами объектов, т.е. «сигнализируют» о наличии или отсутствии последних.

    Таким образом, благодаря тому что деятельность животного приобретает предметный характер, в зачаточном виде возникает специфическая для психики форма отражения — отражение предмета, обладающего свойствами, жизненно значимыми, и свойствами, о них сигнализирующими Чувствительность А.Н Леонтьев определяет, соответственно, как раздражимость по отношению к такого рода воздействиям, которые соотносятся организмом с другими воздействиями, т.е. которые ориентируют живое существо в предметном содержании его деятельности, выполняя сигнальную функцию.

    Леонтьев предпринимает исследование в целях проверки выдвинутой им гипотезы. Сначала в Харькове, а потом и в Москве с помощью разработанной им методики эксперимента он воспроизводит в искусственно созданных условиях процесс превращения неощущаемых раздражителей в ощущаемые (процесс возникновения у человека ощущения цвета кожей руки). Таким образом, А.Н. Леонтьев впервые в истории мировой психологии сделал попытку определить объективный критерий элементарной психики, учитывая источники ее происхождения в процессе взаимодействия живого существа с окружающей средой.

    Подводя итоги накопленных в области зоопсихологии данных и основываясь на собственных достижениях, Леонтьев разработал новую концепцию психического развития животных как развития психического отражения действительности, обусловленного изменениями условий существования и характера процесса деятельности животных на разных стадиях филогенеза: стадии сенсорной, перцептивной и интеллектуальной психики. Данное направление работы А.Н. Леонтьева было напрямую связано с разработкой вопроса деятельности и проблемы сознания.

    Разрабатывая проблему личности, Алексей Леонтьев придерживался двух направлений своей деятельности. Он трудился над проблемами психологии искусства. По его мнению, нет ничего такого, где человек мог бы реализовать себя так целостно и всесторонне, как в искусстве. К сожалению, на сегодняшний день почти невозможно встретить его работы по психологии искусства, хотя при жизни Алексей Николаевич много работал над этой темой.

    В 1966 г. Алексей Николаевич Леонтьев окончательно перешел на факультет психологии Московского университета, с того времени и до последнего дня своей жизни Леонтьев был бессменным деканом и заведующим кафедрой общей психологии. Алексей Николаевич покинул наш мир 21 января 1979 г.; переоценить его научный вклад невозможно, ведь именно ему удалось многих заставить пересмотреть свои взгляды и совершенно с другой стороны подойти к предмету и содержанию психофизиологических исследований.

    ЛОМОВ БОРИС ФЕДОРОВИЧ.

    Борис Федорович Ломов родился 28 января 1927 г. в Нижнем Новгороде. Уже во время обучения в школе он отличался высоким уровнем интеллекта, трудолюбием и любознательностью. К тому же, учась в старших классах, он заинтересовался психологией. Его мечта — заниматься любимым предметом — сбылась, когда он поступил в Ленинградский государственный университет на факультет психологии.

    В то время на факультете работали и читали лекции многие известнейшие психологи, в том числе А.Н. Леонтьев, Б.М. Теплов и Б.Г. Ананьев. Во время учебы в университете Б. Ф. Ломов очень активно занимался научной работой, уже в то время начали выходить в свет его первые статьи. Собирая данные различных исследований, теоретические разработки психологов, он сводил их к одному выводу. Так уже в студенческие годы зарождался его принцип системности как основной инструмент психологического познания В целом этот подход был сформирован несколько позднее.

    В конце 1950-х гг. Б.Ф. Ломов заинтересовался проблемами существования человека в производственной сфере жизни. Б.Г. Ананьев предложил ему попытаться применить психологические законы к трудовой практике людей. Молодой ученый занялся этой проблемой и успешно разработал несколько способов внедрения теоретических основ психологии в общественно-трудовую практику. Его книга «Человек и техника: очерки инженерной психологии», которая вышла в 1966 г., разошлась огромным тиражом и использовалась многими руководителями-производственниками. Б.Ф. Ломов предложил в ней несколько методов повышения производительности труда, основанных на психологических законах. Кроме того, он высказал необходимость поддержания на предприятии дружественной и уютной атмосферы как условия сохранения здоровья и гуманного умонастроения работников.

    Благодаря своему трудолюбию и выдающимся способностям Б.Ф. Ломов скоро стал одним из ведущих специалистов в области инженерной психологии. В 1964 и 1967 гг. в Москве были проведены всесоюзные форумы, посвященные этой проблеме, а Б.Ф. Ломов был их организатором и руководителем.

    Б.Ф. Ломов принял самое непосредственное участие в создании в Москве Института психологии, а 1 января 1972 г. возглавил его. Позже при институте была образована лаборатория, в которой проводились эмпирические исследования, таким образом, в институте содружественно развивались теоретические и прикладные проблемы. Центральной же задачей работы института стало создание в стране психологической службы, а также подготовка молодых специалистов в области психологии.

    Б.Ф. Ломов был не только ученым, но и талантливым педагогом. Его коллеги и ученики говорили о своеобразном «ломовском поле притяжения», образованном благодаря его незаурядным личным качествам В этом «поле» были воспитаны многие ученые, кроме того, Б.Ф Ломову удалось привлечь к разработке психологических проблем многих видных специалистов из других областей знания.

    В 1975 г. в журнале «Вопросы психологии» Б.Ф. Ломов опубликовал свою статью «О системном подходе в психологии». Обосновывая системный подход, он исходил из того, что психические явления включены во всеобщую взаимосвязь процессов материального мира и выражают уникальное единство всех живых организмов Психическое выступает как отражение действительности и отношение к ней, как природное и социальное, как сознательное и бессознательное. Психика, по Б.Ф. Ломову, — это многомерное, иерархически организованное, динамически целое, т.е. она выступает как система. Ядро системного подхода, согласно Б.Ф. Ломову, образуют шесть основных принципов.

    1) Психические явления воспринимаются исследователем с нескольких сторон: как некоторая качественная единица, как внутреннее условие взаимосвязи и взаимодействия объекта со средой, как совокупность качеств, приобретаемых индивидом, и как результат активности микросистем организма. Целостное описание явления предполагает сочетание всех планов исследования.

    2)  Психические явления многомерны, а потому они должны рассматриваться в различных системах измерения. Если к их изучению подходить с одной стороны, то явление никогда не будет исследовано целиком.

    3)  Система психических явлений состоит из многих уровней, психика в целом разделяется на когнитивную, коммуникативную, регулятивную, каждая из которых также разделяется на уровни.

    4) По мнению Б. Ф. Ломова, свойства человека организованы в единое целое, по своему строению напоминающее пирамиду на вершине находятся основные психические свойства, в основании — раскрывающие их свойства, а грани символизируют различные категории свойств. Таким образом, при системном рассмотрении необходимо учитывать совокупность свойств различного порядка.

    5) Целостное познание психического явления подразумевает учет множественности его детерминант. В их число входят причинно-следственные связи, общие и специальные предпосылки психических явлений, опосредующие звенья, а также внешние и внутренние факторы. Одни и те же детерминанты могут в одних условиях выступать в роли предпосылок, а в других — в роли, например, фактора или опосредующего звена.

    6)  Психические явления должны изучаться в их динамике и развитии. Целостность и дифференцированность психических явлений возникают, формируются или разрушаются в ходе развития индивида, которое выступает как полисистемный процесс. Таким образом, психическое развитие индивида можно представить как постоянное движение, возникновение, формирование и преобразование основных свойств и качеств.

    Все эти принципы подразумевают полисистемность бытия человека и интегральность его психических свойств. Именно эта идея является определяющей для системного подхода Б.Ф.Ломова. 23 декабря 1976 г. Б.Ф. Ломов был выбран членом-корреспондентом Академии наук по отделению философии и права.

    В 1984 г. ученый издал свою книгу «Методологические и теоретические проблемы психологии». Он воспринимал основную задачу психологической науки в изучении природы психики, ее механизмов и законов, действующих в этой среде. Психологические законы, по его мнению, относятся к различным уровням психического, раскрывают его всевозможные измерения. Каждая группа законов фиксирует существенные и устойчивые связи психического в какой-либо определенной плоскости. Многообразие действующих законов, их различная направленность, по Б.Ф. Ломову, являются источником вариативности психических явлений.

    Также в этой работе Б.Ф. Ломов изложил свои представления об уровнях исследования человека и его психики. На самом высоком уровне человек рассматривается в системе человеческих отношений и изучается как личность. Предметом исследования в этом случае являются развитие личности и социально-психологические явления. На предыдущем уровне личность рассматривается с точки зрения ее собственных свойств и структуры в контексте ее деятельности, непосредственного общения и поведения. На еще более низком уровне изучаются процессы и состояния человека, его восприятие, мышление, память и т.д. Этот уровень связывает психологию с физикой и математикой, а следующий — с нейрофизиологией и биологическими науками. Самый низкий уровень связан с областью исследований нейродинамики или физиологического обеспечения психических процессов. Эта иерархия показывает связь психологии с другими науками, кроме того, она определяет основание для систематизации получаемых в психологии данных.

    Борис Федорович Ломов умер, 11 июля 1989 г. в Москве. Он оставил заметный след во многих областях отечественной науки, занимался проблемами общей и инженерной психологии, вопросами осязания, памяти, зрительного восприятия. Особенно важным для психологии является системный подход, разработанный Б.Ф. Ломовым. Этот подход вводит в науку широкий взгляд на изучаемые явления, позволяет наиболее точно ставить проблему для изучения и намечать стратегии ее решения. В Институте психологии, созданном при непосредственном участии Б.Ф. Ломова и под его руководством, обучались многие известные психологи, а также проводились исследования множества различных проблем психологии.

    ЛУРИЯ АЛЕКСАНДР РОМАНОВИЧ.

    Александр Романович Лурия родился 16 июля 1902 г. в Казани в семье врача. После окончания гимназии он поступил в Казанский университет на факультет общественных наук. После окончания в 1921 г. университета он занимался экспериментальной психологией, в частности его первые исследования были посвящены психофизиологии труда.

    В 1923 г. Лурия переехал в Москву, где работал в Институте психологии, занимался изучением аффективных состояний человека и разрабатывал методику «сопряженных моторных реакций». Суть ее заключается в одновременной регистрации словесных и двигательных ответов на слова-стимулы. А.Р. Лурия показал, что именно сочетание таких ответов более адекватно отражает эмоциональное состояние человека.

    Исследование аффективных процессов позволило установить ряд важных фактов, свидетельствующих о том, что эмоциональное состояние человека представляет собой целостные системные образования, включающие в себя различные, связанные между собой компоненты. Использование данной методики для изучения эмоций у студентов на экзамене, у лиц, подозреваемых в преступлении, у больных с психическими расстройствами существенно обогатило и психологию эмоций, и методологию общей психологии. Эта методика оказалась предвестником «детектора лжи», намного позже созданного в США.

    В 1924 г. Александр Романович впервые встретился с Л.С. Выготским. Во многом именно благодаря общению с ним у Лурии возник интерес к мозговой организации мыслительных процессов, впоследствии это направление стало главным делом его жизни. Помимо этого, Лурия также занимался изучением проблемы развития ребенка и влияния наследственных и средовых факторов на развитие. Вместе с некоторыми другими психологами он проводил сравнительное исследование перцептивных, мнемонических и речевых функций у близнецов.

    В 1926 г. Александр Романович начал проводить свои исследования в неврологических клиниках, уделяя особое внимание страдающим болезнью Паркинсона и афазией (нарушениями речи). Эти исследования, посвященные изучению нарушения психических процессов у больных, положили начало новому направлению в психологии — нейропсихологии.

    Вместе с Л.С. Выготским Лурия создал учение о высших психических функциях человека, которое определило пути развития современной психологии. Речь идет о таких функциях, как произвольное внимание, опосредованное запоминание, абстрактное мышление. Изучая их формирование; Лурия использовал «инструментальную методику», или «методику двойной стимуляции» Выготского. Результаты этих исследований были опубликованы в совместной книге Выготского и Лурии «Этюды по истории поведения», изданной в 1930 г.

    В 1936 г. Александр Романович защитил свою первую докторскую диссертацию. Несмотря на то что последние десять лет он активно занимался развитием нейропсихологии, его диссертация была посвящена аффективным состояниям человека и называлась «Психофизиология аффективных процессов». Ее содержание составили результаты исследований, проведенных в 1923—1924 гг., опубликованные ранее в Нью-Йорке.

    В том же году А.Р. Лурия закончил Московский медицинский институт, где получил второе высшее образование и диплом врача. Следующие пять лет он работал в Институте нейрохирургии АМН СССР и Институте неврологии АМН СССР, где очень основательно и подробно разрабатывал проблемы афазиологии, которым и была посвящена его вторая докторская диссертация, защищенная в 1942 г.

    В годы Великой Отечественной войны Александр Романович руководил военным госпиталем на Урале, специализирующимся на психической адаптации военнослужащих, перенесших тяжелые ранения. В этот период он продолжал заниматься проблемами афазии и восстановления речи у больных с очаговыми поражениями мозга. Результатами этих исследований стали его работы «Травматическая афазия» и «Восстановление функций после военной травмы», вышедшие в 1947 и 1948 гг. соответственно.

    После окончания войны Лурия продолжил работу в области нейропсихологии. Его считают основоположником нейропсихологии нового типа. В отличие от западной нейропсихологии, которая в значительной мере выросла из медицины, разрабатываяемая им наука имеет своей основой именно психологию. Ее истоком является общепсихологическое представление о структуре и строении психических функций. Нейропсихология, созданная Лурией, является, по сути, синтезом трех наук — физиологии, медицины и психологии, являясь в то же время отдельной отраслью последней.

    Очень важное значение для науки имеет его теория мозговой организации высших психических функций человека. Александр Романович определял высшую психическую функцию как сложную форму психической деятельности. Она включает в себя движущие мотивы, цели, исполнительные и контролирующие механизмы психического процесса. За реализацию психических функций отвечают определенные мозговые структуры. Эти структуры — строго дифференцированные образования, объединенные в различные системы. Общие и локальные физиологические процессы (закономерности функционирования соответствующих нейтронов) отвечают за различные аспекты высших психических функций и за различные формы их нарушений. На основе этой теории А.Р. Лурия разработал методы нейропсихологической диагностики нарушения высших психических функций, а также способы их восстановления.

    В начале 1950-х гг. он вновь обратился к изучению психических процессов у детей. В этой области его особенно интересовали проблемы формирования регулирующей функции речи. В то время он работал в Институте дефектологии АПН РСФСР, где получил доступ к обширному клиническому материалу. Его двухтомный труд «Проблемы высшей нервной деятельности нормального и аномального ребенка», вышедший в 1956—1958 гг , стал логичным завершением этого периода его жизни, поскольку включил в себя все вопросы, которыми занимался ученый в то время.

    В частности, Лурия подробно изучал переход ребенка от внешних способов опосредования к внутренним. Оказалось, что процесс опосредования произвольного запоминания проходит несколько этапов. Так, например, младшие дошкольники еще не могут использовать свой рисунок в качестве мнемотехнического средства, а старшие дошкольники уже способны применить свои рисунки в целях запоминания, однако не отражают в них характерных особенностей запоминаемого материала.

    В младшем школьном возрасте изображения становятся более выразительными, в них выделяются типичные свойства запоминаемых объектов, что значительно повышает эффективность процесса запоминания. У подростков рисунок совершенно теряет свое значение средства, улучшающего произвольное запоминание, т.к. продуктивность его не зависит от того, используется ли прием с рисунком или нет. Основной вывод, который Лурия приводит в этой книге, заключается в том, что подобный путь развития — от внешнего опосредования к внутреннему — проходят и другие познавательные процессы. Александр Романович внес вклад в историческую психологию. Изучая проблему общественно-исторической детерминации психики, он определил, что внешние (исторические, социальные) условия, общественные формы, в которых существует человек, во многом определяют характер и психологическую структуру его познавательных процессов. Эти положения были позже доказаны экспериментально.

    Александр Романович Лурия умер 14 августа 1977 г. На ранний период его творчества оказал большое влияние Лев Семенович Выготский, многие работы того времени написаны ими совместно. Он внес значительный вклад в детскую и историческую психологию, а его методы диагностики и восстановления высших психических функций обеспечили ему признание как в России, так и за рубежом.

    ОХОРОВИЧ ЮЛИАН ЛЕОПОЛЬД.

    Известный в Европе украинский и польский ученый, действительный член Русского психологического общества, инициатор Первого Международного психологического конгресса, один из основателей Международного института психологии в Париже в 1900 г., приват-доцент психологии Львовского университета Юлиан Леопольд Охорович родился в 1850 г.

    Заниматься научной деятельностью Ю. Охорович начал, будучи студентом Варшавского университета. В 1868 г. за представленную на конкурс студенческую работу «О методах психологических исследований» он получил серебряную медаль. Уникальность этой работы заключалась в новаторском взгляде на классификацию наук, изложение которого вызвало острейшую дискуссию: в частности, Ю. Охорович в этой работе пытался доказать, что психология является самостоятельной экспериментальной наукой, отличающейся от философии. Охорович в этой работе пропагандировал сравнительно-исторический метод исследования, эмпирические методы наблюдения и самонаблюдения, измерения и эксперимента.

    В 1871 г. Охорович публикует работу «Будущее психологии», в которой выступает за необходимость независимой психологии, которая должна быть основой для философии, эстетики, педагогики, этики, криминалистики и других наук Психолог же, по мнению Охоровича, должен быть прежде всего наблюдателем, ищущим факты, анализирующим все стороны духовной жизни. Следовательно, настоящий психолог должен быть практиком, а не просто уметь рассуждать на интересующие его темы.

    Охорович в это время интересуется законами и условиями движения мысли и духовной жизни. В частности, он полагает, что подобное движение можно будет выразить при помощи математических формул.

    Блестяще окончив университет, он в 1873 г. защищает диссертацию по психофизиологии на тему «Сознание человека. Его условия и законы». В 1875 г. молодого ученого приглашают на только что созданную кафедру психологии и философии природы во Львовском университете на должность доцента.

    В программу его лекций входили такие недостаточно изученные ранее отрасли психологии, как теоретическая, индуктивная, прикладная, криминальная психология, патогномика, психология творчества, психология истории и цивилизации, этнопсихология, философия физики и история философии природы.

    Львовский период жизни был самым плодотворным в его карьере: он принимал активное участие в общественной и научной жизни Львова, печатался в газетах и еженедельниках, занимался литературой (в частности писал стихи), редактировал журнал «Нива», выступал на съездах и конференциях.

    Живя во Львове, Охорович разработал проект программы Первого Международного конгресса психологов, в котором, помимо разработки организационных вопросов, он выделил следующие отрасли психологии: общую, физиологическую, криминальную, патологическую, педагогическую, психофизику, этологию, патогно-мику, психологию творчества и искусства, психологию истории, психологию математики, историю психологии — все отрасли психологических знаний, преподаванием которых он занимался во Львовском университете.

    Основной целью конгресса он видел возможность создания общего для всех ученых мира плана действий в целях плодотворного сотрудничества и избежания параллелизма и повторения в исследованиях.

    Практически в полном соответствии с планами Охоровича с 6 по 10 августа 1889 г. проводится Первый Международный конгресс физиологической психологии, на котором Охорович возглавляет одну из самых больших секций — секцию «Гипнотизм и внушение», собравшую на своих заседаниях более 100 человек. Сам Охорович на заседаниях своей секции прочитал доклады «Гипноз и внушение» и «Гипнотическая склонность и методы ее выявления при помощи гипноскопа».

    Вообще, эта тема вследствие своей малоизученности чрезвычайно привлекала Охоровича. Так, начиная с 1882 г. он часто посещал лекции Ж. Шарко, а в 1884 г. представил на заседании Парижского биологического общества свои доклады, в которых впервые познакомил общественность со своим изобретением — гипноскопом, прибором, позволяющим определить внушаемость человека; а также свою теорию идеопластии, которую он определил как «физиологическую реализацию мысли», т.е. в противоположность общепринятой теории о том, что ощущения вызывают мысль; Охорович в теории идеопластии подчеркивает, что мысль первична и вызывает какое-либо изменение в организме в соответствии с мыслью. Эта теория для Охоровича стала объяснением случаев магнетизма, гипнотизма и внушаемости человека.

    По рекомендации известного французского психолога-практика Ш. Рише Охорович получил возможность проводить свои эксперименты в знаменитой, благодаря деятельности Жане и Фрейда, психиатрической клинике Ж. Шарко, где он ставил свои эксперименты на тяжелобольных пациентах, чем положительно повлиял на их лечение. В это время Охорович разрабатывает давно интересующую его теорию о животном магнетизме (или месмеризме), согласно которой все живые организмы излучают специфическое магнитное поле, чем, собственно, и объясняется «тайна» бесконтактного воздействия одного живого организма на другой. Охорович считал, что он открыл вид излучения органического происхождения, о чем докладывал на съездах неврологов, психиатров и психологов в Варшаве в 1910 г. и на съезде естествоиспытателей и врачей в Кракове в 1911г.

    В основном международную славу Охоровичу принесли его работы по вопросам гипнотизма — «Мысленное внушение» и «Гипнотизм и месмеризм». Эти работы, в частности, были высоко оценены и получили награды Парижской академии наук в 1912 г.

    В этих работах Охорович пытался выяснить сущность гипнотического состояния и механизмы словесного воздействия при гипнотическом воздействии на человека. Он скрупулезно исследует физическую нервную передачу болезней, передачу эмоциональных состояний, ощущений, мыслей, воли, мысленное внушение с задержкой и на расстоянии

    Также в этих работах Охорович анализирует проблемы экзальтированной перцепции (восприятия), экзальтации мозга, прямого психического и физического воздействий, универсального флюида и психофизической передачи. Основной вывод, сделанный им в вышеупомянутых трудах, сводится к тому, что внушение, вследствие его чрезвычайной сложности, нельзя объяснить воздействием какого-либо одного принципа или проблемы. По мнению Охоровича, внушение следует изучать только в комплексе с «различными явлениями физической передачи. Мысль как порождение мозга никогда не ограничивается самим мозгом». Согласно Охоровичу, развивающему идею Сеченова, мысль влечет мускульное сокращение, образующуюся при сокращении секрецию, эманации, прямые образования тепла и электричества. Таким образом, все живое «является динамическим фокусом, который стремится расширить свойственное ему движение, которое, в свою очередь, преобразуется соответственно среде, в которой оно проходит».

    Все научное творчество Охоровича отмечено ярким новаторством. Так, ученый постоянно искал техническое средство, при помощи которого можно было «сфотографировать» мысль, но только в 80-х гг. XX в. благодаря развитию компьютерной техники подобное стало возможным.

    Большое влияние на развитие медицинской психологии оказала опубликованная в 1916—1917 гг. двухтомная работа Охоровича «Психология и медицина», в которой он обосновывал необходимость читать лекции по психологии студентам медицинского университета. Он внес немало новаторского и в медицинскую практику: в частности, магнитотерапию, металлотерапию, гипнотерапию.

    В 1906 г. во Львове выходят его работы «О методе в этике» и «Беседы и наблюдения в области физиологии, психологии, педагогики и естественных наук», что свидетельствовало о его увлечении педагогической наукой.

    Нельзя не упомянуть о приверженности Охоровича к исследованиям телепатии и медиумизма. Совместно с известным медиумом Э. Палладино Охорович приходит к выводу, что проявления органической энергии медиума можно исследовать экспери ментальны -ми методами, результатом данного исследования стал пятитомный труд «Медиумические явления».

    Среди наиболее ценных работ Охоровича можно выделить следующие: «Первоначальные основы психологии» (1916), «О применении психологии» (1878), «О свободе воли» (1871), «Любовь, преступление, вера и мораль» (1870), «Мозг и дух» (1872), «О поэтическом творчестве» (1877), «Дарвин и его предшественники» (1872), «О формировании собственного характера» (1872), «О явлениях раздвоения в духовной жизни человека» (1877), «Очерки теории наследственных явлений» (1870).

    Умер Охорович в 1917 г. Судьба его научных разработок чрезвычайно сложна: его открытия очень часто критиковали, замалчивали, в то же время признавая их ценность. В 1895 г. Британское общество психологических исследований зачислило его в свои почетные члены. За свою жизнь он был удостоен подобной чести со стороны научных психологических обществ Нью-Йорка, Берлина, Лейпцига, Кельна, Будапешта. В 1915—1916 гг. Охорович — вице-президент польского общества психологов. Тем не менее в России имя этого известного психолога неизвестно даже современным психологам, а список его работ на русском языке исчерпывается несколькими наименованиями.

    ПАВЛОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ.

    Иван Петрович Павлов — великий российский естествоиспытатель, физиолог, оставивший неизгладимый след в истории отечественной науки, и всемирно известный ученый, лауреат Нобелевской премии. Достижения научных школ, созданных учениками Павлова, определили новое воплощение павловских идей в современных исследованиях и открыли возможность проникновения физиологической мысли на клеточный, мембранный и молекулярный уровни системных функций, что позволило понять тонкие механизмы адаптивных реакций организма.

    Родился Иван Петрович Павлов 14 (26) сентября 1849 г. в Рязани в семье священника. Происхождение и определило то, что начальное образование Павлова — духовное: он окончил Рязанское духовное училище, а затем, в 1864 г., поступил в Рязанскую духовную семинарию.

    В 1870 г. Павлов поступил в Петербургский университет на физико-математический факультет, по окончании которого в 1875 г. поступил на 3-й курс Медико-хирургической академии. Учась в академии, Павлов одновременно работал в лаборатории профессора-физиолога К.Н. Устимовича.

    В 1879 г. Павлов окончил Меди-ко-хирургическую академию и был оставлен для продолжения научной деятельности. В 1881 г. Павлов защитил диссертацию на степень доктора медицины. Затем 46 лет жизни и деятельности И.П. Павлова были неразрывно связаны с Институтом экспериментальной медицины, где он возглавил отдел физиологии, названный впоследствии его именем.

    Иван Петрович Павлов внес огромный вклад в развитие русской психологии, развивая учение Сеченова о рефлекторном характере психической деятельности. С помощью разработанного им метода исследования условных рефлексов он установил, что в основе психической деятельности лежат физиологические процессы, происходящие в коре головного мозга.

    Павлов впервые выступил с новой программой в 1903 г. на Международном медицинском конгрессе в Мадриде. Свою речь он озаглавил «Экспериментальная психология и психопатология на животных». Для участников конгресса это было неожиданностью. Павлов уже приобрел всемирную славу своими работами по физиологии пищеварения, а тут — психология. Но сам Павлов констатировал: «...этот переход произошел хотя и неожиданно, но вполне естественно...»

    От физиологических опытов Павлов непринужденно перешел к психологическим опытам, что и определило его последующую работу. Павлов изложил свое представление о новом психофизиологическом направлении в медицине, которое было построено на обширном опытном материале. В своем сообщении он упомянул о 12 вариантах опытов по изучению рефлекторной регуляции поведения. Каждый вариант стал в дальнейшем моделью для разработки множества других новшеств, введенных Павловым.

    В опытах над собаками применялись раздражители, провоцирующие противоположные по своему мотивационному знаку реакции. Так, например, подводимый к коже животного электрический ток, причиняющий сильную боль, оказался способным вместо негативной оборонительной реакции вызвать позитивную пищевую реакцию. Опыты Павлов проводил сам и при помощи своих коллег-ассистентов.

    Известно, что раз в неделю, по средам, в 10 часов утра Павлов собирал сотрудников своих лабораторий для обсуждения результатов опытов, а также общих проблем учения о высшей нервной деятельности. В стенограмме одной из «Павловских сред» (так назывались эти встречи) записано' «Иван Петрович рассказал об описанном Фрейдом случае излечения истерического психоза».

    Примерно в таком же ключе, только более расширенном, проходила и мадридская встреча Павлова. Начав с того, что он остановится только на опытах со слюнными железами и будет говорить только языком фактов, Павлов в действительности развернул перед слушателями методологию своих исследований. Именно в этой новой конкретно-научной методологии и новой исследовательской программе, а не только в фактах заключался смысл павловской революции в физиологии и психологии.

    Впоследствии в массовом обыденном сознании павловское открытие воспринималось в крайне примитивном образе (примерно как и с «сеченовскими лягушками»): слюноотделение у собаки наблюдается не только при соприкосновении с пищей, но и при воздействии на мозг раздражителя, подающего сигнал о ней. Между прочим, точно так же представляли себе павловский рефлекс и его критики, наделенные изощренным философским умом.

    Однако простота феномена скрывала гораздо более значимые для науки новшества. Историческое значение учения Павлова заключалось во введении новой категории — категории поведения (вспомним, что при Сеченове такой категории еще не существовало).

    Все предшествующие попытки понять концепцию рефлекса — от Декарта до Сеченова — строились на концепции рефлекса, трактуемого в качестве сенсомоторного акта. Сохранив ориентацию на принцип рефлекса, Павлов избрал для анализа целесообразных действий живого организма другой объект — орган, соединяющий эн-доэкологию с экзоэкологией биосистемы, внутреннюю среду с внешней.

    В связи с этим понятия, вводимые Павловым, преодолевали традиционное членение психики и ее субстрата на два разряда, о каждом из которых Павлов говорил отдельным языком. Сравнивая выделенный им круг новых условно-рефлекторных явлений с традиционными физиологическими функциями, Павлов отмечал, что различие между ними в том, что «в физиологической форме опыта вещество соприкасается непосредственно с организмом, а в психической форме оно действует на расстоянии», но Павлов оговаривает, что существенное различие не в этом. Поиск этого различия приводит его в сферу сигнальных отношений. Сигнал в понимании Павлова выступал как средство различения не только внутренних условий работы организма, но и ее внешних условий, позволяя тем самым ориентироваться в окружающем мире, улавливать объективные, независимые от живой системы свойства и отношения.

    Впоследствии Павлов видел задачу «первых сигналов» в сенсорном, чувственно-образном распознавании предметного мира. А потребность приобрела у него в контексте категории поведения значение мотивационного фактора, обозначенного Павловым термином «подкрепление». Другими важнейшими переменными (детерминантами поведения) выступили торможение и повторение. Павлов утверждал в качестве важнейшей особенности рефлекторной регуляции модифицируемость уже сложившихся форм поведения.

    Таким образом, созданный Павловым язык является языком-посредником, позволяющим сомкнуть биологическую жизнь и неотделимую от нее — психическую. Именно в этом и заключается «гениальный взлет павловской мысли».

    Надо сказать, что изучение физиологии во времена Павлова сочеталось с изучением Достоевского, произведения которого обнажали сложность и многоплановость душевной организации человека. Поэтому мысль о том, что открытия и знание законов, полученных в результате опытов над животными, позволят обеспечить людям истинное счастье, неслучайно занимала Павлова и его единомышленников.

    Идея активности организма (человека), его собственных преобладающих возможностей, его деятельность, установки по отношению к внешней среде владела умами тех, кто отстаивал объективный метод в физиологии и психологии. Об этом говорили понятия о рефлексе сосредоточения, об ориентировочном (по Павлову — установочном) рефлексе. Примечательно в этом отношении введение Павловым понятия о «рефлексе цели».

    Ориентировочный рефлекс включает стремление овладеть предметом, безразличным для жизнеобеспечения организма В качестве типичного примера рефлекса цели Павлов приводил страсть к коллекционированию. Павлов приходит к выводу, что «надо отделять самый акт стремления от смысла и ценности цели и чго сущность дела заключается в самом стремлении, а цель — дело второстепенное». «Рефлекс цели имеет огромное жизненное значение, он есть основная форма жизненной энергии каждого из нас», — утверждал Павлов.

    Применительно к рефлексу цели как энергетической переменной Павлов ввел представление о социально-исторической детерминации. Причины падения энергии он усматривал в общественных влияниях.

    В 1923 г. вышла работа Павлова «Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности поведения животных», в которой он изложил свою программу и описал колоссальную, проделанную им и его сотрудниками работу

    Учение Павлова постепенно обогащалось не только фактами, но и теоретическими представлениями. Павлов поднял огромный пласт вопросов, касающихся работы высшей нервной деятельности: о причинах индивидуальных различий, о роли генетических факторов, о зависимости нервно-психической патологии от свойств типа ВИД и другие. Другое направление павловского труда касалось специфики ВИД человека.

    Труды И.П. Павлова получили международное признание. В 1935 г. в нашей стране проходил 15 Международный конгресс физиологов, на котором ученые всего мира назвали Павлова «старейшиной физиологов мира». К этому времени И.П. Павлов был уже академиком, почетным членом и доктором «гонорис кауза» более чем 120 научных обществ, академий и университетов, отечественных и зарубежных. Известный во всем мире как создатель учения о высшей нервной деятельности, лауреат Нобелевской премии за труды по физиологии пищеварения, И.П. Павлов оставался до конца дней своих неутомимым тружеником и активным гражданином России.

    Учение Павлова и его современное развитие служит одной из важнейших естественно-научных основ материалистической психологии и диалектико-материалистической теории «отражения» (положение о связи языка и мышления, чувственного отражения и логического познания и др.). Труды Павлова и его школы в последнее время используются для разработки и создания кибернетических устройств, имитирующих отдельные стороны психической деятельности.

    Умер Павлов в 1936 г. на 87-м году жизни в Ленинграде и похоронен на Волковом кладбище. Уже при жизни труды И.П. Павлова были высоко оценены, что, в частности, отразилось на создании ему необходимых условий для плодотворной работы и нормальной жизни.

    ПЕТРОВСКИЙ АРТУР ВЛАДИМИРОВИЧ.

    Известный отечественный психолог Артур Владимирович Петровский родился 14 мая 1924 г. в Севастополе. Судьба его сложна и интересна. Когда началась Великая Отечественная война, он добровольцем ушел на фронт. После демобилизации Петровский, проработав некоторое время на военном заводе, поступил в ремесленное училище. Следующим этапом его образования была школа рабочей молодежи, где молодой Петровский увлекся филологией и по окончании школы поступил на филологический факультет Московского городского пединститута им В.П. Потемкина, а затем — в аспирантуру. Тема его кандидатской диссертации сочетала в себе аспекты двух наук: филологии и психологии, которой Петровский к тому времени увлекся, и в 1950 г. состоялась защита его первого научного труда «Психологические воззрения А.Н. Радищева».

    В дальнейшем Петровским ведутся серьезные исследования в области теории психологии, он работает на кафедрах психологии Волгоградского пединститута, Московского городского пединститута, МГПИ им. В.И. Ленина. Итогом его деятельности становится изданная в 1961 г. книга «Беседы о психологии». Параллельно Петровский занимается изучением истории психологии; эта тема в течение всей жизни будет интересовать его, поэтому неслучайно его докторская диссертация, защищенная в 1965 г., носила название «Пути формирования основ советской психологии».

    Исследуя историю развития психологической мысли в России, Петровский впервые ставит вопрос о необходимости объективной научной оценки педологии, столь популярной в начале нашего века, а также психотехники, рефлексологии, реактологии и трудов В.М. Бехтерева, В.А. Вагнера, П.П. Блон-ского и др. В 1966 г. происходит значительное событие в карьере Петровского: он получает звание профессора и становится заведующим кафедрой психологии МГПИ. В 1967 г. выходит книга Петровского «История советской психологии».

    В 1968 г. он становится членом-корреспондентом АПН СССР, затем — академиком-секретарем отделения психологии и возрастной физиологии и с 1971 г. — действительным членом АПН СССР. Параллельно он работает в редколлегиях журналов «Вопросы психологии» и «Вестник МГУ». В 1972 г. Петровский уходит из МГПИ и становится руководителем лаборатории психологии личности НИИ общей и педагогической психологии АПН РСФСР. Эта лаборатория будет работать под его руководством с 1972 по 1993 г. Проводя анализ трудов лаборатории, можно выявить два основных научных течения.

    Первое — это уже известное нам историко-психологическое направление, корни которого уходят в 60-е гг. XX в. Исследования в этой области продолжаются Петровским и его последователями по настоящее время. За этот период были изданы следующие книги А.В. Петровского: «Вопросы истории и теории психологии» (1984), «История психологии» (1994, в соавторстве с М.Г. Ярошевским), «Вопросы истории и теории психологии» (1984), «История и теория психологии» (1996, в соавторстве с И.Г. Ярошевским), «Основы теоретической психологии» (1997, в соавторстве с И.Г. Ярошевским). В течение этого времени было защищено свыше 20 кандидатских и докторских диссертаций, посвященных развитию этих идей.

    Второе направление связано с проблемами личности и межличностных отношений в группах разного типа и относится к области социальной психологии. Теория деятельностного опосредствования межличностных отношений, разработанная А.В. Петровским, точнее ее стратометрическая концепция легла в основу этого направления. Эта концепция позволяет дифференцировать группы по уровню развития и исследовать структуру внутригрупповых связей. Петровским были изучены связи между членами различных групп и показана неправомерность распространения зависимостей, выявленных в группах одного уровня развития, на другие группы.

    Сформулированная Петровским трехфазная концепция развития личности выявила закономерность смены этапов адаптации, индивидуализации и интеграции при вхождении в новую группу или при изменении статуса в прежней. На этой основе Петровский предложил возрастную периодизацию, суть которой заключается в том, что для каждой развивающейся индивидуальности путь к социальной зрелости проходит макрофазы детства (преимущественно адаптация личности), отрочества (преимущественно индивидуализация) и юности, ведущей к интеграции личности в обществе. Концепцию ведущей деятельности Петровский с этих позиций подверг критической переоценке.

    В общей теории межличностных отношений Петровский, исследуя факторы, определяющие для субъекта значимость другого человека, предложил трехфакторную модель «значимого другого». В качестве базиса для этой модели Петровский рассматривает властные полномочия, аттракцию (привлекательность) и референтность (авторитетность). Сложные соотношения и количественные изменения этих факторов образуют отраженную субъектность значимого другого.

    В начале 1980-х Петровский разрабатывает концепцию персона-лизации, которая составляет теоретическую основу исследований лаборатории в области проблем развивающейся личности. На базе вышеизложенных концепций были созданы следующие труды: коллективная монография — «Психологическая теория коллектива» (1979) и книги Петровского «Личность, деятельность, коллектив» (1982), «Популярные беседы о психологии» (1981), «Психология развивающейся личности» (1987) и ряд других. Основные данные, полученные в исследованиях, вошли в содержание учебников и учебных пособий, выходивших под редакцией Петровского: «Общая психология» (1970), «Возрастная и педагогическая психология» (1973), «Социальная психология коллектива» (1978), «Социальная психология» (1987), «Введение в психологию» (1995).

    В 1976 г. Петровский получает звание вице-президента АПН СССР, а с 1978 по 1985 г. этот удивительно работоспособный человек, не прекращая управление лабораторией, становится также руководителем кафедры педагогики, психологии и методики преподавания в высшей школе на факультете повышения квалификации МГУ. Но все же главным его увлечением была лаборатория психологии личности, он отдавал ей большую часть своего времени и сил. Петровский создает ее, как художник пишет картину, тщательно отбирая сотрудников.

    В начале 1990-х гг. лаборатория подвергается существенному сокращению и в 1993 г. преобразуется в группу психологии личности, которая в январе 1999 г снова получает статус лаборатории, но, изменив профиль научных исследований, называется теперь лабораторией теории и истории психологии. Акцент смещается на разработку основ теоретической психологии, и прежде всего категориально-понятийной системы психологического знания: ведь еще в 1996 г. Петровский начал разрабатывать особую область психологии — теоретическую психологию.

    Предметом этой науки стала рефлексия психологии, обнаруживающая в ее категориальной системе ключевые проблемы основных принципов исследования. С целью разрешения этих проблем Петровский предложил многоуровневую категориальную систему. С помощью такой системы можно полнее охарактеризовать психику человека на протопсихологическом, базисном, метапсихологи-ческом и экстрапсихологическом уровнях, а также показать межу-ровневые и внутриуровневые связи. Таким образом, Петровскому фактически удалось построить систему психологических теорий, каждая из которых базируется на одной из категорий, входящих в общую категориальную систему.

    В конце 1990-х гг. Петровский и его ученики разрабатывают также особую область историко-психологического исследования — политическую историю психологии. Предметом изучения здесь является развитие психологической науки в зависимости от политической конъюнктуры, которая складывалась в тоталитарных государствах.

    Самостоятельным направлением в работе лаборатории теории и истории психологии стали исследования Л.А. Карпенко, посвященные проблемам анализа понятий многочисленных направлений психологии и междисциплинарным взаимосвязям. Одновременно с исследовательским трудом сотрудники лаборатории работают над сло-варно-справочными изданиями по психологии, которые выпускаются с 1983 г. За этот период изданы под общей редакцией А.В. Петровского и М Г. Ярошевского при составительстве Л.А. Карпенко следующие справочные издания: «Краткий психологический словарь» (1985), «Психология. Словарь» (1990). Ведется работа над созданием «Психологической энциклопедии» и серии справочных изданий «Лексикон», представляющих собой серию из восьми словарей, составленных по тематическому принципу.

    На протяжении почти 30 лет исследований, проводящихся сотрудниками лаборатории под руководством А.В. Петровского, состоялись защиты 63 докторских и кандидатских диссертаций. Петровский явился редактором и соавтором ряда учебников по общей, социальной, возрастной, педагогической и теоретической психологии. Совместно с М.Г. Ярошевским этот ученый разработал многоуровневую систему психологической подготовки в вузах, за что в 1997 г. был награжден премией Правительства РФ в области образования. Он был консультантом таких известных фильмов, как «Семь шагов за горизонт», «Я и другие», «Чучело».

    За время своей научной деятельности он опубликовал свыше 1500 статей, учебников, учебных пособий, монографий, справочных изданий, многие из которых были переведены на иностранные языки, и все это плоды деятельности великого российского ученого Артура Владимировича Петровского.

    РУБИНШТЕЙН СЕРГЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ.

    Сергей Леонидович Рубинштейн родился 18 июня 1889 г. в Одессе, в семье адвоката. В 1908 г. он окончил Ришельевскую гимназию с золотой медалью. Высшее образование он решил получать в Европе, куда и отправился сразу по окончании гимназии. Сначала Рубинштейн поступил во Фрайбургский университет, но через 2 семестра уехал в Марбург, где продолжил обучение.

    Он окончил факультет философии Марбургского университета в 1914 г., тогда же вышла его первая крупная статья «К проблеме метода», первая часть которой стала его докторской диссертацией.

    Начавшаяся Первая мировая война вынудила С.Л. Рубинштейна вернуться в Одессу, и с 1917 г. он работал преподавателем в гимназии. В том же году Сергей Леонидович прочитал доклад «Философская система Когена» в философском обществе при Новороссийском университете.

    В апреле 1919 г. историко-философский факультет Новороссийского университета избрал Рубинштейна приват-доцентом по кафедре философии, причем произошло это во мноюм благодаря отзыву, сделанному Н.Н. Ланге. В университете С.Л. Рубинштейн читает психологию, логику, историю философии, а с декабря 1919 г. — еще и курс «Введение в философию».

    После смерти Ланге С.Л Рубинштейн подал в конкурсную комиссию Одесского института народного образования заявление на замещение вакантной должности, и в 1921 г. он был избран профессором кафедры психологии ИНО. Первая статья, которую выпустил С.Л Рубинштейн, пребывая в новой должности, была посвящена памяти Ланге и называлась «Принцип творческой самодеятельности». В ней он изложил свои основные положения и принципы, подверг критическому анализу конфликт между объективностью и конструктивностью знания, вытекающий из идеалистических концепций. По мнению автора, объективное бытие включает в себя элемент творческой конструктивности.

    В 1922 г. он сформулировал принцип единства сознания и деятельности. Этот принцип является основой не только в психологии, но и в педагогике. По мнению С.Л. Рубинштейна, субъект в своих действиях, в актах своей творческой самодеятельности не только проявляется, но и созидается и определяется. Данный метод подразумевает существенную роль деятельности в формировании человека и его психики. В дальнейшем ученый неоднократно подчеркивал важность этого принципа для педагогической практики.

    В течение следующих лет С.Л. Рубинштейн предпринял несколько командировок в Харьков. Во время одной из них он принял участие в съезде научных работников Украины. Занимая с 1925 г. должность директора Одесской научной библиотеки, он активно участвовал в развитии библиотечного дела в России. Будучи в командировке в Москве, он готовил доклад к всероссийскому библиографическому съезду. Также ученый принимал участие в съезде библиотекарей в Ленинграде, а в апреле 1927 г. — в заседании пленума всеукраинского библиотечного бюро в Киеве.

    С середины 1928 г. ученый стал внештатным профессором Института народного образования. Этот период был удачным и для его научной деятельности. В Одессе С.Л. Рубинштейн выпустил ряд статей, в том числе «Развитие мышления у подростков».

    В 1930 г. С.Л. Рубинштейн переехал в Ленинград, где возглавил кафедру психологии Ленинградского педагогического института. Работая в Ленинграде, он издал в 1935 г. книгу «Педагогика и психология», в которой он изложил свою идею о сотрудничестве учителя с учащимися. По его мнению, в педагогическом процессе все отношения, влияющие на сознание человека и на формирование его личности, принимают специфический характер. При этом в сотрудничестве ученика и учителя важно учитывать, что первый еще не может преобразовывать объективную действительность, создавать новые понятия и знания. Ему пока доступно только усваивание содержания уже сложившегося знания. На качество обучения, по мнению Рубинштейна, влияют не только интеллектуальные данные учеников и постановка обучения, но и отношение учащихся к предмету и преподавателю.

    Рубинштейн обращал внимание на то, что отношения педагога к ученикам и учеников к педагогу, которые определяют сущность педагогической ситуации, далеко не равнозначны. На основании всех вышеизложенных положений ученый сделал следующий вывод: педагог должен заботиться об установлении правильных отношений с учащимися, если он ставит перед собой задачу не только передачи знаний, умений и навыков, но еще и формирования личности.

    Также Рубинштейн показал в этой книге исследование творческих процессов мышления. По его мнению, основной способ существования психического — это существование в качестве процесса или деятельности. На основании этого он определяет мышление как процесс, составляющий непрерывное взаимодействие субъекта с объектами познания. Наиболее ярко этот процесс выступает при решении человеком проблем, выдвигаемых различными сферами жизни — экономикой, юриспруденцией, педагогикой, производством, наукой и т.д. Это происходит, как считал Рубинштейн, потому, что проблемность является неотъемлемой чертой познания. Мышление же, являясь опосредствованным познанием, имеет основу в его проблемности. Эта теория была впоследствии подтверждена ученым экспериментально.

    В 1940 г. Рубинштейн издал книгу «Основы общей психологии», работа над которой длилась несколько лет. В ней он, в частности, отразил свою теорию личности. Он рассматривал личность как основание связи всех психических процессов, ей принадлежащих и ею управляемых. Кроме того, личность понимается им в совокупности своих отношений с окружающим миром, реализующихся посредством деятельности, познания и общения.

    В рамках этой теории вполне естественно возник гуманистический подход Рубинштейна к личности учащегося в педагогике. Однако наметившиеся в государстве тенденции к уравниловке, обезличиванию ярко контрастировали с пропагандируемой ученым заботой о развитии индивидуальности субъекта. Несмотря на это, Сергей Леонидович настаивал на необходимости индивидуального подхода в обучении и воспитании.

    В этом произведении Сергей Леонидович обратился к проблеме сознания, считая его важнейшей составляющей, а также способом выражения отношения личности к миру — переживание. Предметом особо пристального внимания Рубинштейна стала коммуникативная функция сознания, связанная с речью Он рассматривал 2 онтогенетических этапа развития речи в контексте психологических коммуникативных задач, возникающих на разных этапах жизни ребенка. На первом этапе такой задачей является стремление ребенка понять взрослых, на втором — стремление быть ими понятым.

    До 19 марта 1942 г. Рубинштейн оставался в Ленинграде, где руководил подготовкой научных работников, приехавших в ЛГПИ из других городов (Ярославского, Вологодского, Уральского пединститутов), во время Великой Отечественной войны он участвовал в обороне города. В марте ЛГПИ был эвакуирован в разные города, и Сергей Леонидович вместе с кафедрой психологии переехал в Кисловодск, но пробыл там недолго. Осенью 1942 г. он отправился в Москву, где начал работать в Институте психологии при МГУ.

    В 1945 г С Л. Рубинштейн создал сектор психологии в Институте философии АН СССР и возглавил его. На базе этого сектора была организована первая психологическая лаборатория в Академии наук СССР.

    В 1946 г Рубинштейн опубликовал второе доработанное и расширенное издание «Основ общей психологии», которое сыграло роковую роль в его жизни Психолог был обвинен в космополитизме, недопустимом для советского ученого, в «преклонении перед иностранщиной» и недооценке отечественной науки. В 1948—1949 гг. его сняли со всех постов, и последующие за этими событиями 5 лет стали годами осуждения всех его трудов.

    Давление критики было огромно. Рубинштейна не печатали, и он посвятил это время работе над углублением теории деятельностного подхода, написал фундаментальную работу «Бытие и сознание», опубликованную только в 1957 г.

    Последние несколько лет своей жизни ученый посвятил разработке концепции человека, изданной после его смерти, в 1973 г. в работе «Человек и мир» Проблема человека рассматривалась им на личностном, социально-философском уровнях, в психологическом и этическом аспектах. Основной проблемой для Рубинштейна стал в то время вопрос о сохранении этичности, способности к творчеству, индивидуальности личности в условиях, противоречащих ее достоинству, отрицающих ее право на выбор. Центр жизни ученый видел в конкретном человеке, личности, в ее жизненной борьбе и личностных победах.

    Сергей Леонидович Рубинштейн умер в 1960 г Его педагогическая концепция стала важным этапом в развитии педагогики и психологии, так же как и его поздние теории человека. Сергей Леонидович Рубинштейн развивал гуманистическую концепцию личности, что в условиях сложившейся в стране идеологии было недопустимо Его творчество было подвергнуто осуждению, а все его заслуги и теории низложены Однако это не сломило дух ученого, а лишь наложило своеобразный отпечаток на его творчество.

    РЫБНИКОВ НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

    Николай Александрович Рыбников, один из виднейших, но незаслуженно забытых в настоящее время советских психологов, родился в 1890 г. Он пришел в психологию довольно поздно — в 27 лет, а путь его к получению знаний был достаточно своеобразным. Так, он учился только в начальной школе, курс средней школы ему пришлось постигать самостоятельно, в порядке самообразования. Лишь на 25-м году жизни он смог сдать экстерном экзамены за полный курс классической гимназии и поступить на историко-филологический факультет Московского университета.

    В это время занятия психологией не поощрялись: в университете не было психологического факультета, а сам предмет не входил в программу государственных экзаменов ни в школе, ни в университете

    Почувствовагь настоящую тягу к психологии Н А. Рыбников смог только с прибытием в университет Г.И   Челпанова в

    1907 г., переведшегося из Киева в Москву. Рыбников поступил в семинар Челпанова и начал работать в созданной последним психологической  лаборатории,   а  с 1908 г  Рыбников начал исполнять обязанности ассистента Челпанова в практикуме по экспериментальной психологии

    В это время Рыбников занимался изучением памяти (так, в 1909 г. он даже получил премию за работу об узнавании), и именно в это время, не без влияния Челпанова, у него сформировался устойчивый интерес к педагогической психологии.

    Рыбников был твердо убежден в том, что теоретические выводы могут быть успешными только в том случае, если они неоднократно проверены на практике. В полном соответствии со своим убеждением, несмотря на отрицательное отношение к этому начинанию Челпанова, Рыбников максимально возможно приблизился к народу: занялся изучением способностей деревенских школьников и методами преподавания сельских учителей.

    В это время Рыбников занимается изучением идеалов юношества, выбора жизненного пути и профессии применительно в основном к представителям сельской молодежи.

    Одновременно с этим Рыбников получал высшее образование (поступив в университет в 1905 г., он смог официально закончить его вследствие различных причин только в 1917 г.); он собирал всяческие материалы о развитии детей, включая родительские записи и дневники, наблюдения учитедей, диктанты, сочинения и т.д. Обучаясь в университете, он параллельно занимался анализом психологической литературы, теоретических работ и экспериментальных исследований в интересующих его областях психологии.

    С 1911 г. рецензии и обзоры Н.А. Рыбникова регулярно публикуются в журнале «Вопросы психологии и философии» и в других специализированных журналах. Так, наиболее удачными его рецензиями принято считать рецензии на книги Г.И. Россолимо и Ф.Е. Рыбакова.

    В это время Рыбников начинает читать курс психологии в академическом кружке самообразования при обществе бывших воспитанников императорского Московского коммерческого училища, который состоял из 8 лекций и был посвящен памяти, умственной работе и утомлению, ощущениям, методам экспериментальных исследований в психологии, отношении души к телу — именно этими вопросами общей психологии определяется круг интересов Рыбникова в это время.

    Уже в 1912 г. он, следуя своей заинтересованности в педагогической психологии, читает курс лекций под названием «Экспериментальная психология в применении к педагогике».

    Собственные научные исследования Рыбников начинает публиковать именно в это время. В 1913 г. в журнале «Для народного учителя» появилась статья, озаглавленная «Идеалы деревенских школьников», где рассказывалось на основе опросов детей 8—14 лет о том, кто из известных людей — близких, общественных деятелей, литературных героев и т.д. — больше других привлекает деревенских школьников.

    По результатам опросов в этой статье делается следующий вывод: с возрастом дети начинают более критично относиться к окружающим людям и при выборе своего идеала переходят от близких родственников к общественным деятелям. Также интересно то, что, по наблюдениям Рыбникова, девочки намного чаще, чем мальчики, выбирают в качестве примера для подражания религиозные идеалы и, кроме того, больше тяготеют к материальным благам. Вследствие чего Рыбниковым был сделан следующий педагогический вывод: «Школа должна привести ребенка в общение с великими душами, примером которых мог бы воодушевиться ребенок». В том же году публикуется работа под названием «Детские рисунки, их психологическое и педагогическое значение». Осознав педагогическую ценность детских рисунков, Рыбников организует сбор детских рисунков в деревенских и городских школах.

    В 1914—1916 гг. выходят следующие его статьи: «Конкретные представления у детей», «Деревенский школьник и земство», «Социальные понятия деревенского школьника», «Опыт экспериментального узнавания и репродукции», «О логической и механической памяти». Также им была выпущена программа для наблюдения над душевным развитием ребенка — «Как изучать ребенка».

    В 1918 г. он начинает вплотную заниматься одной из наиболее интересующих его тем — биографическим методом и его применением в психологии. С его точки зрения, необходимо всесторонне научно изучить как можно большее число биографий согласно так называемой «психографии» — определенной схеме, содержащей перечень призйаков и свойств, необходимых при изучении индивидуальности.

    Отдельным аспектом занятий Рыбниковым психологией является изучение им особенностей и трудностей выбора профессии. Так, отдельным изданием выходит книга Н.А. Рыбникова «Психология и выбор профессии». В 1918 г. он организовал в Педагогическом музее Учительского дома цикл лекций по профориентации — во время, когда само понятие «профессиональная ориентация» была в новинку для системы образования. Главной задачей психологов была систематизация индивидуальных особенностей личности в целях выяснения, подходит ли данная личность конкретной профессии.

    В 1920 г. выходит книга Рыбникова «Биографии и их изучение», в 1923 г. — сборник статей под редакцией Рыбникова «Современный ребенок». В 1926 г выпущены книги «Выбор профессии и школа», «Язык ребенка», «Интересы современного школьника», «Детские рисунки и их изучение». В 1930 г. изданы еще 3 его книги — «Крестьянский ребенок», «Автобиофафии рабочих и их изучение», «Память, ее психология и педагогика». В свое время Рыбников уделил офомное внимание проблеме игры и роли ифушки в развитии ребенка.

    Несмотря на удивительную работоспособность, Рыбникову в конце 1930 г. приходится покинуть Психологический институт и поступить на работу в Центральную психофизиологическую лабораторию НК связи.

    Только в 1938 г. ему удалось возвратиться в Институт психологии, где на посту директора кабинета истории психологии он и встретил Великую Отечественную войну.

    Во время Великой Отечественной войны Н.А. Рыбников исполнял обязанности директора Института психологии, продолжая заниматься научно-исследовательской работой, и в частности работами, имеющими оборонное значение, что послужило одним из оснований для нафаждения Рыбникова медалью «За оборону Москвы».

    В послевоенные годы Николай Александрович продолжает публиковать материалы, касающиеся изучения круга детских представлений и проблем использования художественной литературы в семейном воспитании: проведение сравнительных анализов характеристик детей—героев классической детской литературы (СТ. Аксакова, В.Г. Короленко, Л.Н. Толстого и других классических писателей).

    Также в это время Рыбникова чрезвычайно занимают проблемы индивидуального подхода к учащимся в школьном обучении. В 1949 г. в статье он анализирует педагогические и чисто психологические причины неуспеваемости. Учитель, по мнению Рыбникова, имея в своем распоряжении уникальную возможность наблюдения за ребенком в различных условиях общения и обучения, должен учиться видеть и понимать ребенка, анализировать ситуацию в семье ребенка, изучать работы каждого конкретного ребенка, на основании чего преподаватель должен иметь краткое «дело-характеристику» на каждого своего питомца, чтобы выявить индивидуальные причины и динамику неуспеваемости.

    Вообще, проблемы неуспеваемости очень долго интересовали Рыбникова. Так, в статье «Динамика успеваемости учащихся по орфографии» были проанализированы диктанты, написанные с 1899 по 1935 г., и были сделаны следующие выводы: среднее число ошибок на одного ученика в 1899 г. составляло 4,5, а в 1935 г. — 7,2, однако категории, в которых были сделаны эти ошибки, в целом остались неизменными, принимая во внимание упразднение старой системы алфавита.

    Также одним из интересующих Рыбникова аспектов было изучение истории детства, т.е. всестороннее изучение всех тех изменений, которые претерпевают следующие друг за другом детские поколения. Для изучения истории детства Рыбников рекомендует привлекать художественную литературу и автобиофафические материалы. Так, важнейшим источником Рыбников считает дневники родителей, в которых отражается раннее детство, школьный период развития ребенка, а также юношеские дневники, предоставляющие пытливому исследователю ценнейший материал.

    Умер Николай Александрович Рыбников в 1961 г. Известный русский ученый Б.М. Теплов как-то назвал Н.А. Рыбникова «великим собирателем», а всю его деятельность по систематизации различных материалов — «научным подвигом». В самом деле, вклад Н.А. Рыбникова в развитие отечественной психологии трудно переоценить. Офомное количество опубликованных работ и не менее обширный архив свидетельствуют о колоссальной эрудиции и работоспособности ученого, которые он посвятил без остатка служению науке.

    СЕЧЕНОВ ИВАН МИХАЙЛОВИЧ.

    Сеченов Иван Михайлович — известный русский естествоиспытатель, «отец русской физиологии» и основоположник материалистической психологии в России.

    Сеченов положил начало экспериментальным физиологическим исследованиям центральной нервной системы, в частности — головного мозга, участвовал в создании рефлекторной теории психической деятельности животных и человека, фактически создал объективную психологию, заложил основы физиологии труда, возрастной физиологии и др. Он также сделал важный вклад в естественно-научное обоснование таких проблем психологии и материалистической гносеологии, как вопрос о природе чувственного отражения и его познавательной функции, о связи и переходе от чувственного отражения к мышлению и о природе мыслительных процессов, о роли предметной, практической деятельности в формировании образа и психических способностей.

    Родился Иван Михайлович Сеченов 1(13) августа 1829 г. в селе Теплый стан Симбирской губернии (ныне село Сеченово Арзамасской области) в дворянской семье.

    В 1848 г И.М. Сеченов окончил в Петербурге военное Инженерное училище, получив высшее инженерно-техническое образование, а затем поступил в 1850 г. на медицинский факультет Московского государственного университета На 3-м курсе он увлекся психологией, считавшейся тогда философской дисциплиной, и эта, по его словам, «московская страсть к философии» сыграла впоследствии важную роль в его работе. Окончив университет, он отправился в Германию в лаборатории Гельм-гольца, Людвига, Дюбуа—Реймона и др. Вернувшись в 1860 г. на родину, Сеченов создал в Петербургской медико-хирургической академии первую русскую физиологическую школу, имевшую поначалу физико-химическое направление.

    Позже, в 1870 г., Сеченов покинул академию и до 1876 г. заведовал кафедрой физиологии Новороссийского университета.

    В то время когда Сеченов работал в медико-хирургической академии, для него самым важным было доказать на опыте, что воля, веками считавшаяся исходящей от души силой, производится «маленьким кусочком мозгового вещества». В накаленной атмосфере споров о душе Сеченов приступает к экспериментам над мозгом, в ходе которых открывает так называемые тормозные центры, раздражение которых задерживает двигательную активность. Это было великим открытием. Как свидетельствовал сеченовский эксперимент, самый верный признак волевого поведения — умение противостоять раздражителям, задерживать нежелательные импульсы. И все эти признаки зависят от деятельности головного мозга. Этому открытию и была посвящена статья Сеченова «Рефлексы головного мозга» (вышедшая в «Современнике» в 1863 г.).

    Идеи сеченовского трактата разошлись далеко по русской земле: какая-то купчиха в Красноярске говорила ссыльному Пантелееву о петербургском профессоре Сеченове, который доказывает, что души нет, а существуют одни только рефлексы. А слово «рефлекс» имело в ту пору единственный смысл, механическая реакция, подобная движению ножки лягушки при раздражении ее кислотой. В понимании простого народа приравнять человека с его «тонкой душой» и свободной волей к этой лягушке, на которой Сеченов делал свои опыты, казалось кощунством.

    Известно также, что труд Сеченова «Рефлексы головного мозга» подвергся «судебному преследованию со стороны Главного управление по делам печати царской России как книга, ведущая «к развращению нравов». Приказ об аресте сеченовской книги последовал сразу же после того, как студент Дмитрий Каракозов стрелял в императора Александра II Сам Сеченов в полицейских донесениях был назван «главным теоретиком в нигилистическом кружке».

    В книге просматривалась близость Сеченова к революционно-демократической интеллигенции (дружба с Чернышевским), что и послужило причиной для возникновения разных слухов. По одному из них, Сеченов являлся прототипом доктора Кирсанова — одного из героев романа Чернышевского «Что делать?».

    Сеченов начал строить свою психологическую систему, основываясь на понятии «рефлекса». Он делает набросок «мозговой машины», понимая под ней не простое передаточное устройство внешнего раздражителя на движение, а механизм, снабженный несколькими центральными придатками (всего их — четыре), от действия которых и зависит конечный эффект внешнего импульса. Эта «машина», по Сеченову, способна объяснить основные свойства человеческого поведения.

    Безусловно, эта модель Сеченова была заметно откорректирована впоследствии, но главное было сделано — намечен новый естественно-научный способ объяснения психических актов, выступивших как действия «мозговой машины», а не бессубстратной души.

    Сеченов надеялся, что благодаря научным представлениям о мозге удастся «создать» людей-«рыцарей», которые обязательно будут совершать только высоконравственные поступки с неотвратимостью зрачкового рефлекса на свет. Это была «сциентистская» иллюзия, которая отражала социальный смысл экспериментов Сеченова над мозгом.

    После первого психологического трактата Сеченов опубликовал «Физиологию нервной системы» (1866) и «Физиологию органов чувств» (1867) Последняя работу направляла мысль Сеченова непосредственно в область психологии, где на рубеже 70-х гг. XIX столетия происходили события, которые привели к независимости этой науки и от философии, и от физиологии.

    Против Сеченова выступил профессор-юрист К. Д. Кавелин в книге «Задачи психологии», отвечая на которую Сеченов наметил свой план построения психологии как опытной науки в статье «Кому и как разрабатывать психологию». Кавелин вместе с другими противниками Сеченова истолковывал его позицию так, словно он лишает психологию самостоятельности, превращая ее в придаток физиологии. Сам Сеченов за основу своей программы принял постулат о «родственности» психического и физиологического «по способу происхождения», т.е. по механизму совершения. Такая ориентация дала психологии ее основную аксиому, которую Сеченов сформулировал так' «Мысль о психическом акте как процессе, движении, имеющем определенное начало, течение и конец, должна быть удержана как основная». Содержание же психологии составляет ряд учений «о происхождении (протекании процесса) психических деятельностей».

    По этой схеме Сеченова, психический акт, подобно нервному, имеет наряду с центральной фазой начальную и конечную, непосредственно соединяющие его с внешней средой. Триединый психический акт, по мнению Сеченова, принципиально неразделим. Это значит, что предметом психологического исследования должен быть процесс, развертывающийся не в сознании (в сфере бессознательного), а в объективной системе отношений, т.е. процесс поведения, начальную фазу которого составляют внешние влияния (эта идея является исходной для материалистических теорий). Главными психическими элементами являются чувствование и действие, а принципом построения поведения — согласование действия с выполняющим сигнальную роль чувствованием, которое трактуется как одна из разновидностей сигнала. Понятие о чувствовании становится в ряд с другими автоматическими регуляторами. А связь осуществляется так: мозг получает сигналы не только от внешних предметов, но и от мышечной системы, в результате чего и строится поведение.

    В работах «Кому и как разрабатывать психологию» и «Элементы мысли» Сеченов поставил перед собой задачу проследить развитие сложных психических форм из элементарных.

    В своей программе преобразования психологии в самостоятельную опытную науку Сеченов возлагал главные надежды на объективный метод — наблюдения за генезисом и эволюцией индивидуального поведения. Но он не смог преобразовать свою теоретическую модель в экспериментальную программу, в чем заключалась слабая сторона его плана разработки психологии (этим занялись его последователи Павлов, Бехтерев и др.).

    Объективная психология представлялась Сеченову следующим образом: им был осуществлен переворот, состоящий в радикальном перемещении отправного пункта анализа непосредственно с данных феноменов сознания, веками считавшихся первой реальностью, на объективное, психически регулируемое поведение, познаваемое, подобно другим явлениям науки, только опосредованно.

    Первичными для Сеченова являлись взаимодействия организма и среды, а психические продукты — производными от них. Однако методологические ресурсы сеченовской программы были ограничены: сознание человека непостижимо вне влияния социальных факторов. Сеченов же знал только один вид детерминации — биопсихический. Поэтому бесперспективность его замыслов ограничивалась пределами сигнально-психической регуляции поведения организма.

    В целом Сеченов следовал традициям материалистической психологии и философии, основанных на естественно-научной, биологической мысли. Психологическая программа Сеченова базировалась на дарвиновской модели организма как системы, неотделимой от среды и активно адаптирующейся к ней.

    Умер Иван Михайлович Сеченов в 1905 г. на 76-м году жизни, оставив после себя колоссальное наследие в области психологии и медицины и множество учеников. Из его школы вышли В.П. Па-шутин, А.Ф. Самойлов, И.Р. Тарханов и другие. На родине Сеченову воздвигнут памятник, а в 1955 г. имя Сеченова присвоено Московскому медицинскому институту.

    СМИРНОВ АНАТОЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

    Анатолий Александрович Смирнов родился 24 октября 1894 г. в городе Руза Московской губернии в семье присяжного поверенного. Он рано потерял мать и воспитывался в семье тетки. После окончания в 1912 г. Варшавской гимназии А.А. Смирнов поступил на историко-филологический факультет Московского государственного университета. В том же году при университете был основан Институт психологии, директором которого стал Г.И. Челпанов. Под его влиянием А.А. Смирнов заинтересовался психологией, занимался изучением детерминантного и ассоциативного течения представлений.

    В мае 1916 г. А.А. Смирнов окончил университет с дипломом первой степени, а в июле женился на Марии Федоровне Капустинс-кой. В том же году он был призван в армию, а по возвращении работал в культурно-просветительском отделе Московского совета рабочих депутатов. В июле 1919 г. он был призван в Красную армию, где прослужил до августа 1921 г. Служба проходила в Москве, и он имел возможность продолжать научную деятельность.

    В сентябре 1920 г. он стал ассистентом Психологического института, а с января 1922-го — научным сотрудником первого разряда.

    В период с 1921 по 1924 г. Смирнов также работал преподавателем психологии в Академии социального воспитания. В это время он продолжал подробное изучение психологической сущности представлений.

    В ноябре 1923 г. Г.И. Челпанова отстранили от руководства институтом, вместе с ним ушли и некоторые его ученики, среди которых был и А.А Смирнов. С 1924 г. он работал в Институте методов внешкольной работы, а в январе 1931 г. стал профессором Ин-*    статута высшей школы.

    Основные работы этого времени были посвящены проблемам педагогики и педологии. В книге «Психология ребенка и подростка», вышедшей в 1926 г., А.А. Смирнов суммировал результаты исследований, проводимых ранее многими другими учеными, а также привел наблюдения за собственными детьми. Он использует эволюци-онно-генетический подход к изучению проблем педагогики, считая ребенка существом, непрерывно развивающимся. По его мнению, каждая особенность личности и поведения ребенка должна быть рассмотрена в связи с другими его характерными чертами, свойственными ребенку данного возраста. Он считал, что в зависимости от возраста одна и та же черта характера ребенка может иметь разные психологические корни.

    Помимо этого, Анатолий Александрович рассмотрел в своей работе различные возрастные периоды развития личности ребенка, закономерности психического и физического развития, свойственные различным периодам, факторы этого развития, особенности формирования познавательных процессов, важность игры и труда в развитии ребенка, значение детского рисунка для познания его внутреннего мира и некоторые другие проблемы.

    В 1927 г. вышла другая его книга — «Введение в педологию в связи с учением о поведении человека». Педологию А.А. Смирнов понимал как специальную науку, изучающую ребенка как целостный психофизический организм. В книге, предназначенной для учителей, были рассмотрены основные цели и задачи педологии, периоды развития ребенка и основные факторы этого развития.

    В то же время А.А. Смирнов начал разрабатывать еще одно направление психологии — профессиональную психологию. В 1927 г. он издал свою книгу «Психология профессий». Эта работа была посвящена поиску и подробному рассмотрению путей научной организации выбора профессии. Изучив такие методы, как профориентация, профконсультация, профотбор, он обратил внимание на основные методы разработки профессиографии. Также он составил описание некоторого ряда профессий с точки зрения психофизических качеств, необходимых для их выполнения.

    Изменение идеологии в стране повлекло за собой необходимость прекращения разработки этих направлений, вынужденное признание АА. Смирновым ошибочности собственных разработок. В 1933 г. он вновь возвратился в Институт психологии, где включился в коллективную работу по изучению зрительных ощущений и восприятий. Эти исследования со временем подтолкнули его к разработке проблем памяти.

    Проанализировав многочисленные работы, посвященные этой теме, А.А. Смирнов сумел найти свой предмет исследования. Основной темой теоретических и экспериментальных разработок ученого стала психология запоминания, в своих работах он привел детальную характеристику произвольного и непроизвольного запоминания, проанализировал взаимовлияние понимания и запоминания, определил значение и функции повторения, а также выделил некоторые особенности процесса повторения. Одним из важнейших экспериментальных выводов стал приведенный им целый ряд условий, влияющих на продуктивность процесса запоминания.

    На основе экспериментальных данных А.А. Смирнов сформулировал общую закономерность соотношения произвольного и непроизвольного запоминания. Она заключается в следующем: прежде всего запоминается то, что составляет цель действия. Решающим же фактором, определяющим эффективность запоминания, является, по мнению А.А. Смирнова, степень интеллектуальной активности, определяемая родом деятельности. Таким образом, ученый подтвердил принцип тесной взаимосвязи и единства психических процессов и деятельности, в условиях которой эти процессы находят свое осуществление.

    В 1940-е гг. А.А. Смирнов занимался подробнейшей разработкой проблем осмысленного запоминания. В первую очерець он рассмотрел процессы мышления, играющие, по его мнению, главную роль при осмысленном запоминании. Целью ученого при этом было не просто понятие сути изучаемых процессов, но и поиск путей руководства их развитием. Особенностью метода А.А. Смирнова было то, что он в своем исследовании продвигался от высших форм к более простым.

    Процесс осмысленного запоминания ученый рассматривал не как изолированный механизм памяти, а как один из компонентов человеческой деятельности, неразрывно связанный со всем комплексом ее задач и мотивов. Такой подход позволил ему (в отличие от его предшественников) создать более подробную и содержательную теорию осмысленного запоминания. Так, он выделил набор приемов, позволяющих делать процесс осмысленного запоминания более эффективным. Сюда он относил разбивку запоминаемого материала на основные смысловые части, группировку таких отдельных частей, выделение опорных пунктов, сопоставление частей запоминаемой информации между собой или с тем, что уже известно человеку. Эта теория и ее экспериментальные доказательства составили содержание основного его труда «Психология запоминания».

    В сборнике «Вопросы психологии памяти» были собраны работы, посвященные изучению образной и словесно-логической памяти. На основе экспериментальных данных А.А. Смирнов продемонстрировал принцип единства конкретного и абстрактного, чувственного и логического, их неразрывную связь Результаты исследований показали взаимосвязь образа и слова в процессах запоминания. Кроме того, исследования выявили и изменение роли образной и словесной памяти по мере развития психики.

    В конце 1950-х гг. А.А. Смирнов обратился к исследованию исто-рико-психологических вопросов. В своих работах он проводил обзоры, подводящие итоги развития психологии за определенный период времени, характеризующие тенденции ее развития. Одной из основных его работ был доклад о состоянии научно-исследовательской работы в области психологии, опубликованный в 1955 г. В нем были сформулированы важнейшие задачи дальнейших психологических исследований.

    В начале 1970-х гг. А.А. Смирнов предпринял попытку создать фундаментальный многотомный труд «Основы психологии». В результате в 1974 г. под его редакцией вышел первый том «Развитие и современное состояние зарубежной психологии», написанный М.Г. Ярошевским и М.И. Анциферовой. Через год вышел и второй том, созданный самим А.А. Смирновым и посвященный развитию отечественной психологической науки. Впоследствии были выпущены еще два тома, один в 1978 г., а другой — уже после смерти ученого, последовавшей 24 мая 1980 г.

    Теории, разрабатываемые А. А. Смирновым на протяжении всей его жизни, являются значительным вкладом в русскую психологию, несмотря на то что некоторые из них были незаслуженно забыты. Его исследования в области непроизвольного и особенно произвольного запоминания имеют огромную практическую ценность для современной педагогической психологии.

    ТЕПЛОВ БОРИС МИХАЙЛОВИЧ.

    Борис Михайлович Теплов родился 20 октября 1896 г. в Туле, где и провел детские и юношеские годы. В 1914 г. он поступил на философское отделение филолого-исторического факультета Московского университета, но учеба была прервана службой в армии. В результате закончить университет ему удалось только в 1921 г. Кроме университета, в 1921 г. Б.М. Теплов закончил Высшую школу военной маскировки.

    До 1933 г. Б.М. Теплов работал в различных научных учреждениях Красной армии, где исследовал проблемы военной маскировки, а с 1929 г. параллельно занимался исследовательской работой в Психологическом институте при Московском университете.

    В это время он занимался лабораторными исследованиями, а также выпустил ряд теоретических статей. Особый интерес представляет его статья, написанная в 1926 г., «Психология как основа маскировочной техники». Борис Михайлович считал необходимым поиск научных решений проблем маскировки, в связи с чем начал заниматься исследованием некоторых экспериментальных законов восприятия и ощущений.

    Организация этих исследований требовала решения вопроса об отношении психологических исследований ощущений и восприятий к физическим исследованиям вызывающих их раздражителей. Между раздражителями и вызываемыми ими ощущениями существует сложная связь, на основании чего Б.М. Теплов предлагал использовать при решении задач военной маскировки не только свойства раздражителей, но и психофизиологические закономерности отражения их органами чувств.

    В 1927—1928 гг. Теплов опубликовал ряд работ, обобщающих результаты его исследований пространственных изменений цвета и формы объектов. Среди них такие статьи, как «Из наблюдений за изменением цвета при удалении», «Описание процесса деформации контура окраской» и др. В них ученый привел некоторые закономерности трансформации цвета на расстоянии, как, например, неотличаемость красного цвета от оранжевого, посветление желтого цвета, потемнение синего и фиолетового, относительная устойчивость зеленого цвета.

    С началом работы в Психологическом институте Б.М. Теплов начинает проводить свои исследования в его стенах. Основные направления работы включали проблему взаимодействия ощущений, а также изучение пространственного смешения цветов, порогов насыщенности, действия различных световых раздражителей. Этот этап творчества ученого характеризовался необходимостью практического применения решаемых им задач, а потому Б.М. Теплов в своих исследованиях часто применял математические методы выражения результатов в виде функций, зависимостей, рядов..

    После 1933 г. Теплов заинтересовался проблемой индивидуально-психологических различий, особое внимание он уделял вопросам способностей и одаренности, их развития, структуры, природных предпосылок, разнообразия проявлений.

    Под способностями он понимал индивидуально-психологические особенности, отличающие одного человека от другого. Он не считал, что одаренность — привилегия немногих, исключительных личностей. Б.М. Теплов подчеркивал, что основной характеристикой способностей является их качество.

    В 1940 г. Борис Михайлович защитил докторскую диссертацию «Психология музыкальных способностей». В этой работе он выразил мысль о том, что музыкальность свойственна всем людям, но при этом у разных людей музыкальные способности неодинаковы. Подробное изучение этой проблемы привело его к мысли, что для успешной реализации музыкальной деятельности важны не только собственно музыкальные данные, но и многие другие, одинаково важные и для других видов деятельности.

    Так Теплов пришел к формулированию гипотезы о наличии более общих и более частных способностей. Согласно ей, способности «отыскиваются» только во время психологического анализа того или иного вида деятельности. Общие способности существуют внутри частных и неразрывно связаны с ними, их можно найти как неизменную величину в разных видах деятельности. По мнению Б.М. Тепло-ва, именно наличие у одного человека общих компонентов одаренности, важных для успешного выполнения разных видов деятельности, и дает разносторонне одаренных людей. Большое внимание Теплов уделил вопросу о природе способностей и о роли врожденных особенностей. Он подвергал критике идеи о предопределенности индивидуальных способностей Он отмечал, что биологические задатки — это только предпосылки развития. Они могут повлиять на развитие той или иной способности только во взаимодействии с определенными условиями. По мнению Б.М. Теплова, способности всегда являются результатом развития, нельзя говорить о способности, возникшей до начала развития, и о способности, достигшей вершины развития.

    В начале Великой Отечественной войны Б М. Теплов вступил в народное ополчение, но через пару месяцев его откомандировали в институт. Здесь в начале 1950-х гг. Б М. Теплов организовал лабораторию по изучению свойств нервной системы человека как физиологической основы индивидуальных психологических различий Проблема эта была совершенно не разработана, теории И П. Павлова были посвящены исследованию нервной системы животных, в отношении же людей не было сделано никаких серьезных исследований Теплов, прежде чем заняться конкретными разработками необходимых методик, провел глубокий анализ проблемы метода в изучении основных свойств нервной системы человека В работе «Некоторые вопросы изучения общих типов высшей нервной деятельности человека и животных», вышедшей в 1956 г., Борис Михайлович еще раз подробно рассмотрел эту проблему, остановившись на двух моментах.

    Вопрос об относительной роли в изучении свойств нервной системы экспериментальных и «жизненных» показателей Теплов считал одним из важнейших вопросов клинической психофизиологии. Отсутствие четких методов лабораторного исследования для определения типа нервной системы влекло за собой заключение ошибочных выводов на основе субъективных мнений исследователя Вторым моментом, на котором ученый подробно остановился, был вопрос о роли в изучении свойств нервной системы «произвольных» и «непроизвольных» методик. Многие исследователи того времени считали, что поскольку для человека характерна именно произвольная деятельность, значит, и методики для изучения свойств его нервной системы должны быть основаны на использовании произвольных реакций. В своей работе Б М. Теплов выступил с критикой этой точки зрения Он считал, что именно использование «непроизвольных» методик позволит получить наиболее точные данные о свойствах нервной системы человека.

    Помимо методологических разработок проблемы, Б.М. Теплов занимался и экспериментальными исследованиями. Для выделения одного общего свойства, инварианты, он сопоставлял различные опыты, выделяя в них общий, генеральный фактор. Однако часто вместо него получался ряд групповых факторов, что подтверждало его теорию о существовании общих и частных свойств нервной системы.

    Очень важным моментом в теории Теплова было его преодоление «оценочного подхода» к различиям в нервной системе, принятого И.П Павловым. Это выразилось в гипотезе об обратной связи, существующей между силой нервной системы как пределом ее работоспособности и ее чувствительностью. Согласно этой гипотезе, низкая работоспособность нервной системы сочетается с высокой чувствительностью, что может компенсировать сниженные функциональные возможности Здесь проявлялась основная идея всех теорий Теплова: различия в способностях не означают различия в степени совершенства нервной системы, а лишь говорят о различии ее возможностей.

    С 1950-х гг. Борис Михайлович был заведующим кафедрой психологии и логики в Академии общественных наук при ЦК КПСС, долгое время был главным редактором журнала «Вопросы психологии»

    Борис Михайлович Теплов умер 28 сентября 1965 г. Мастер непосредственного эксперимента, он проявил себя талантливым теоретиком, решив ряд общеметодологических проблем психологии Его разграничение методик исследования свойств нервной системы оказалось весьма плодотворным и позволило исследователям достичь в дальнейшем отличных результатов. Учение Б М. Теплова о способностях, а также его экспериментальные разработки в области ощущений и восприятий стали значительным вкладом в психологию.

    УЗНАДЗЕ ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ.

    Дмитрий Николаевич Узнадзе родился в 1888 г. в селе Сакара Кутаисской губернии в крестьянской семье. В 1896 он поступил в Кутаисскую гимназию, где проявил себя как способный и прилежный ученик. Но несмотря на это, он был исключен из последнего класса за активное участие в революционном движении.

    Для продолжения учебы Узнадзе уехал в Швейцарию, а затем в Германию, где поступил на философский факультет Лейпцигско-го университета. В то время там работал один из основоположников экспериментальной психологии Вильгельм Вундт, который не только читал лекции по философии и психологии, но и работал в собственной лаборатории. И в этом учебном заведении Узнадзе был одним из лучших. Подтверждением этому служит премия, полученная им за работу, посвященную философии Лейбница, которую он написал, учась на третьем курсе. В 1909 г. он окончил университет и в том же году получил звание доктора философии в университете города Галль. Его диссертация была посвящена исследованию творчества Владимира Соловьева, его теории познания и метафизике.

    После окончания учебы Дмитрий Николаевич вернулся в Кутаиси, где работал одновременно в различных гимназиях, преподавал историю, психологию, историю педагогики и логику. Европейский диплом не считался действительным в Грузии, а потому ему пришлось экстерном сдавать экзамены на факультете истории философии Харьковского университета, в 1913 г. он получил диплом первой степени. В это время Узнадзе много печатался, его статьи были посвящены в основном проблемам педагогики, философии, эстетики.

    В 1917 г. Д.Н. Узнадзе переехал в Тбилиси, где сразу же активно включился в работу по организации тбилисского университета. По его инициативе в 1918 г. в созданном университете открылась кафедра психологии и педагогики, а в 1920 г. — психологическая лаборатория. Кроме этого, Узнадзе еще руководил педагогическим институтом. Для обучения психологов нужны были учебники, которых в то время в Грузии не существовато. Решение этой проблемы он тоже берет на себя и выпускает несколько учебных пособий.

    В 1919 г. выходит в свет первая книга Д.Н. Узнадзе, посвященная исследованию творчества Лейбница, а в 1920-м — его первая монография «Анри Бергсон», в которой он критически рассматривает интуитивизм Бергсона. Мистические и интуитивные представления, по мнению Узнадзе, не подходят для понимания сущности познавательной и психической активности человека. Должна быть создана система научных понятий, с помощью которой могут быть поняты и объяснены даже мистические и интуитивные представления человека.

    Д.Н. Узнадзе пытается решить эту проблему, создав такую систему, чтобы не объяснять психические процессы через психическое или физическое, а установить иную детерминацию психики. В его работах, издаваемых в это время, появляются такие понятия, как «биосфера», «ситуация» и «подпсихическое». Они имеют у него сходное значение, описывают особую реальность, которая является де-терминантой целесообразности поведения. Биосфера — это особый вид отражения действительности, а ситуация — положение, вызываемое в биосфере, т.е., по сути, ее частный случай. Биосферу можно назвать и подпсихическим, поскольку речь идет об исследовании сознания.

    Таким образом, подпсихическое — это особая сфера действительности, и если процессы человеческого сознания определяются законами объекта, то к подпсихическому неприменимы понятия как субъекта, так и объекта. Именно оно определяет содержание сознания, психики, и отсюда Узнадзе делает вывод, что «бессознательное» Фрейда по своей природе является подпсихическим, не принадлежащим к психике.

    В 1923 г. издаются такие работы Д.Н. Узнадзе, как «Имперсона-лия» и «Психологические основы наименования». Основанием для создания последней послужили исследования, проведенные в его психологической лаборатории. Они показали, что наименование предмета или явления происходит не случайно и имеет под собой психологическую основу. Испытуемые видели сходство между предлагаемым им бессмысленным рисунком и набором звуков, причем для каждого рисунка разные люди подбирали строго определенные звуковые комплексы.

    В 1924 г. вышла еще одна книга Д.Н. Узнадзе — «Мотивы интереса к учебным предметам», посвященная проблемам педагогики. В это время, в 1920-е гг., происходит формирование одного из фундаментальных понятий теории Узнадзе — понятия установки. Это понятие подразумевает реальное психическое состояние человека, выражающее его готовность к определенному поведению. Установка не только определяет отношение человека к какому-либо событию, мнению, лицу, но и показывает, в каком виде эти последние реализуются в мире его восприятий. Помимо разработки самого понятия, Узнадзе работает над созданием метода исследования указанного состояния. В результате возникает теория установки, предполагающая возможность познания психической активности человека с помощью системы научных понятий.

    Тот смысл, который Д.Н. Узнадзе вкладывал в понятие установки, несколько отличается от обычного, принятого в психологии того времени. Установка у него — это не психический процесс и не поведенческий акт, а особый вид отражения действительности. Ее возникновение обусловлено как объектом, так и субъектом: с одной стороны, установка возникает как реакция на определенную ситуацию, а с другой — в результате удовлетворения определенной потребности.

    В этой концепции психология переживания соотносится с психологией поведения. Перед осуществлением любой деятельности, считает Д.Н. Узнадзе, человек психологически готовится к ее осуществлению, причем этот процесс может им даже не осознаваться. Этот факт подготовки Узнадзе и назвал установкой.

    В лаборатории при Тбилисском университете он провел эксперименты, в ходе которых было определено, что установка, созданная в какой-либо одной сфере, проявляется не только в ней, но и в других сферах жизни. Кроме того, Узнадзе выяснил, что установка также свойственна и животным. Это открытие стало для него очень важным, поскольку послужило основой для создания в дальнейшем двухуровневой модели психики.

    Основываясь на результатах опытов, ученый сделал вывод о том, что установка является первичным свойством организма, т.е. это самая примитивная реакция на внешние раздражения. Естественно, что в этом случае должен существовать еще один, более высокий уровень организации психики.

    На основании этого Д.Н. Узнадзе впервые ввел в психологию принцип иерархиии, рассмотрев два уровня психической активности: уровень установки и уровень объективации. На первом уровне поведение определяется воздействием ситуации, происходит удовлетворение непосредственных и актуальных потребностей. Что касается уровня объективации, то здесь деятельность приобретает уже более обобщенный, не зависящий от ситуации характер. Человек же в своих действиях учитывает потребности других людей, а также социальные требования.

    В 1940 г. вышла «Общая психология» Узнадзе, которая стала, по сути, обобщением его взглядов и теорий. Эта книга стала значимой для создания грузинской психологической школы, т.к. послужила основой для обучения нового поколения психологов. Во время Второй мировой войны он несколько приостановил педагогическую деятельность и, подобно многим психологам в Европе и России, открыл кабинет патопсихологии, где руководил работой по восстановлению нарушенных психических функций воинов.

    В 1941 :. в Грузинской ССР создается Академия наук, и Д.Н. Узнадзе становится ее действительным членом, возглавляет сектор психологии. Это время можно считать началом второго этапа развития теории установки, поскольку теперь ученый уделял много внимания не самому явлению установки, уже тщательно разработанному, а эффектам и иллюзиям, сопровождающим ее возникновение. В 1947 г. были изданы сразу несколько работ, посвященных этой теме («К проблеме сущности внимания», «Внутренняя форма языка», «Проблемы объективации»).

    В лаборатории Д.Н. Узнадзе проводил исследования, связанные со сравнениями количественных характеристик предметов. Вот пример одного из таких опытов. Человеку несколько раз показывали два шара, совершенно одинаковых по цвету и материалу, из которого они были изготовлены, и отличавшихся только размерами. Каждый раз испытуемому предлагалось выбрать тот шар, который, по его мнению, больше. Когда наконец ему показывали два совершенно одинаковых шара, он тем не менее выбирал один из них. Установка, возникшая у него во время опыта, создала зрительную иллюзию различия. Таким же образом были исследованы и многие другие иллюзии: слуховые, вкусовые, тактильные.

    Исследования Д.Н. Узнадзе вызвали огромный интерес в европейском научном мире. Жан Пиаже даже назвал явление иллюзии, выявленное им в зрительной сфере с помощью установки, эффектом Узнадзе.

    В 1949 г. вышла в свет книга «Экспериментальные основы психологии установки», в которой были собраны и обобщены экспериментальные данные. Узнадзе охарактеризовал психические особенности человека в зависимости от скорости возникновения установки, ее сохранности во времени, силы воздействия и скорости смены. На основании этого он выделил три основных типа личности:

    — динамический, к которому относятся уравновешенные, гармоничные люди, легко приспосабливающиеся к окружающим;

    — статичный, к нему можно отнести тех людей, чье поведение не импульсивно, а опирается на объективацию, для них характерно проявление неуверенности;

    — вариабельный, к которому относятся люди дела, люди сильных стремлений, но с конфликтной структурой характера.

    Дмитрий Николаевич Узнадзе стал основателем грузинской школы психологии, многие его ученики впоследствии развивали и критиковали его идеи, создавая на этой основе собственные теории. В Европе его взгляды также привлекали к себе внимание многих психологов и психоаналитиков. Сейчас теория установки используется в социальной, медицинской психологии, психологии труда и в психоанализе.

    Дмитрий Николаевич Узнадзе скончался 12 октября 1950 г.

    УХТОМСКИЙ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ.

    Алексей Алексеевич Ухтомский родился 25 июня 1875 г. в городе Рыбинске на Волге. Годы детства и юности, проведенные в небольшом волжском городке, Алексей Алексеевич всегда вспоминал с нежностью, гордился своей родиной, всю жизнь называл себя «волгарем».

    Закончив начальную гимназию, по настоянию отца будущий ученый продолжил свое образование в среднем военно-учебном заведении — кадетском корпусе Нижнего Новгорода. Но выпускника кадетского корпуса Алексея Ухтомского не привлекала карьера военного. В то время более всего его интересовали гуманитарные науки, а именно — история, философия. Алексей переехал в Москву и, успешно сдав экзамены, стал слушателем философского и исторического факультетов Московской духовной семинарии.

    Глубокие философские изыскания, желание познать сущность материи, поиск ответов на извечный вопрос философии «Что есть человек?» побудили Алексея обратиться к естественным наукам, в частности к физиологии.

    24-летний Алексей Ухтомский в очередной раз резко меняет сферу своих интересов и продолжает образование, поступив на физико-математический факультет Петербургского университета. В 1902 г. он уже пробует силы на новом для себя поприще: талантливого, любознательного и прилежного студента приглашают для работы в физиологическую лабораторию физико-математического факультета, которой руководил в то время Н.Е. Введенский.

    В 1904 г., подготавливая демонстрационный опыт для лекции своего учителя, Ухтомский заметил, что у собаки в период подготовки к акту дефекации (опорожнения кишечника) электрическое раздражение двигательных точек коры головного мозга начинает тормозить движение конечностей и, напротив, усиливает возбуждение в центрах дефекации, заложенных в поясничных сегментах спинного мозга. Как только дефекация завершилась, электрическое возбуждение двигательных точек коры головного мозга начало вызывать обычное движение конечностей. Это случайное наблюдение привлекло внимание Ухтомского, который попытался найти объяснение подобного явления.

    Серия аналогичных опытов подтвердила мнение исследователя о том, что существует некая закономерность, объясняющая ряд законов деятельности центральной нервной системы, выделенная, описанная и названная Ухтомским доминантой.

    Изучению данной проблемы, разработке учения и доминанте Алексей Алексеевич посвятил несколько лет своей научной работы. Ряд научных трудов, периодически публикуемых в научных журналах, позднее были объединены им в одну работу «О зависимости двигательных кортикальных эффектов от побочных центральных влияний» — докторскую диссертацию, которую Ухтомский блестяще защитил в 1911 г.

    В 1912 г. Ухтомскому было присвоено звание приват-доцента и предоставлено право чтения лекций студентам. Ухтомский разработал и читал курс лекций по мышечной и нервной физиологии и физиологии органов чувств.

    Новый 1915 г. принес перспективному ученому звание прозектора (ассистента профессора, подготавливающего анатомические препараты, опыты, иллюстрирующие его лекции) физиологической лаборатории Петроградского университета. Ухтомский помогает Введенскому в работе над его концепцией лабильности, продолжает трудиться над собственной теорией.

    В 1918 г. Алексей Алексеевич Ухтомский стал штатным доцентом, а чуть позже — профессором и заместителем заведующего физиологической лабораторией. После смерти Введенского в 1924 г. он возглавил работу лаборатории, стал заведующим кафедрой физиологии Ленинградского университета, которой руководил до своей кончины.

    Ухтомский продолжил разработку того нового направления в физиологической науке, фундамент которого был заложен Н.Е. Введенским. Научные работы А. Ухтомского и его учеников были посвящены физиологии нервно-мышечного аппарата и нервных центров. Он ставил перед собой задачу найти на нервно-мышечном препарате принципиальные пути для постижения общих закономерностей жизнедеятельности органов, систем органов и организма в целом.

    Школа Введенского—Ухтомского, лидером которой был Алексей Алексеевич, считала, что в физиологии принципиально невозможны статические закономерности. Школа ставила своей задачей установить причины и механизмы, обусловливающие постоянно меняющееся состояние живой системы, и пришла к выводу, что вне учета роли раздражителя и истории живой системы принципиально невозможно определить закономерности течения и преобразования функций в организме.

    Опираясь на материалы исследований ученых своей школы, А. А. Ухтомский сформулировал взаимоотношение живой системы и раздражителя в виде следующих положений:

    1) при одном и том же раздражении содержание текущей реакции определяется историей или функциональным состоянием живой системы;

    2) при одном и том же функциональном состоянии живой системы содержание ее ответной реакции определяется особенностями действующего раздражителя.

    Ухтомский доказат ошибочность распространенных представлений о рефлекторной деятельности, которая якобы имеет лишь защитное значение для организма и направлена на удаление или прекращение раздражения. Он подчеркнул, что рецепторы организма животного не могли развиваться, если бы рефлекторная система только защищала их от сближения с раздражителем. На примере анализа рефлекса экстензорного толчка (разгибания конечностей) А.А. Ухтомский обосновал представление, согласно которому рефлекторная система в первую очередь дает место реакциям сближения со средой, позволяющим распознавать ее, тогда как реакции защитного и отрицательного значения выступают лишь во вторую очередь.

    Окончательно учение Ухтомского о доминанте было сформулировано в 1922 г. В настоящее время оно вошло в повседневный клинический обиход. В психологии доминанта принята как физиологическая основа и предпосылка поведения.

    Под доминантой Ухтомский понимал временно господствующий в центральной нервной системе рефлекс или рефлекторное поведение. Господствующий в центральной нервной системе очаг возбуждения преобразует и изменяет работу прочих рефлекторных аппаратов в целом. Так, например, если в организме в данный момент осуществляется рефлекторный акт, связанный с приемом пищи, то он перестает реагировать на те раздражители, которые в других условиях вызывали бы у него защитные рефлексы. То же самое можно сказать и в отношении защитного рефлекса, полового рефлекса и т.д., когда при осуществлении одних рефлекторных движений исключается возможность выполнения других.

    Доминанта — рабочий принцип и основное правило деятельности нервной системы, которому подчиняется осуществление любой рефлекторной реакции организма. Доминанта характеризуется следующими основными чертами:

    1)  в центре, становящемся доминантным, повышается возбудимость;

    2)  возбуждение в этом центре отличается стойкостью: оно не может быть мимолетным во времени;

    3) доминирующий центр способен стимулировать возбуждение;

    4) возбуждение доминантного центра обладает инерцией; дальние волны возбуждения подбадривают установившуюся доминантную реакцию, ускоряя ее разрешение;

    5) возбуждение доминантного центра сопряжено с торможением других рефлекторных механизмов, не принимающих участия в доминантной реакции.

    Разрабатывая учение Введенского о физиологической лабильности, Ухтомский создал собственное учение об усвоении ритма (работа 1926 г. «Усвоение ритма в свете учения о парабиозе»). Учение об усвоении ритма используется и сегодня в физиологических исследованиях для понимания деятельности нервных клеток и отдельных структур мозга, а также при конструировании ряда автоматических устройств.

    В 1927 г. были опубликованы книга Ухтомского «Физиология двигательного аппарата», развивающая оригинальную систему взглядов ученого на понимание природы утомления, а также монография «Учение о парабиозе».

    С 1928 г. А.А. Ухтомский, в связи с выдвинутым им учением об усвоении ритма, предпринял глубокую разработку проблемы физиологической лабильности. Лабильность — характеристика живой ткани, выражающая способность ее воспроизвести определенное максимальное число возбуждений в единицу времени. Длительность протекания одиночного возбуждения характеризует ритм возбуждений, который способен воспроизвести тот или иной орган в единицу времени. Для классической физиологии этот ритм является постоянной и неизменной характеристикой органа, что привело к представлению о собственном ритме, различном и неизменном для разных органов.

    Ухтомский установил способность органов и организма в целом перестраивать ритм своих возбуждений в соответствии с ритмом раздражений, навязываемым извне. Орган способен в широких пределах менять ритм воспроизводимых им возбуждений, удлиняя или укорачивая длительность протекания каждого возбуждения в отдельности, что дает возможность органу усваивать более высокие ритмы раздражения, присущие тому или иному органу. Им было доказано, что в процессе усвоения ритма деятельность и работоспособность органа не понижается, как этого можно было бы ожидать, а наоборот, повышается, сопровождается увеличением интенсивности обмена веществ и сокращением цикла или длительности отдельного возбуждения. Этот факт огромной принципиальной важности окончательно исключил возможность понимания процесса торможения как результата истощения деятельности организма.

    Опираясь на учение об усвоении ритма и физиологической лабильности, А.А. Ухтомский незадолго до смерти поставил проблему биологического равновесия. Биологические системы, по мнению Ухтомского, характеризуются скоростями восстановления равновесия, причем они либо возвращаются к исходному состоянию равновесия, либо переходят к новому состоянию равновесия. С этой точки зрения, приспособляемость организма к среде следует рассматривать не только как способность более или менее быстрого возвращения к так называемому исходному равновесию, но и как способность создания новых видов равновесия.

    Алексей Алексеевич был блестящим педагогом. Каждой лекции предшествовала тщательная подготовка. В аудитории, где читал лекцию Ухтомский, можно было увидеть не только студентов, аспирантов, но и прославленных ученых. Впервые в истории высшего образования он вел курс лекций по высшей нервной деятельности и сравнительной физиологии, принимал активное участие в организации рабочего факультета при Петроградском университете (открыт в 1919 г.) и кафедры физиологии труда (работала с 1930 г.).

    Одному из учеников А.А. Ухтомского, профессору М.И. Виноградову, принадлежит следующая, достаточно меткая характеристика личности Ухтомского: «Всякий, кому приходилось встречаться с этим глубоким и своеобразным умом, выносил незабываемое впечатление громадной умственной мощи и в то же время чрезвычайной тонкости и проникновенности».

    В 1931 г. Алексей Алексеевич Ухтомский был награжден Ленинской премией, в 1935 г. избран действительным членом Академии наук СССР. Умер выдающийся русский физиолог А.А. Ухтомский в 1942 г. в осажденном фашистами Ленинграде.

    ЧЕЛПАНОВ ГЕОРГИЙ НИКОЛАЕВИЧ.

    Георгий Николаевич Челпанов родился 16 апреля 1862 г. в город Мариуполе Екатеринославской губернии. Начальное образование он получил в местном приходском училище, а затем учился в Александровской Мариупольской гимназии, которую он окончил в 1883 г. с золотой медалью. Именно там он впервые заинтересовался психологией. Его колебания, кого избрать своим руководителем, склонились в пользу Н.Я. Грота, и в 1883 г. Г.Н. Челпанов поступил на историко-филологический факультет Новороссийского университета, где в то время преподавал Н.Я. Грот.

    В 1887 г. Г.Н. Челпанов окончил его с золотой медалью за сочинение на тему «Опыт и разум в теории познания Платона и Аристотеля». В 1890 г. он сдал магистерский экзамен по философии и психологии и в 1891 г. стал приват-доцентом Московского университета, а в 1892 г. был зачислен в штатные приват-доценты Киевского университета.

    В 1896 г. Г.Н. Челпанов защитил диссертацию на тему «Проблема восприятия пространства» и получил степень магистра философии. С 1897 г. он работал в Киеве, вел и редактировал труды организованного там психологического семинара. В это время он активно занимался проблемами педагогики и выступал с докладами, посвященными этой теме. Г.Н. Челпанов выступал против чрезмерного увлечения экспериментальной психологией, в особенности против применения методов экспериментальной психологии в педагогической практике. Тем не менее он вовсе не был противником экспериментальной психологии. В 1888 г. он выступил с докладом на заседании Московского психологического общества, в котором определил научную значимость эксперимента в психологии. Вместе с тем он считал необходимым сочетать его с теоретической психологией, задачу которой он видел в систематизации, сведении к единству данных, полученных эмпирическим путем.

    На этом этапе его творчества важной является работа «Мозг и душа», написанная в 1900 г., где Г.Н. Челпанов рассмотрел вопросы материализма в психологии. Основой этой работы был курс лекций, прочитанный им в 1898—1899 учебном году в Киевском университете. Наиболее приемлемой гипотезой для выражения отношений между психическим и физическим он считал психофизический параллелизм в его эмпирической формулировке. Рассмотрению этой гипотезы он уделил в книге большое внимание.

    В 1904 г. он защитил следующую диссертацию, на этот раз докторскую. В ней он продолжал тему, начатую в 1896 г., — «Проблемы восприятия пространства» (часть 2-я). Рассматривая вопрос о пространстве с точки зрения гносеологии (науки о познании), Г.Н. Челпанов протестовал против смешения гносеологической и психологической точек зрения. Он изучал вопрос о происхождении геометрических аксиом, отрицал их эмпирический характер. В вопросе о реальности пространства он подверг критике все виды гносеологического идеализма и придерживался теории критического реализма.

    За это время он несколько раз выезжал за границу, где слушал лекции Дюбуа—Реймона, Геринга и Кенига по философии, Штум-пфа и Вундта по психологии. Параллельно он занимался в институте Вундта в Лейпциге и в институте физиологической оптики в Берлине. В 1907 г. Г.Н. Челпанов был избран профессором философии и психологии Московского университета, где он впоследствии организовал лабораторию и психологический семинар.

    В 1909 г. Г.Н. Челпанов выпустил книгу, которая сыграла впоследствии значительную роль в его жизни В этой работе, представляющей собой конспект 16 лекций ученого, он подробно рассмотрел марксизм. Так, в лекции «Об исторических законах» он указывал два противоположных подхода к вопросу о постижении этих законов: идеалистический и материалистический, одной из разновидностей которого является марксизм Изложив сущность этого направления, Г.Н. Челпанов в своей работе перешел к его оценке. Прежде всего он подчеркнул его положительные стороны, среди которых основное — мысль о том, что идеи могут носить утопический характер.

    Также, считал Г.Н. Челпанов, учение Маркса имело и недостатки. Например, положение о том, что социальное хозяйство — это единственный фактор движения истории. По Г.Н. Челпанову, историческую причинность нельзя объяснить только одним фактором. Таким образом, не отрицая важности экономических отношений, он считал необходимым признание значимости идей и идеалов.

    С точки зрения натуралистической концепции, роль личности сводится к нулю, но Г.Н. Челпанов отстаивал идею о значимости человека и его психики, т.е. признавал значение духовного фактора в истории. Он возражал против того, что психическая причинность есть только отражение физической, что было одним из основных принципов материализма. По мнению ученого, сведение психического к нулю означает неверное толкование отношений между психическим и физическим.

    На Втором Всероссийском съезде по задачам психологии, состоявшемся в июле 1909 г., Г.Н. Челпанов выступил с докладом, в котором показал проведенный им анализ задач развития современной психологической науки. Он отметил тенденцию противопоставлять теорию фактам, придавать им большее значение, чем различным теориям. Это вызвало у Г.Н. Челпанова тревогу за дальнейшее развитие психологии, чтобы избежать возможных проблем, он призывал объединять эксперимент и теорию.

    В следующем году на торжественном заседании Психологического общества он обратил внимание на состояние индивидуальной психологии. Г.Н. Челпанов считал, что методы, применяющиеся в этой отрасли науки, должны быть более основательными. Те же методы, которые в то время существовали, еще не были точными, не гарантировали получения истинного знания. Поэтому они могут дать представление не о личности в целом, а об отдельных ее проявлениях. Возвратившись в своем рассмотрении к проблемам психологии и педагогики, Г.Н. Челпанов определил их отношения как сложные и неоднозначные. По его мнению, педагогика имеет свой предмет и не может базироваться только на психологии. Педагогика должна опираться, в первую очередь, на философскую этику, дающую обоснование идеалов воспитания, а психология только указывает средства, при помощи которых можно достичь этих целей. Таким образом, Г.Н. Челпанов считал, что педагогику нельзя рассматривать как прикладную психологию.

    В 1914 г. на базе лаборатории психологических исследований и психологического семинара возник Психологический институт, организованный Г.Н. Челпановым. С 1914 и до 1923 г. Г. Н. Челпанов был директором этого института, но ему было предложено передать руководство К.Н. Корнилову. Уйдя из института, ученый был практически лишен возможности продолжать научную деятельность. В 1926 г. он подал прошение о зачислении его в Психологический институт, которое было отклонено.

    Вместо этого Г.Н. Челпанов занимался научным творчеством в Государственной академии художественных наук, где исследовал проблемы восприятия пространства и художественного творчества. Темой основных работ Г.Н. Челпанова в 1920-е гг. было разъяснение своей позиции по отношению к марксизму. Он отвергал все обвинения в его адрес как необоснованные, защищая тезис о независимости психологии от любой философии. Он также настаивал на том, что принцип психофизического параллелизма, а также содержание традиционной психологии отвечает принципам марксизма. Он выпустил множество работ, посвященных этой проблеме: «Психология и марксизм», «Социальная психология и условные рефлексы», «Объективная психология в России и Америке».

    В последние годы жизни, столкнувшись с полной изоляцией своего творчества от остального мира, Георгий Николаевич Челпанов потерял силы для дальнейшей работы, и его здоровье ухудшилось. После известия о трагической гибели сына он прожил недолго и 13 февраля 1936 г. умер.

    Г Н. Челпанов сыграл, пожалуй, главную роль в становлении российской психологии. Через Психологический институт, организованный им, в свое время прошли почти все значительные психологи нашей страны. Отстранение от руководства Институтом стало для него настоящей трагедией, после которой он так и не смог до конца оправиться. Его теоретические разработки в области педагогики и психологии во многом повлияли на дальнейшее развитие этих наук.

    ШПЕТ ГУСТАВ ГУСТАВОВИЧ.

    Густав Густавович Шпет родился 25 марта 1879 г. в бедной семье. Отца у него не было, а мать, Марцелина Осиповна Шпет, принадлежала к обедневшей шляхтичской семье из Волыни, откуда она еще до рождения сына уехала в Киев. Мать воспитывала сына одна, зарабатывая на жизнь стиркой и шитьем. Благодаря ее самоотверженной заботе Густав смог получить хорошее образование.

    В 1898 г. юноша успешно заканчивает гимназию и поступает в Киевский университет св. Владимира. Студенческие годы для него были не самыми легкими. Несколько раз Густава исключали из университета, в результате чего учеба длилась около восьми лет. Молодой студент не раз сидел в тюрьме за участие в студенческих кружках и демонстрациях, однако он считал себя не революционером, а скорее инакомыслящим.

    В университете Густав Шпет увлеченно участвует в работе психологического семинара Г.И. Челпанова, созданного при университете в тот год, когда молодой Шпет поступил учиться. В те годы психологию еще относили к области философии, не выделяя как отдельную науку. Поэтому и занятия психологического семинара в основном были философского содержания. Именно на этих занятиях Густав Шпет и сформировался как философ, а многие его психологические идеи построены на философских понятиях и потому часто очень трудны для понимания.

    В 1906 г. Г.И. Челпанов становится профессором Московского университета и в 1907 г. приглашает в Москву Шпета. Здесь они оба разрабатывают проект создания Психологического института. Летом 1910 г. Густав Шпет вместе с Челпановым посещает ведущие немецкие университеты в Берлине, Бонне и Вюрцбурге, в которых они изучают работу психологических лабораторий при университетах. В 1914 г. состоялось официальное открытие Психологического института.

    В 1920 г. Шпет и Челпанов выступили с предложением создать на факультете истории и философии Московского университета кабинет этнической и социальной психологии. Они обосновали необходимость его создания и подробно изложили цели и задачи научной работы в этой области.

    В первые годы советской власти Шпет начал работать над проектом перестройки этнической психологии, считая, что обращение от индивидуального сознания к коллективному позволит найти компромисс между идеалистической и материалистической философией.

    В 1927 г. Шпет опубликовывает свой научный труд «Введение в этническую психологию». Здесь он более детально и глубоко развивает важнейшие положения психологической науки, отмечая ее тесную взаимосвязь с историей и науками о культуре. Изучая личность, Шпет проводит исследования исторического и культурного сознания. По его мнению, формирование культурного самосознания происходит в процессе восприятия искусства. Он выделяет три уровня человеческого восприятия:

    1)  реальный уровень;

    2)  идеальный уровень, или отрешенное культурное бытие;

    3) духовный уровень, или субъективный мир творца.

    Итак, Шпет определяет искусство как субъективное знание, несущее в себе наряду с некоторой информацией также и отношение к нему автора (или творца), которое производит определенное влияние на слушателей (или наблюдателей). Именно в процессе переживания человек определяет свое отношение к той или иной культуре, окружающей его, а также отношение к себе.

    Отмечая немаловажное значение переживания в развитии культурного самосознания личности, Шпет связывал формирование этнической идентичности не с физиологическими процессами, а с выработкой определенного отношения к этническим и культурным ценностям в результате эмоциональных переживаний, ими вызванных. Интересна также мысль, что глубокое внутреннее единение с тем или иным народом зависит не только от индивида, но и от общества.

    С 1923 по 1929 г. Густав Шпет был вице-президентом Государственной академии художественных наук (ГАХН) В довольно сложных условиях этого времени ему удалось создать уникальную школу по изучению развития внутреннего мира человека в свете культурных, психологических и философских положений, причем с немарксистской идеологической направленностью. Научные работы Г. Шпета, созданные в этот период времени, до сих пор вызывают немалый интерес у современных психологов.

    Г. Шпет внес огромный вклад в развитие психологической науки, тщательно проработав в своих научных трудах основные вопросы психологии: ее предмета, методов и главной проблемы — человеческого сознания. Основополагающим в работах Шпета было положение об органичной взаимосвязи психологии и философии, их нераздельности. Он намечает свой путь развития психологии как науки, который приведет ее не к отделению от философии, а наоборот — к еще большему их сплочению. Ведь несмотря на то что психология становится все более абстрактной, она все-таки черпает материал для формирования своих положений из сферы реального, а эта сфера, в свою очередь, является объектом изучения или точнее — познания философии.

    В своих научных работах Шпет довольно жестко критикует натуралистические методы в психологии, защищая культурно-исторический подход в исследовании сознания личности. Он поднимает проблему научности познания и определяет основные критерии, утверждая, что от серьезного отношения к этому вопросу зависит доверие к науке в целом.

    Шпет твердо придерживался мнения, что основу знания составляет логика, и даже мистические переживания, выходящие за пределы рационального мышления, вполне возможно логически объяснить и выразить в слове. Нелогическое абстрактное мышление не способно, по мнению Шпета, анализировать факты и приводить к настоящему знанию, оно лишь снижает доверие к науке. Строгое же логичное объяснение дает твердое научное познание.

    Густав Шпет вел активную преподавательскую деятельность. Он читал лекции в Народном университете А.С. Шанявского и во 2-м Московском университете. Также Шпет постоянно участвовал в работе Московского лингвистического кружка. Он основал институт научной философии и был его директором.

    Однако следует отметить, что, несмотря на его несомненные заслуги перед отечественной, а также мировой наукой, Шпет почти постоянно подвергался гонениям во времена советской власти из-за своих взглядов, кардинально расходившихся с марксистскими. Эти гонения в конце концов привели великого ученого к гибели. В 1937 г. он был репрессирован и погиб. В середине 1950-х гг. он был посмертно реабилитирован.

    ЭЛЬКОНИН ДАНИИЛ БОРИСОВИЧ.

    Даниил Борисович Эльконин родился 16 февраля 1904 г. в Полтавской губернии. В 1914 г. он поступил в полтавскую гимназию, из которой был вынужден уйти через 6 лет в связи с недостатком денег в семье. Несколько следующих лет он работал делопроизводителем Военно-политических курсов, воспитателем в колонии малолетних правонарушителей. В 1924 г. Эльконин был направлен на учебу в Ленинградский институт социального воспитания. Вскоре этот институт был присоединен к ЛГПИ им. Герцена. В 1927 г. он окончил педагогический факультет этого института, а затем 2 года проработал педагогом-педологом детской профамбулатории Октябрьской железной дороги. В 1929 г. начал преподавать на кафедре педологии ЛГПИ им. Герцена.

    С 1931 г. он работал с Л.С. Выготским, разрабатывая проблемы детской игры. По его мнению, особенно в традиционных обществах игра является важным элементом в жизни ребенка. С помощью игрушек, представляющих уменьшенные орудия труда, он приобретает различные навыки. Также игрушки могут давать наглядную информацию об окружающем мире (модели реально существующих объектов и куклы в костюмах), способствовать физическому развитию ребенка.

    В 1932 г. Д.Б. Эльконин стал заместителем директора Ленинградского научно-практического института. В последующие несколько лет вышло множество его статей, посвященных изучению различных видов детской активности: игр, учебы, общения и т.д. Эльконин считал, что через деятельность в обществе ребенок познает основы человеческой культуры, таким образом постепенно развивается его психика.

    После выхода в 1936 г. известного постановления «О педологических извращениях в системе Наркомпроса» он был снят со всех постов. С большим трудом ему удалось устроиться учителем начальных классов в ту школу, где учились его дочери.

    Работа в школе была для Д.Б. Эльконина очень важной. Не имея шансов работать в другом месте, он всю свою энергию отдал школе и в 1938—1940 гг. написал букварь и учебник по русскому языку, предназначенный для школ народов Крайнего Севера. В то же время он во второй раз получил звание кандидата наук (первого звания он был лишен в 1936 г.).

    2 июля 1941 г. Д.Б. Эльконин записался в народное ополчение. Он участвовал в обороне и освобождении Ленинграда, окончил войну майором. Ему пришлось пережить тяжелый удар: на Кавказе погибли его жена и дочери, эвакуированные туда из Ленинграда. Он не был демобилизован, вместо этого его назначили на преподавательскую работу в Московский военно-педагогический институт Советской армии. Там Эльконин преподавал психологию, а также занимался научной работой: разрабатывал принципы построения курса советской военной психологии.

    Работа ученого не устраивала его руководство. 5 марта 1953 г. должно было состояться заседание комиссии «по разбору и осуждению допускаемых полковником Элькониным ошибок космополитического характера», которое, однако, было перенесено, а затем, когда Д.Б. Эльконин уволился в запас, и вовсе отменено.

    Помимо разработок в области военной психологии, Д.Б. Эльконин продолжал развивать свои взгляды на детскую психологию. От конкретных проблем он перешел к построению стройной теории психического развития ребенка. По его мнению, ребенок с самого момента рождения является социальным существом, все виды его деятельности по своему происхождению общественны. В своем познании человеческой культуры ребенок активен, он не просто воспринимает все окружающее, а активно воспроизводит способности других людей.

    Эльконин считал, что формирование детской психики происходит не во взаимодействии ребенка с окружающими предметами, а во взаимодействии его с элементами общества: предметами и взрослыми как членами общества. Источником процесса формирования психики выступает, по Эльконину, окружающая среда. Она содержит идеалы (потребности, принципы, эмоции), служащие целью действий ребенка. В качестве движущей силы этого развития выступает противоречие, существующее между общественно-мотивационной и предметно-операционной сторонами действия.

    В сентябре 1953 г. он стал штатным сотрудником Института психологии АПН РСФСР. Работая в институте, он организовал различные лаборатории: психологии младшего школьника, психологии подростка, диагностики психического развития школьников. Налаживая регулярную работу каждой лаборатории, он передавал руководство своим ученикам, а сам начинал заниматься другим делом. Параллельно с исследовательской работой Д.Б. Эльконин читал лекции по детской психологии в Московском университете.

    Продолжая развивать свои взгляды, Д.Б. Эльконин создал теорию периодизации психического развития детей. Он исходил из того, что возраст и возрастные особенности — это относительные понятия, и можно выделять только наиболее общие возрастные особенности. Возрастное развитие ребенка ученый рассматривал как общее изменение личности, сопровождаемое изменением жизненной позиции и принципа взаимоотношений с окружающими, формирование на каждом этапе новых ценностей и мотивов поведения.

    Психическое развитие ребенка происходит неравномерно: существуют эволюционные, «плавные» периоды и «скачки», или критические периоды. Во время эволюционного периода изменения психики накапливаются постепенно, затем происходит скачок, во время которого ребенок переходит на новый этап возрастного развития. Во время критического периода происходят ярко выраженные психологические изменения, ребенок становится трудновоспитуем.

    В своей теории Д.Б. Эльконин основывался на социально-исторических условиях развития ребенка. Каждый период истории, каждая культура формирует свои собственные законы развития детской психики в зависимости от требований, предъявляемых обществом. Он также отмечал, что в последнее время психологические особенности детей одинакового возраста изменяются в течение уже нескольких десятилетий. Современный ребенок получает и усваивает значительно больше информации, чем его сверстник 50 лет назад. Поэтому он в своей теории периодизации учитывал не особенности психики каждого в отдельности ребенка, но закономерности ее развития.

    Обосновывая невозможность изучения детства с какой-либо одной точки зрения, Д.Б. Эльконин представлял каждый возрастной период как своеобразный период жизни ребенка, определяемый типом ведущей деятельности и возникающими в связи с ним психологическими особенностями. На основании этого он понимал психическую жизнь ребенка как процесс смены характерных видов деятельности во времени.

    В построении своей концепции Д.Б. Эльконин опирался на исследования многих других психологов и на собственный эмпирический материал. Особенное влияние на его теорию оказало творчество Ж Пиаже, А. Валлона и Л.С. Выготского.

    В итоге Д Б Эльконин выделил три основные «эпохи» психического развития ребенка, раннее детство, детство и подростковый возраст. Каждая эпоха состоит из двух периодов: первый отличается преимущественным усвоением мотивов и задач деятельности, то есть формируется общественно-мотивационная сфера, а на втором идет развитие предметно-операционной стороны действия.

    В 1984 г. Д.Б. Эльконин подготовил записку в ЦК КПСС, посвященную проблемам школьного образования, где предложил некоторые варианты изменения действующей системы Он считал, что в будущем должна сложиться система воспитания, затрагивающая все периоды жизни ребенка, основанная на особенностях каждого возраста Необходимо изменить систему школьного образования, применяя методы, основанные на деятельностном подходе. Неотъемлемой частью образования должна быть совместная трудовая активность детей и взрослых, а также внешкольная жизнь детей, затрагивающая развлечения и клубы «по интересам».

    Даниил Борисович Эльконин умер 4 октября 1984 г. По свидетельству друзей, он был ярким, активным, эмоциональным человеком. Пережив в жизни немало тяжелых ударов, он тем не менее всегда находил в себе силы для научной работы, для общения со студентами и детьми. В своей теории периодизации психического развития он обобщает выводы многих известных детских психологов, строя на их основе свою концепцию. Д.Б. Эльконин приложил немало сил по улучшению образовательной системы в нашей стране. Его знают во всем мире как талантливого психолога и педагога.

    ЗАРУБЕЖНЫЕ ПСИХОЛОГИ.

    АБРАХАМ КАРЛ.

    Карл Абрахам родился 3 мая 1877 г Его родители были приверженцами иудаизма, и в доме всегда строго соблюдались все обряды и правила. После поступления в университет Абрахам несколько отошел от соблюдения этих правил, несмотря на то что это спровоцировало ухудшение его отношений с отцом Он много учился и особенно упорно занимался иностранными языками, свободно говорил на английском, немецком, итальянском, читал на датском, голландском и французском. Его первая статья была напечатана, когда Карлу Абрахаму было всего 15 лет Она была посвящена сходству языка у разных индийских племен Южной Америки.

    Абрахам учился во Фрайбургском университете и в 1901 г. сдал экзамен на получение докторской степени. Темой его диссертации была история развития волнистого попугая.

    После окончания университета Карл Абрахам в течение 4 лет работал в Берлине в психологической лечебнице Дальдорф, а затем переехал в Цюрих для работы в психиатрической лечебнице Бургхецли. Именно в это время он познакомился с работами Зигмунда Фрейда, которые вызвали у него большой интерес.

    В 1907 г. на собрании немецкого психиатрического общества во Франкфурте Абрахам прочитал доклад о связи сексуальных травм в юношеском возрасте с симптомами шизофрении. Еще через год в Зальцбурге он сделал доклад, в котором определил различия истерии и шизофрении, что стало важным вкладом в разработку понятийного аппарата психоанализа.

    Абрахам выдвинул гипотезу о том, что нарушения в либидоз-ных сферах психики ведут к нарушениям функции Я. Дальнейшие исследования, проведенные им самим и другими пихоаналитика-ми, только подтвердили эту идею. В результате смещения функций «Я» происходит нарушение сублимации. Частичная потеря или полная утрата способности к сублимированию ведет к шизофрении, а чрезмерное сублимирование — к истерии. Таким образом, считал Абрахам, источником шизофренических сиптомов является сексуальная переоценка.

    К тому же времени относятся и работы Абрахама по теории либидо и сексуальности. В своих исследованиях он касается сексуальности ребенка и на их основании делает следующие выводы:

    — причиной невроза является не сама травма, а реакция на нее ребенка. Именно то впечатление, которое остается после получения психологической или физической травмы, и влечет за собой нарушение психики;

    — повторное переживание сексуальной травмы является для ребенка своеобразной формой сексуальной активности;

    — бессознательные импульсы, возникающие при неврозе и направленные против себя, являются выражением бессознательного мазохизма.

    В 1906 г. Карл Абрахам женился и через год опять вернулся в Берлин Копию доклада, сделанного во Франкфурте, он отправляет Зигмунду Фрейду и в ответ получает приглашение приехать. В декабре того же года он посещает великого психоаналитика в Вене. Со следующего года между ними завязывается интенсивная переписка, которая продолжится вплоть до смерти Абрахама.

    Карл Абрахам много занимался проблемами применения психоанализа к мифологии, и его выводы были отражены в книге «Сон и миф», вышедшей в 1909 г. Сон — это продукт человеческой фантазии, в котором отражается исполнение бессознательных желаний и влечений, для снов характерны наличие цензуры, вытеснения, смещения и т.д. По мнению Абрахама, в мифах также выражаются бессознательные желания и влечения, но только не отдельного индивида, а целой нации. Таким образом, миф — это продукт бессознательной деятельности сознания многих людей, своего рода «сон народа».

    В марте 1910 г. Абрахам организовал Берлинское отделение Международного психоаналитического объединения, которое сам и возглавил. В то же время ученый занимался преподавательской деятельностью, и в 1911 г. он впервые в Германии прочитал четырехнедельный курс по психоанализу.

    Важное значение для психоанализа имели его исследования маниакально-депрессивного психоза. Абрахам занимался этой проблемой в течение многих лет, но основная его работа по этой тематике осталась практически незамеченной из-за вышедшей примерно в то же время работы Фрейда, посвященной той же проблеме. В ней Абрахам исследовал связь между печалью и меланхолией, а также показал, что в либидо преобладают отношения ненависти. На догенитальной стадии либидо определяется различием между маниакально-депрессивным психозом и так называемым неврозом навязчивых состояний.

    В 1914 г. выходит его работа, посвященная развитию характера на генитальной стадии и проблемам нормальности. Что касается последнего вопроса, то тут Абрахам утверждает, что здесь нельзя устанавливать четкие и абсолютные нормы. Единственным признаком может служить то, что нормальному человеку удается преодолеть нарциссизм. Кроме этого, в данной работе Абрахам исследовал значение генитальных влечений для существования нормальных общественных отношений, т.е., по сути, определил точку соприкосновения между социальной культурой и влечением.

    Во время Первой мировой войны Абрахам был главным врачом психиатрического отделения 20-го армейского корпуса в Алленш-тайне, в Восточной Пруссии. Это время он посвятил изучению военных неврозов.

    В 1916 г. была издана книга «Исследование самой ранней доге-нитальной ступени развития либидо». В ней Абрахам изложил свои взгляды на зависимость между потребностью в еде и сексуальным влечением. Он считал, что существует взаимосвязь между оральной эротикой и речью, кроме того, имеется также связь этих явлений с расстройствами аппетита. Исследуя две основные формы ротовой активности, Абрахам обосновал роль оральной эротики в формировании человеческого характера. Непосредственное удовлетворение через оральный эротизм ведет к тому, что у взрослого человека будет преобладать оптимистический образ мысли. Если же в раннем возрасте было пережито разочарование, то основными чертами характера взрослого будут пессимизм и суровость. Менее подробно Абрахам описывает зарождение и некоторых других черт характера, таких как жадность, скупость, бережливость, нетерпимость. Все эти особенности, по его мнению, возникают в результате орально-эротических процессов смещения.

    Очень важной для дальнейшего развития психоанализа является статья Карла Абрахама «О женском комплексе кастрации», вышедшая в 1919 г. В ней он показал различные способы, которыми девочка может реагировать на фантазии о кастрации, и на основании этого в дальнейшем он определял 2 невротических типа у женщин:

    1. «Мстящий» тип, для которого характерно пренебрежительное отношение к мужчине. Он возникает вследствие вытеснения желания отомстить мужчине, кастрировав его.

    2. Тип «исполняющий желание», который возникает при вытеснении желания перенять роль мужчины, для этого типа характерно существование предпосылок для развития гомосексуальности.

    В 1920 г. Карл Абрахам основал Берлинский психологический институт, а также психоаналитическую поликлинику. Среди его учеников были такие впоследствии очень известные психологи, как Хелен Дойч, Эрнст Зиммель, Мелани Кляйн, Карен Хорни и Шандор Радо.

    В начале 1920-х гг. Карл Абрахам выпускает ряд статей и несколько книг, посвященных проблемам, смежным с психоанализом. Одна.из них— «Об ограничениях и превращениях любви к зрелищам у психоневротиков и замечания об аналогичных явлениях в психоанализе народов». Она интересна тем, что в ней Абрахам поясняет психоанализ любви к зрелищам на этнологическом, мифологическом, фольклорном и этимологическом материале.

    Карл Абрахам умер в декабре 1925 г. на Рождество от воспаления легких. Зигмунд Фрейд был очень подавлен ранней смертью своего ученика, одного из немногих, кто продолжал сотрудничать с ним в течение всей жизни.

    Несмотря на то что Карл Абрахам начал активно заниматься психоанализом значительно позже, чем Зигмунд Фрейд, их исследования во многом шли параллельно и сопровождались взаимным обменом опытом. Различия шизофрении и истерии, выведенные Абрахамом, стали одним из самых важных понятий психоанализа, т.к. раньше это различие могло быть обозначено только опытным путем.

    АДЛЕР АЛЬФРЕД.

    Альфред Адлер — основатель психологического направления, индивидуальной психологии. Именно развивая свои идеи, он окончательно разошелся с Фрейдом и смог стать самостоятельным и оригинальным мыслителем. Его теория очень мало связана с классическим психоанализом и представляет целостную систему развития личности.

    Альфред Адлер родился 7 февраля 1870 г. в Пенцинге (Австрия). Он с раннего детства мечтал стать врачом-офтальмологом и позже, по окончании медицинского факультета Венского университета, начал карьеру врача. Однако вскоре его интересы переключаются на психиатрию и неврологию. В 1902 г. после прочтения знаменитого «Толкования сновидений» Адлер становится одним из членов кружка, организованного Фрейдом. Но вскоре Адлер начал развивать такие идеи, которые шли вразрез с основными идеями Фрейда.

    В 1911 г. Адлер вышел из психоаналитического общества с группой единомышленников, тем самым разорвав свои связи с Фрейдом. Затем он организовывает свою группу, которая получила название «Общество свободных психоаналитических исследований», затем измененное на «Ассоциация индивидуальной психологии». В 1912 г. выходит его работа «О нервном характере». В том же году он основывает «Журнал индивидуальной психологии». По окончании Первой мировой войны Адлера начали волновать вопросы образования, и он основывает первую воспитательную клинику в Венской системе школьного образования. Особое значение придавал работе с учителями, потому что именно они оказывают влияние на формирование личности ребенка.

    С приходом к власти нацистов деятельность его последователей в Германии приостанавливается. В Австрии после аншлюса в 1938 г. закрывается его клиника. Он начинает ездить по Европе и выступает с лекциями во многих учебных заведениях. В апреле 1937 г. он переносит сердечный приступ, а 28 мая того же года, находясь в шотландском городе Абердин, куда он приехал для чтения лекций, умирает от повторного приступа.

    Адлер отрицал положение Фрейда и Юнга о доминировании индивидуальных бессознательных инстинктов в поведении человека. Инстинктов, которые противопоставляют человека обществу и отделяют человека от последнего. Он считал, что самая важная сила, которая определяет поведение и жизнь человека, — это чувство общности и сплоченности с другими людьми, стимулирующее различные социальные контакты.

    Однако Адлер не полностью опровергал теорию Фрейда. Он соглашался, что человек имеет некоторую внутреннюю природу, присущую ему одному, которая оказывает влияние на формирование его личности. Фрейд при этом придавал решающее значение факторам сексуальным, Адлер же подчеркивал роль общественных интересов.

    В то же время Адлер — единственный психолог, который считал важнейшей тенденцией в развитии личности стремление сохранить свою индивидуальность в целостности без каких бы то ни было изменений и развивать ее. Мысль о целостности и уникальности личности — неоценимый вклад Адлера в развитие психологии. Также его огромной заслугой является то, что он ввел в психологию понятие «творческое Я».

    «Творческое Я» Адлера представляет собой индивидуализированную систему, которая может менять направление развития личности, интерпретируя жизненный опыт человека и придавая ему различный смысл. Более того, «Я» само предпринимает поиски такого опыта, который может облегчить каждому человеку осуществление его уникального стиля жизни.

    Свою теорию личности Адлер хорошо структурировал и объяснил. Она основывается на нескольких положениях, в частности на фиктивном финализме, на стремлении к превосходству, на чувстве неполноценности, на чувстве общности, на стиле жизни и «творческом Я». Идею фиктивного финализма он заимствовал у немецкого ученого Ганса Файгингера. Она означает, что все люди в жизни ориентируются посредством конструкций, которые систематизируют реальность, организуя поведение каждого человека.

    Также Адлер развивал идею о том, что мотивы человеческих поступков определяются в большей степени надеждами на будущее, а не на опыт прошлого Конечная цель может быть слишком идеальной, и ее нельзя реализовать, но тем не менее она оказывается тем стимулом, который заставляет человека действовать Вполне здоровый человек может освободиться от фиктивных надежд и увидеть жизнь такой, какая она есть на самом деле. Для людей же с более тонко организованной нервной системой эта задача часто оказывается невыполнимой.

    Адлер утверждал, что стиль жизни определяет и систематизирует опыт человека. Он тесно связан с чувством общности, одним из трех врожденных бессознательных чувств, составляющих структуру «Я». Чувство общности — стержень, на котором держится вся конструкция стиля. Хотя это чувство и врожденное, оно может остаться неразвитым. Следствие этого — вызывающее поведение, неврозы и конфликты.

    Чтобы развить это чувство общности, с самого рождения ребенка важно окружить его вниманием и заботой, дать почувствовать ему, что он любимый и желанный. У брошенных и отверженных детей это чувство практически не развивается. Слабо развито оно также и у слишком избалованных детей. Уровень развития чувства общности определяет систему собственных представлений, которая создается каждым человеком, и неадекватность этой системы препятствует росту человека как личности и провоцирует развитие неврозов и депрессии.

    По Адлеру, человек сам является творцом своей личности, формируя свой жизненный стиль. Творческое «Я» — это своеобразный фермент, который факты окружающей действительности трансформирует в личность человека — единую, динамичную, индивидуальную и обладающую уникальным стилем. «Творческое Я» — это смысл жизни человека. Таким образом, для Адлера процессы формирования стиля жизни являются актами творчества, которые придают человеку уникальность и возможность управлять своей судьбой.

    Адлер подчеркивал, основываясь на богатом личном опыте, что люди не пешки, а сознательные целостные личности, которые самостоятельно создают свою жизнь. Если чувство общности опреде-' ляет направление жизни, то два других врожденных чувства — неполноценности и стремления к превосходству — являются свое-образными носителями энергии, необходимой для развития личности. Эти чувства стимулируют не только индивидуальное развитие, но и развитие общества в целом Существует и специальный механизм, помогающий развитию этих чувств, — компенсация.

    Адлер выделял четыре вида компенсации неполная компенсация, полная компенсация, сверхкомпенсация и мнимая компенсация (уход в болезнь) Соединение этих видов дало возможность Адлеру создать одну из первых типологий личности детей Он считал, что развитое чувство общности позволяет детям с неполной компенсацией меньше чувствовать свою ущербность, т к они могут компенсироваться при помощи других людей Это особенно важно при сильно выраженных физических недостатках, которые часто не дают возможности полной компенсации и тем самым могут остановить личностный рост ребенка.

    Невозможность преодолеть свои дефекты, особенно физические, часто приводит к мнимой компенсации, при которой ребенок, а позже — взрослый человек начинает спекулировать своим недостатком, стараясь изо всех сил, чтобы его приласкали и пожалели Такой вид компенсации останавливает личностный рост, формируя эгоистическую личность.

    В случае сверхкомпенсации человек старается принести пользу людям при помощи своих знаний и умений Его стремление к превосходству не превращается в агрессию Для Адлера таким примером сверхкомпенсации служили Демосфен и Ф Рузвельт Если у человека не развито чувство общности, то в случае сверхкомпенсации формируется невротический комплекс доминирования и власти Эти люди подозревают окружающих в желании отнять у них эту власть и потому становятся подозрительными, жестокими и мстительными Для Адлера примерами такой личности были Наполеон и Гитлер.

    Таким образом, одним из главных качеств личности, которое помогает ей устоять в жизненных невзгодах и преодолеть трудности, является умение сотрудничать с другими людьми Адлер считал, что если человек умеет сотрудничать, он никогда не станет невротиком, способным на безрассудные поступки Теория Адлера явилась своеобразной антитезой фрейдовской концепции человека и оказала огромное влияние на психотерапию и психологию личности.

    АЙЗЕНК ХАНС ЮРГЕН.

    Ханс Юрген Айзенк родился в Берлине 4 марта 1916 г , его родители были актерами отец снимался в комедийных фильмах, а мать играла в немых Когда Айзенку было 3 года, его родители разошлись Высшее образование Ханс Юрген получил за границей, сначала в Париже, в Дижонском университете, а затем — в Лондонском Во Франции он занимался историей и литературой, но потом его интересы изменились, и в итоге он остановил свой выбор на психологии В 1938 г он получил степень бакалавра, в 1940-м — доктора философии.

    Во время учебы он очень увлекся астрологией, внимательно изучал астрологические карты гениев, пытаясь найти в них нечто общее, понять, какие судьбы в большей степени способствуют раскрытию дарований В конце 1930-х гг он вел переписку со знаменитыми астрологами Европы и Америки Его интересовал фашизм, он собственноручно составил гороскопы для некоторых представителей верхушки Третьего рейха Некоторые из них, составленные для Геббельса и Гиммлера, он даже отправил в рейхстаг Айзенк предостерегал их от необдуманной агрессии, насилия и грядущего краха, однако ответа не получил.

    После получения высшего образования Айзенк вернулся в Германию, где очень интересовался проводимыми в то время генетическими опытами фашистов Молодой ученый и сам провел несколько исследований человеческого мозга, пытаясь определить наличие зависимости между размерами мозга и интеллектом личности.

    Вскоре Айзенк эмигрировал в Англию, где стал читать лекции В это время он выпустил целый ряд статей, посвященных предстоящей человечеству борьбе за выживание, созданию избранных людей и их воспитанию. Темы этих работ явно были навеяны Айзенку идеологией фашизма, в результате в научном мире сложилось весьма определенное отношение к ученому: его взгляды и теории не принимались. В то время он задался мыслью измерить человеческий интеллект и на лекциях демонстрировал огромное количество различных измерительных приборов: градусников, термометров, весов. Часто его слова вызывали смех, Ай-зенка считали если и не безумным, то уж точно очень странным. За страсть измерять все коллеги прозвали его «человек-термометр».

    Во время Второй мировой войны Айзенк работал в военном психиатрическом госпитале Милл Хилл, где оказывал психологическую помощь военным, перенесшим тяжелые стрессы и травмы. При этом он продолжал заниматься своими исследованиями, испытывал на пациентах различные тесты, созданные различными психологами XIX в. Он много и усердно работал, однако не мог получить никаких практических результатов. После войны Айзенк продолжал работать в госпитале, благодаря чему получил возможность пробовать на пациентах новые создаваемые им тесты.

    Его исследования, а также его активная критика учения Фрейда сделали его популярным. Айзенк пытался объяснить природу интеллекта. Он считал, что уровень интеллекта во многом определяется наследственностью, а развитие его в течение жизни не вносит никаких значительных изменений. Однако Айзенк не мог создать конкретного способа исследовать его. Решающую роль сыграли работы французского психолога А. Бине, случайно попавшиеся на глаза Айзенку. Бине создал серии задач, предназначенные для определения уровня сообразительности детей. На основе результатов этих тестов французское министерство образования организовывало обучение умственно неполноценных детей. Айзенк переработал тесты, созданные французом для детей, применил их ко взрослым и создал свою методику определения коэффициента интеллекта (IQ). Этот метод немедленно завоевал огромную популярность и стал использоваться повсюду. Айзенк много путешествовал, читал лекции по методологии IQ во многих университетах мира. Он стал состоятельным человеком, получил различные ученые звания и степени. В 1946 г. Айзенк стал директором Института психиатрии в Лондоне. Его работы «Измерение личности» (издана в 1947 г.), «Использование психологии и злоупотребления в ней». «Закат и гибель империи Фрейда» завоевали огромную популярность.

    Айзенк считал, что при лечении психических расстройств традиционные виды терапии, а в особенности психоанализ практически не эффективны. Он приводил примеры больных, выздоровевших самостоятельно значительно быстрее, нежели при применении психоанализа. Фрейда он считал лишь талантливым писателем, всячески отвергая его научные теории. Сам он приветствовал методику лечения отвращением как наиболее эффективную. По мнению Ай-зенка, детей, которые устраивают истерики, нужно запирать в комнате на 10 мин, для того чтобы все прошло. Пациентам, страдающим психическими заболеваниями различной степени, он прописывал электрошок и психотропные препараты, вызывающие удушье. От нежелания подвергаться такому крайне неприятному лечению больные быстро выздоравливали. Естественно, такие методы вызывали раздражение и возмущение не только психологов, но и общественности в целом. Айзенка упрекали в жестокости и применении фашистских методов при лечении.

    В 1971 г. Айзенк опубликовал статью «Раса, интеллект и образование», которая вызвала огромнейший общественный резонанс как в Европе, так и в Америке. В ней он провел мысль о том, что у представителей негроидной расы уровень интеллекта (IQ) на 15 пунктов ниже, чем у европеоидов, и это объясняется особенностями генетического кода.

    Естественно, что такие взгляды Айзенка провоцировали различные бурные реакции. Весной 1973 г. в Сорбонне во время чтения лекции он даже был избит. Когда он начал говорить, студенты бросились на него с криками: «Расист! Фашист!» Его сбили с ног, разбили очки. Была вызвана полиция, однако Айзенк не выдвинул против студентов никакого обвинения. Вероятно, тем самым он решил поддержать свою репутацию вольнодумца и скандалиста.

    В середине 1970-х гг. Айзенк написал ряд статей, в которых вывел свою теорию связи различных заболеваний и типов личности. Так, например, по его мнению, курение не вредно для здоровья и не провоцирует рака легких, это симптомы одного и того же расстройства личности, возможно, генетического происхождения. Тип личности, формирующийся при этом, характеризуется неспособностью выражать эмоции, а также неправильной реакцией на стресс. К заболеваниям сердца склонны люди, чей тип личности можно охарактеризовать как злобный, агрессивный и враждебный Также в своих статьях Айзенк определил тип личности людей, более склонных к выздоровлению. По его мнению, это больные, которые «хотят сражаться с болезнью», скандалисты, люди с неуживчивым характером, подверженные влиянию эмоций.

    В начале 1990-х гг. Айзенк провел исследование, профинансированное американским табачным промышленником, который поддержал взгляды ученого на курение. Это исследование подтвердило гипотезы Айзенка, однако не было воспринято ученой общественностью. Тогда он предложил поставить эксперимент на себе самом. Когда его протестировали с помощью электродов, выяснилось, что в течение всего опыта он оставался совершенно спокоен, реакции были абсолютно нулевые. Экспериментаторы, проводившие опыт, решили даже, что оборудование неисправно. Айзенк подтвердил, что он не испытывает ни страха, ни депрессии, ни ярости. Ханс Юрген Айзенк умер 4 сентября 1997 г. в возрасте 81 года от рака мозга, тем самым полностью подтвердив свою теорию происхождения заболеваний.

    Ханса Юргена Айзенка называли великим провокатором, «ужасным ребенком» 1970-х, несмотря на то что он был уже пожилым. Он был очень необычным человеком, чье творчество и образ жизни вызывали много споров и возмущений. За свою жизнь он написал 45 книг и 600 научных статей. Он очень любил сам продавать свои книги, по-хозяйски восседая в книжных магазинах, раздавая автографы своим поклонникам, и до хрипоты спорить с покупателями.

    Многие научные открытия ученого не были приняты в научном мире, однако они всегда находили отклик среди общественности. Применение результатов знаменитых тестов Айзенка на определение уровня интеллекта и сейчас является спорным, однако в определенных кругах они весьма популярны.

    АРИСТОТЕЛЬ.

    Древнегреческий ученый Аристотель, философ, энциклопедист и основоположник логики, первым в систематическом виде изложил воззрения на душу.

    Жил Аристотель в 384—322 гг. (IV в. до н.э.). Родился в Стагире, во Фракии (район Северной Греции), в семье медика, служившего при македонском царе. Аристотель готовился к врачебной деятельности, в связи с чем его первоначальное образование носило естественно-научный характер. Это во многом сказалось на его последующих воззрениях.

    Семнадцатилетним юношей Аристотель пришел в Афины. Здесь он и получил основное образование в академии, которую возглавлял Платон. Аристотель был тесно связан с платоновской школой, однако в скором времени он порвал со своим учителем. Покинув Афины, он жил в различных городах Малой Азии, где не только учил, но и занимался научными исследованиями, преимущественно в области биологии. В 335 г. в Афинах ученый основал собственный ликей (лицей) — перипатетическую школу.

    «Учеников своих он упражнял в рассуждениях на заданные положения и в красноречии» — писал Диоген Лаэртский. Из воспоминаний современников известно, что, помимо педагогической деятельности, Аристотель, как и многие другие великие греки, вел довольно праздный образ жизни. Так, история сохранила факт о том, что Аристотель недолго учительствовал в Афинах, а уехал к евнуху Гер-мию, тирану Антарнея, с которым породнился. Аристипп в книге «О роскоши древних» писал, будто Аристотель влюбился в наложницу Гермия, женился на ней с его согласия и «от радости стал приносить смертной женщине такие жертвы, какие афиняне приносят элевсинской Деметре», а в честь самого Гермия сочинил гимн.

    Путешествуя, Аристотель побывал в Македонии, у царя Филиппа. Здесь ему довелось быть воспитателем сына Филиппа — Александра Македонского. Обучая Александра и имея на царя определенное влияние, Аристотель попросил восстановить родной город, разрушенный Филиппом, и добился этого. Он же написал законы для его жителей.

    Великий ученик Аристотеля, Александр Македонский во время своих завоевательных походов приказывал отправлять своему старому педагогу в Афины образцы растений и животных из завоеванных стран, что являлось ценным источником для естественнонаучных исследований ученого.

    Аристотель прожил 62 года и, по некоторым источникам, покончил с собой, выпив аконит (Евмел «Истории»). Прожил он жизнь весьма интересную, многое повидал, многому научился сам и многих выучил По словам Диогена Лаэртского, « .у Аристотеля Ста-гирского было много учеников; более всего из них выделялся Фео-фаст» Таким образом, учение Аристотеля и его психологические воззрения не канули в веках и были использованы многими учеными-психологами не только древности, но Средневековья и Нового времени (Франц Брентано и др.).

    Психологическое учение Аристотеля строилось на обобщении биологических фактов, которое, в свою очередь, привело к преобразованию главных объяснительных принципов психологии: организации (системности), развития и причинности

    Биологический, генетический, экологический подходы к организму — вот то, что определило аристотелевское понимание природы психического. Направленное против платоновского дуализма, оно восстанавливало (при некоторых колебаниях) единство, нераздельность души и тела и тем самым возвращало психологической мысли естественно-научную основу.

    Аристотель приходит к выводу о том, что душа «как начало живых существ» (общее мнение древних) есть форма реализации способного к жизни тела «Необходимо душу признать сущностью, своего рода формой естественного тела, потенциально одаренного жизнью» «Правильно думают те, кому представляется, что душа не [может] существовать без тела и не является телом». Решительным итогом размышлений Аристотеля является его вывод: «души от тела отделить нельзя», что сделало бессмысленным все проблемы, стоявшие в центре учения Платона (о прошлом и будущем души, способах ее соединения с телом и т.д ).

    Аристотель не принимает также и демокритовское учение об атомах души, толкающих другие атомы тела и тем самым перемещающих его в пространстве. Наиболее подробно разъясняет он несостоятельность взгляда на душу, изложенного в «Тимее» Платона. Считая тело инертным и пассивным, Платон вложил в него в качестве двигателя нематериальную душу, поэтому Аристотель относит его к исследователям, которые «стараются только указать, какова душа, о теле же, которое должно принять душу, они больше не дают никаких объяснений...»

    В итоге Аристотель окончательно покончил с гилозоизмом — учением об одушевленности (жизненности) всех физических тел. Душа представляет собой начало органической жизни, но не материалистического мира в целом. Специфика этого начала заключается в способности живых тел стремиться к цели и реализовывать ее.

    В своих трактатах «О душе», «О частях животных» и второстепенных психологических Сочинениях («О памяти», «О сновидениях» и др ) Аристотель изложил систему психологических понятий, выработанных на основе объективного и генетического методов. Во всех случаях он рассматривал сложные и более высокие проявления жизнедеятельности как продукт развития элементарных структур.

    В качестве принципа жизни душа выступала у Аристотеля как первичное, далее неразложимое понятие В силу этого управляемые душой органические явления оказались противопоставленными неорганическому миру, а также разуму как уникальной способности одного лишь человека.

    Исходную модель для изучения психических актов Аристотель почерпнул в области общебиологических связей организма со средой. Анализируя процесс питания (обмен веществ), он показывает, что его причиной не может быть какой-либо физический процесс сам по себе, например огонь (как полагали некоторые исследователи). Ведь огонь — неупорядоченная стихия По Аристотелю, питание происходит за счет внешнего вещества, но оно поглощается живым телом иначе, чем неорганическим, а именно — путем целесообразного распределения «в пределах границы и закона». Таким специфическим для живого организма способом усвоения внешних тел и является душа.

    Согласно Аристотелю, душа — это целесообразно работающая органическая система: «Если бы глаз был живым существом, душою его было бы зрение» Таким образом, он определил душу как энтелехию (присущую органическим телам целостность и целесообразность поведения), целеполагающее начало Другими словами, душа организма — это его функция, деятельность. Трактуя организм как деятельность, Аристотель выделял в ней различные уровни способностей к деятельности.

    Понятие о способности, введенное Аристотелем, было важным новшеством и прочно закрепилось в основном фонде психологических знаний. Оно разделяло возможности организма (заложенные в нем органические ресурсы) и их реализацию на деле. При этом намечалась схема иерархии способностей как функции души:

    а) вегетативная (имеется и у растений);

    б) чувственно-двигательная (у животных и человека),

    в) разумная (присущая только человеку).

    Функции души, по Аристотелю, являются уровнями ее развития. В связи с этим идея развития вводилась в психологию в качестве важного объяснительного принципа Функции души располагались в виде «лестницы форм», где из низшей и на ее основе возникает функция более высокого уровня (за вегетативной — растительной — формируется способность ощущать, из которой развивается способность мыслить).

    Следуя принципу развития, Аристотель стремился найти звенья, ведущие от одной ступени к другой, и в поиске обнаружил особую область психических образов (фантазий — по Аристотелю), которые возникают без прямого воздействия вещей на органы чувств (сейчас они называются в психологии преде явлениями памяти и воображения). Эти образы подчинены механизму ассоциации — связи представлений.

    Мозг, по мнению Стагирита, не орган психики, а аппарат, охлаждающий жар крови. Будучи вымышленными, с точки зрения физиологической реальности, эти представления вносили новый момент в трактовку центрального органа психической деятельности. Аристотелю принадлежит понятие об «общем чувствилище», корни которого уходят в область прямых связей организма со свойствами среды (сухим и влажным). С этим связана первая попытка определить физиологический механизм ассоциаций Он полагал, что душа обладает способностью посредством центрального ощущающего органа _ «общего чувствилища» — восстанавливать в органах чувств в уменьшенном объеме следы прежних движений и впечатлений в том порядке, в каком они производились внешними объектами

    Психологическое учение Аристотеля имеет биологическую направленность, в нем доминируют материалистические тенденции.

    Мыслитель полагал, что идейное богатство мира воплощено в конкретных, чувственно воспринимаемых вещах и раскрывается только благодаря земному общению с ними в процессе эмпирических исследований.

    Таким образом, Аристотель внес свою лепту в развитие теории чувственного образа. Он трактовал сенсорный образ как запечатле-ние формы предмета (а не его материи, как полагали его предшественники Эмпедокл и Демокрит). По его словам, «ощущение есть то, что способно принимать формы чувственно воспринимаемых [предметов] без [их] материи, подобно тому, как воск принимает оттиск печати без железа и без золота». Решение Аристотеля составляет одну из граней современного представления о работе сенсорной системы.

    БЕРГСОН АНРИ.

    Анри Бергсон родился 18 октября 1859 г. Его отец Мишель Бергсон был композитором и музыкантом, профессором Женевской консерватории Анри Бергсон получил классическое образование, соответствующее кругу французской интеллектуальной элиты. В 1878 он окончи . лицей Кондорсе в Париже и поступил в Высшую нормальную школу. После окончания в 1881 г. Высшей школы Бергсон преподавал в лицее города Анжера. В 1883 г. он получил место на кафедре философии в лицее Блеза Паскаля в Клермон-Ферране

    В это время Бергсон занимался переосмыслением понятия времени и разработал концепцию «чистой длительности», изложенную им в первом крупном труде «Опыт о непосредственных данных сознания», изданном позже, в 1889 г. Полемизируя с теориями психологического детерминизма и психофизики, он описывает человеческое сознание как непрерывно изменяющуюся, творческую

    реальность, как поток, в котором мышление составляет лишь поверхностный слой, подчиняющийся потребностям практики и социальной жизни. В глубинных же своих пластах сознание, по его мнению, может быть постигнуто лишь усилием самонаблюдения и интуицией Интуицию Бергсон противопоставляет интеллекту, полагая, что интеллект — это орудие оперирования с материальными, пространственными объектами, тогда как интуиция дает человеку возможность схватывать суть «живой целостности» вещей, явлений

    В 1896 г. Анри Бергсон написал работу «Материя и память», в которой показал, что материя и сознание, тело и рассудок — это явления, реконструированные самим рассудком из фактов непосредственного опыта, той первичной интуиции, которая открывает нам нераздельную движущуюся непрерывность. Основу познания составляет чистое восприятие, но в реальном познавательном процессе оно всегда взаимодействует с памятью, и этот процесс образует различные уровни, «планы» сознания.

    Теория памяти имеет большое значение в творчестве Бергсона. Он говорил, что понятием «память» обычно объединяют две радикально отличные вещи, и подробно рассматривал это различие. Причину этого он видит в двух различных формах переживания прошлого.

    Во-первых, оно существует в виде двигательных механизмов. Объяснял это Анри Бергсон следующим образом. Например, о человеке говорят, что он помнит стихотворение, если может повторить его наизусть, т.е. если он приобрел некоторую привычку или механизм, позволяющие ему повторить ранее проделанное действие. Но он мог бы, по крайней мере теоретически, быть способным повторить стихотворение, и не помня тех предыдущих случаев, когда он его читал. Таким образом, этот вид памяти не включает осознания прошедших событий.

    Второй вид, который, по мнению Бергсона, только один и заслуживает названия «памяти», представлен воспоминаниями тех отдельных случаев, когда человек читал стихотворение. Каждый такой случай не похож на другие случаи и связан с определенной датой. Это не вопрос привычки, ведь каждое событие происходило только однажды и произвело впечатление сразу. Предполагается, что каким-то образом все, что когда-нибудь с нами случалось, помнится, но, как правило, доходит до сознания только то, что полезно Кажущиеся провалы в памяти, как доказывает Бергсон, являются в действительности провалами не психической памяти, а моторного механизма, вводящего память в действие Эта теория была подтверждена физиологами, а также клиническими случаями потери памяти, из которых, как утверждает Бергсон, следует, что истинная память не является функцией мозга

    В 1888 г. Бергсон переехал в Париж, где стал преподавать вначале в лицеях Людовика Великого и Генриха IV, затем в Коллеж Роллен (1889—1900) и Высшей нормальной школе.

    В 1900 г. Бергсон был избран профессором Коллеж де Франс Его лекции вызывали огромный интерес у образованной публики, на них же основывается и его главный труд — «Творческая эволюция», изданный в 1907 г. «Творческая эволюция» принесла Бергсону славу не только ученого, но и писателя, и в 1927-м он получил Нобелевскую премию по литературе.

    В этой работе Бергсон показал картину эволюционного процесса, метафорически названного «жизненным порывом». Развертывание этого процесса приводит к возникновению и развитию жизни на Земле; главные линии эволюции — инстинкт и интеллект. Бергсон утверждает, что сознание и жизнь принципиально недоступны позитивной науке, которая ограничена сферой «неорганизованной материи» и может постигать лишь отношения между вещами. Следует же опираться на непосредственное видение вещей, на интуицию, и в конечном итоге совокупность интуиции должна дать целостное представление о реальности.

    Бергсон понимал эволюцию как творческий процесс. Побуждение к действию, неопределенное желание существует заранее, но пока желание не удовлетворено, невозможно знать природу того, что удовлетворит это желание. Так, Бергсон приводил пример того, как происходит процесс творческой эволюции. Мы, писал он, можем предполагать наличие у лишенных зрения животных некоторого смутного желания, чтобы быть осведомленными об объектах до соприкосновения с этими объектами. Отсюда усилия, которые в конце концов привели к созданию глаз. Зрение удовлетворило это желание, но заранее зрение нельзя было представить. На этом основании эволюцию нельзя предсказать, и детерминизм не может служить средством опровержения защитников свободы воли.

    Рассматривая главные линии эволюции, Бергсон сравнивал их, причем это сравнение было явно в пользу инстинкта. Интеллект, по его мнению, — это несчастье человека. Различие между интеллектом и инстинктом является основным в психологии Бергсона. Инстинкт в своем лучшем проявлении называется интуицией. Интеллект, разделяющий вещи, согласно Бергсону, — это род сна: он не активен, как должна быть вся наша жизнь, но чисто созерцателен. Когда мы спим, говорил Бергсон, наше «Я» рассеяно, наше прошлое разбито на куски; вещи, которые в действительности взаимопроникают друг в друга, кажутся отдельными твердыми телами.

    Интеллект в творчестве Бергсона связан с пространством, а инстинкт или интуиция связаны с временем Одной из наиболее примечательных черт его психологии является то, что в отличие от большинства мыслителей он рассматривает время и пространство как принципиально различные субстанции. Пространство — это характеристика материи, оно в действительности иллюзорно, полез-

    но в некоторой степени на практике, но вводит в заблуждение в теории. Время, наоборот, есть существенная характеристика жизни или разума. Но время, о котором говорится, — это не математическое время, не однородное собрание взаимно внешних моментов. Математическое время, согласно Бергсону, есть на самом деле форма пространства; время, являющееся сущностью жизни, он называет длительностью. Понятие длительности — одно из основных в его учении.

    В дальнейшем Бергсон развивал свои идеи, выпустил большое количество статей и книгу, посвященную теории относительности Альберта Эйнштейна. Он также читал курсы лекций в США, Англии, Испании. В 1914 г. был избран президентом Академии моральных и политических наук и членом Французской академии наук. В период Первой мировой войны Бергсон проявил себя на дипломатическом поприще в Испании и США.

    В 1922 г. Анри Бергсон стал первым президентом Международной комиссии по интеллектуальному сотрудничеству. В конце 1920-х гг. из-за болезни он постепенно отошел от практической деятельности и целиком посвятил себя научному творчеству.

    В этот период своей жизни Бергсон разрабатывал этико-религи-озную концепцию, изложенную им в «Двух источниках морали и религии» в 1932 г. В этой работе он противопоставлял два типа обществ: закрытое, стремящееся к самосохранению и опирающееся на принципы авторитаризма и насилия, и открытое, воплощенное в великих личностях — моральных героях, христианских мистиках и т.п. С этими обществами Бергсон связывал два типа морали и религии — статический и динамический. Возможность дальнейшего прогресса человеческого общества Бергсон видел лишь в открытом обществе, в динамической морали, выделяя в качестве главных принципов любовь к человечеству, «дух простоты», отказ от искусственных потребностей, вызванных преимущественным развитием тела человечества в ущерб его духовной культуре.

    Анри Бергсон умер 4 января 1941 г. Его воззрения можно определить как генеральное возражение против материалистически-механистического и позитивистского направления науки. Наиболее важно его учение об интенсивности ощущений, о времени, о свободе воли, о памяти в ее соотношении со временем, о творческой эволюции и роли интуиции в постижении сущего. Его стремление построить картину мира, которая по-новому объясняла бы эволюцию природы и развитие человека в их единстве, сыграло значительную роль в развитии европейской общественной мысли.

    БЕРН ЭРИК.

    Эрик Берн (настоящее имя Леонард Бернстайн) родился 10 мая 1910 г. в канадском городе Монреаль в семье практикующего врача. Его отец умер от туберкулеза в возрасте 38 лет, и сын решил, подобно отцу, связать свою жизнь с медициной: в 1935 г. он получает степень доктора медицины в Медицинской школе университета Макгилл.

    Закончив интернатуру уже в США, Леонард Бернстайн в течение двух лет работал в больнице Инглвуд в Нью-Джерси. Затем он принимает американское гражданство и меняет имя на то, под которым он и вошел в историю психологии, — Эрик Берн. В 1940 г. он открывает частную практику, ас 1941 г. обучается психоанализу в Нью-Йоркском психоаналитическом институте. Некоторое время (1943—1946) он состоит армейским психиатром. После этого он в течение двух лет обучается психоанализу у Эрика Эриксона. Отойдя от традиционного психоанализа, он разрабатывает свой метод психотерапии, названный «трансакционный анализ».

    Одним из наиболее известных трудов Эрика Берна является «Трансакционный анализ в психотерапии», работа, поистине заслуживающая звания основы и костяка его теории. В этой книге Берн изложил свое видение человеческих взаимоотношений и психической патологии, развивающейся на основе их проблематичности. Теория трансакции была предназначена автором в качестве метода анализа психопатологии и лечения больных различными психическими заболеваниями в основном пограничного статуса.

    В основе учения Эрика Берна о трансакции лежит на первый взгляд очень простая и известная каждому человеку идея, состоящая в следующем: любой из нас ежедневно, практически ежеминутно находится в состоянии игры. Игры сопровождают нашу жизнь постоянно, не давая возможности освободиться. Более того, ни один человек и не желает освобождаться от них, бессознательно или даже сознательно генерируя все новые и новые игровые ситуации. На любое событие в своей жизни мы реагируем той или иной игрой, общение с окружающими нас людьми также происходит в виде игр. Даже стоя перед зеркалом или ведя с самими собой внутреннюю беззвучную беседу, мы играем, распределяем роли, придерживаемся того или иного сценария.

    Что же в сущности своей представляет игра? Это некое взаимодействие, акт общения, единица соотношения одного человека с другим. Иными словами, игра представляет собой трансакцию. Действительно, способность к общению с себе подобными представляет собой едва ли не то преимущественно человеческое свойство, которым мы отличаемся от животных (нельзя сказать, что животные не общаются между собой, но способность к вербализации отношения к другому присуща исключительно человеку). Берн отмечает, что наблюдения за маленькими детьми показали следующую закономерность в их поведении: лишенные возможности коммуникации дети значительно чаще страдали психическими заболеваниями, отличались общей нервозностью и в последующей жизни имели проблемы в общении. Часто такие дети заболевали и даже умирали. Отмечались случаи, когда внешне благополучный ребенок, тихий и спокойный, не вызывал родительской заинтересованности и, следовательно, лишенный достаточного количества заботы, оказывался в сенсорной изоляции и погибал от той или иной болезни. Родители пытались лечить ребенка от болезни, совершенно не догадываясь о том, что действительной причиной заболевания является трансакционная недостаточность.

    Подобные же явления наблюдаются и у взрослых людей, лишенных достаточной степени внимания и общения. По причине указанной недостаточности становятся возможными различные психические расстройства и отклонения. Наиболее характерным примером здесь может служить судьба преступников, заключенных в одиночные камеры. При этом важно отметить, что недостаточность общения у взрослых, точно так же как и у детей, может вызывать не только сугубо психические, но также и соматические изменения, т.е. различные заболевания, иногда со смертельным исходом. Берн пишет о том, что сенсорное голодание представляет собой явление, во многом схожее с обычным голодом: «Такие термины, как «недоедание», «насыщение», «гурман», «разборчивый в еде», «аскет», «кулинарное искусство» и «хороший повар», легко можно перенести из сферы насыщения в сферу ощущения», совершенно справедливо отмечает он в своей книге «Игры, в которые играют люди».

    С этой же аналогией связана также и проблема выбора игры. Понятно, что каждый человек выбирает из множества игр ту, которая чем-то ближе ему, которая предоставляет ему некие возможности, дает преимущества, позволяет добиться желаемого, получить определенный приз. Как пишет Берн, выбор игры в конечном счете определяется личным вкусом каждого человека. Совокупность всех игр представляет собой своего рода припасы, из которых изготавливаются блюда и составляется меню человеческого общения.

    Для того чтобы разобраться в том, каковы механизмы трансакции, Берн предпринял подробный анализ всех форм человеческого общения, начиная от невербального их уровня и заканчивая уже упоминавшимися выше играми во всем их многообразии. После того как анализ был проведен, психолог систематизировал свои выводы в книге «Игры, в которые играют люди», ставшей всемирным бестселлером. В этом труде, помимо теоретических выкладок, Берн поместил подробный разбор основных видов игр, распределив их по определенным категориям (игры на всю жизнь, супружеские игры, игры на вечеринках, сексуальные игры, игры преступного мира, игры в кабинете психотерапевта, хорошие игры), охватив тем самым практически все возможные ситуации, в которых может пребывать каждый из людей.

    Каждая игра анализировалась соответственно нескольким пунктам: название (характеризует сущность данного вида игры), тезис (сущность игры), цель (чего желает добиться человек, выбирающий в качестве основы поведения данный вид игры), роли (чью роль берет на себя каждый из участников игры, сколько всего участников), динамика (как развивается игра), примеры, парадигма (описание важнейших трансакций на социальном и психологическом уровнях), ходы (все возможные для данной игры действия), вознаграждения (все виды удовольствия, покоя, стимуляции и компенсации, получаемые в ходе данной игры), родственные игры.

    Из чего же возникает потребность человека в игре? Как считает Берн, первоначальный младенческий сенсорный голод с возрастом трансформируется в «потребность в узнавании», т.е. стремление человека быть узнанным, обнаруженным среди множества других людей со всеми своими единственными в своем роде особенностями. Потребность в узнавании может проявляться с большей или меньшей силой, и в зависимости от этого человек будет более или менее настойчиво стремиться к тому, чтобы стать известным, обращать на себя внимание.

    В предельном состоянии потребность в узнавании, выплескиваемая людьми во время общения друг с другом, превращается в ритуальное действо, повторяемое каждый раз при каждой новой встрече. Ритуалы, которые берут на себя нагрузку должных взаимоотношений, становятся соблюдением хорошего тона, т.е. манерами и этикетом, ритуалы же, не преследующие своей целью поддержание принятого и допустимого между двумя людьми, маргинализи-руются, превращаясь в девиантные игры (например, преступные, некоторые супружеские и сексуальные игры).

    При этом необходимо отметить, что по мере узнавания людьми друг друга количество ритуалов первого вида уменьшается, второго вида — увеличивается Сближение начинает сопровождаться выработкой каждым участником трансакции индивидуальной программы поведения, в которой каждый закрепляется в желанных ролях. Эти выбранные каждым программы и есть собственно игры. Следует заметить, что только игры как следствие близкого общения и узнавания могут удовлетворить отмечавшийся выше сенсорный голод, т.к. ритуализированное общение «на расстоянии» не дает человеку возможности быть понятым во всей разносторонности и неповторимости.

    Как считает Берн, каждый из людей имеет свой собственный набор схем поведения, которые он вырабатывает, начиная с раннего детства, и которые применяет, разыгрывает в течение всей жизни. В этот набор могут входить совершенно не связанные между собой и даже на первый взгляд противоположные роли и игры, однако, как показывает анализ, на самом деле они прекрасно дополняют одна другую и служат для задействования в различных жизненных ситуациях и состояниях. Всего основных состояний насчитывается три: состояния «Я», представляющие собой преобразованные и систематизированные образы отца и матери; состояния «Я», стремящегося к объективности, и состояния «Я», представляющие собой задействование архетипов поведения, накопленных в раннем детстве. Кратко Берн называет эти три состояния «Родитель», «Взрослый» и «Ребенок». Таким образом, в каждом из нас одновременно находятся как бы три человека, мы как тот, кто стремится быть похожим на родителей; мы как взрослый самостоятельный человек и мы как ребенок. Патологизация хотя бы одного из них ведет к психическим отклонениям и заболеваниям.

    Три указанных состояния могут быть по отдельности или одновременно задействованы в игре. Игра всегда имеет определенную цель, к которой стремятся играющие. Помимо этого, каждый игрок имеет свой мотив, который он скрывает. Желанность игры определяется тем, что по ее окончании каждого ждет выигрыш. Возможность выигрыша обусловливается намеренным пересечением играющими трансакционных векторов. Например, один из игроков, начав как ребенок, может продолжить игру как взрослый, совершенно изменив тем самым ее ход и итог. Пересечения могут быть самыми разнообразными, что определяет сложность игры и ее анализа, проводимого психологом.

    Конечно же игра, в которой каждый стремится к выгоде и получению приза, не может проходить честно. Она обязательно содержит подвох, который может приводить поистине к драматическим концовкам. Часто игры могут быть вовсе безрадостными, даже трагическими. Так, одной из самых мрачных и ужасных игр Берн называет войну. Психолог считает, что наиболее подвержены играм люди с неуравновешенной психикой и повышенным уровнем тревожности. Он выделяет два основных типа людей, постоянно играющих в игры: это брюзга и ничтожество. Первого заставляет постоянно играть злоба на мать, которая не уделяла ему в детстве достаточного внимания. Ничтожество же — это человек, полностью подчиненный родителями их воле, уже с раннего возраста подавляемый и оттесняемый. Эти люди, несмотря на ожидание внимания со стороны окружающих, сами совершенно не способны на душевное тепло и настоящую близость, и по этой причине их игра никогда не может быть прекращена.

    В заключение Берн говорит о том, что проявление внимания по отношению друг к другу часто становится для нас настоящей обузой, т.к., занятые исключительно эгоистическими интересами, мы забываем о ближних, о родных. И большинству людей лучше оставаться игроками, поскольку, попытавшись избавиться от пристрастия к игре, они могут ранить других своей бессердечностью.

    В 1970 г. Эрик Берн перенес два сердечных приступа, последний из которых, произошедший 15 июля, повлек за собой смерть ученого.

    БИНЕ АЛЬФРЕД.

    Альфред Бине родился 11 июля 1857 г. в Ницце. О его детских годах известно немного. Но уже во время обучения в высшей юридической школе Бине заинтересовался психологией.

    В 1886 г., учась в юридической школе, он написал книгу «Психология умозаключения», в которой определил свою теорию трех образов. По этой теории все мыслительные процессы и восприятия по своему психологическому механизму рассматриваются как ассоциации между двумя образами. Так, например, первый образ — зрительное ощущение — по ассоциации сходства вызывает зрительное представление (второй образ), а это вызывает комплекс тактильных и мышечных представлений. Таким образом, по этой теории умозаключение и восприятие сближаются, т.к. в каждом восприятии имеются элементы суждения, утверждения относительного объекта, всегда есть переход от неизвестного к известному, оба эти процесса представляют собой слияние трех образов.

    Бине определял различие между восприятием и умозаключением в объектах этих процессов: для умозаключения — это общие идеи, а для восприятия — факты и конкретные предметы В своей теории он показал не просто взаимодействие образов, а определил три состояния сознания, связанные с этими тремя образами, и процессы перехода между ними.

    В 1891 г. Альфред Бине начинает работать в психологической лаборатории Сорбонны. Работа, которая последовала за этим, называлась «Экспериментальное изучение интеллекта». Основу этой книги составили наблюдения и эксперименты над дочерьми Бине — тринадцатилетней Маргаритой и две-надцатилетней Армандой, а также над учащимися начальных школ. По мнению Бине, для получения достоверных результатов при психологических экс-периментах необходимо хорошо знать испытуемых, их психическое состояние, а для решения одной проблемы нужно обязательно применять несколько методик. Так, в своей работе с детьми Бине применял около 20 различных методик' придумывание 20 слов, придумывание и за-канчивание предложений, сочинение на заданную тему, описание предметов, происшествий, вычеркивание букв в тексте, запоминание чисел и т.д.

    На основании проведенных экспериментов Бине определил два основных психологических типа, отчетливо проявляющихся у детей: наблюдательный (объективный) и фантазирующий (субъективный). Ученый считал, что эти типы не являются прирожденными и неизменными, различия между ними со временем сглаживаются воспитанием.

    Кроме того, в этой работе Альфред Бине отражает и свои теоретические разработки по психологии мышления. Он различает в мышлении три компонента' образ, собственно мыслительную деятельность и слово. Здесь Бине развивает свою теорию трех образов, определив наличие специфического компонента мысли, названного им процессом идеализации.

    В 1898 г вышла в свет книга А. Бине «Умственное утомление», посвященная влиянию умственного труда на физическое утомление и психические процессы. В ней было проанализировано большое количество экспериментального материала по умственному утомлению, в том числе опыты других ученых, а также опыты самого Бине, посвященные влиянию умственной работы учащихся на их аппетит, а также о влиянии экзаменов на физическое состояние учащихся. Кроме того, в этой книге А. Бине сделал некоторые указания по методике изучения умственного утомления. По его мнению, утомление следует отличать от переутомления, последнее характеризуется тем, что человеку для полного восстановления сил недостаточно обычного отдыха или сна, а требуются перемены в образе жизни или лекарства. Бине считал проблему переутомления очень важной для педагогической психологии.

    Занимаясь проблемами психологии индивидуальных различий и детской психологии, Бине пришел к решению заняться проблемами измерения умственного развития у детей. В 1905 г. он основал свободное общество для изучения ребенка, стремился привлечь в него как научную общественность, так и широкую публику. В том же 1905 г. в «Психологическом ежегоднике» появилась его статья «По поводу измерения интеллекта», в которой Бине подверг критике методы измерения умственного развития с помощью испытаний чувствительности, краниометрии (измерения параметров — размеров и формы — черепа) и оценок, даваемых учителями. Вместо этого ученый предлагал использовать метод, основанный на образовательном уровне, достигнутом ребенком.

    Необходимость отделения детей с отстающим развитием во вспомогательные школы, возникшая перед французским правительством, повлияла на создание А. Бине и Т. Симоном в 1907 г. книги «Ненормальные дети». Основными чертами умственно отсталого ребенка они считали замедленность в развитии, неравномерность роста и, иногда, дезорганизацию умственных способностей

    Кроме того, А Бине и Т. Симон выделяли несколько критериев оценки детей и основанных на этом категорий. Так, в качестве критериев, по их мнению, можно рассматривать способности к пониманию, суждению, принятию решений, а также внешнюю форму выражения этих способностей — речь. Идиотом они называли ребенка, который не способен общаться с другими посредством речи, причем если эта неспособность не объясняется расстройством слуха или голосового аппарата. Имбециликом, по их мнению, можно назвать того, кто не способен письменно выражать свои мысли, а также читать и воспринимать написанное, опять же, если это не объясняется никакими расстройствами зрения или двигательного аппарата.

    Последняя категория ненормальных детей — дебил, которым можно назвать того, кто может посредством письма или речи сообщаться с другими, но на несколько лет запаздывает в ходе занятий, если, конечно, это запоздание не вызвано только неравномерным посещением школы. При соотнесении этих категорий с возрастными уровнями развития нормального ребенка Бине и Симон определили, что умственное развитие идиота соответствует уровню ребенка младше двух лет, имбецилика — ребенку двух-трех лет. Для дебила этот уровень не устанавливался, поскольку ему свойственно лишь отставание от сверстников.

    В 1908 г в «Психологическом ежегоднике» появилась шкала умственного развития, предназначенная для детей от 3 до 12 лет, разработанная Альфредом Бине опять же в сотрудничестве с Теодором Симоном При создании этой шкалы Бине применил большое количество разнообразных методик и все задания, используемые при определении уровня развития детей, разделил на три группы, задачи, которые решаются на основе жизненного опыта, собственно психологические задачи и задания, которые решаются с помощью знаний, приобретенных в школе. Таким образом, предложенная шкала оценивает умственное развитие ребенка в комплексе, не останавливаясь только на его школьных успехах или некоторых чертах характера.

    Книга «Современные идеи о детях», изданная в 1909 г., стала итогом большинства исследований Альфреда Бине. По мнению автора, эта книга должна была иметь практический характер, она предназначалась для учителей, работающих с детьми различного возраста, и в ней предлагались решения разнообразных проблем, связанных с детьми.

    В этой книге А. Бине предложил испытания чтения, счета и орфографии, предназначенные для проверки школьной успеваемости, а также определил целый ряд причин, способных повлиять на неуспеваемость школьника. Среди них он назвал физическое развитие и состояние здоровья, дефекты слуха и зрения, слабость памяти, недостатки умственного развития, перемена школы, неблагоприятные семейные условия и.т.д.

    Уделяя большое внимание физическому развитию, Бине предложил методы его измерения, а также указал на необходимость повышения уровня жизни учащихся. Также он предложил испытания слуха и зрения, совершенно необходимые, по его мнению, школьным учителям, поскольку дети часто скрывают подобные недостатки из-за робости или по незнанию. Кроме этого, Бине подробно остановился на необходимости активного взаимодействия ученика и учителя, развития памяти. Важное значение для педагогической психологии имеет предложенная ученым классификация средств воспитания. Он выделяет следующие типы:

    1) методы «воздержания» — когда на ребенка оказывают влияние естественные последствия его поступка;

    2) репрессивные методы — наказания и выговоры;

    3)  «возбуждающие» методы — отвлечение ребенка от дурного, разумные поощрения.

    1910 и 1911 гг. были для А. Бине периодом увлечения патопсихологией. Статьи, опубликованные в то время, были посвящены более подробному изучению душевных болезней. По его мнению, все душевные болезни характеризуются недостаточностью, деформацией или отклонением психических функций и болезненным отношением самого индивида к этим отклонениям, причем ученый особо подчеркивал важность второй характеристики. При изучении и классификации душевных заболеваний Бине ставил себе задачу установить для каждой болезни характеризующее ее психическое состояние. Так, истерии соответствует состояние разобщенности различных видов деятельности, маниакально-депрессивному психозу — состояние доминирования некоторых функ-ций и видов деятельности, умственной отсталости — задержка развития.

    Альфред Бине умер 18 октября 1911 г. в Париже в самом расцвете творческих сил. Несмотря на недолгую жизнь, А. Бине внес значительный вклад в развитие психологической науки. Основное внимание он уделял детской психологии, создав методику определения умственного развития ребенка. Помимо этого, Бине занимался также проблемами патопсихологии, психологии искусства, написал несколько работ по проблеме внушаемости, по психологии шахматистов и феноменальных счетчиков Его разработки оказали влияние на многих психологов, в том числе и на Айзенка, создателя теста проверки уровня интеллекта.

    БИНСВАНГЕР ЛЮДВИГ.

    Людвиг Бинсвангер родился в германском городе Кройцлинге-не 13 апреля 1881 г В молодости он обучался медицине и философии Он стал учеником Карла Густава Юнга, затем обучался у Ой-гена Блойлера в Цюрихе Приблизительно в это время он и стал приверженцем психоанализа, а в 1907 г — членом образовавшейся в Цюрихе психоаналитической группы, через три года — президентом Швейцарского психоаналитического общества.

    Многолетняя дружба связывала Бинсвангера с основателем психоанализа Зигмундом Фрейдом, на их теплых отношениях не сказался даже последующий отход Людвига от психоанализа к психопатологической феноменологии В 1929 г Фрейд написал Бинсван-геру «В отличие от большинства других, несмотря на Ваше интеллектуальное расхождение со мною, Вы не стали разрушать наши личные отношения Вы даже не догадываетесь, насколько приятно общаться со столь тонко чувствующей душой».

    Занимающийся психопатологической феноменологией должен, по мнению Бинсвангера, не просто заниматься рутинной работой психоаналитика, представляя себе, что подразумевается под словами, для того чтобы отнести данное анормальное душевное явление к тому или иному виду и роду психических заболеваний Сам метод работы Бинсвангера коренным образом отличался от метода работы дескриптивного психопатолога, подразделяющего все анормальные душевные явления по классам, родам, видам, которые, в свою очередь, связываются друг с другом посредством сложной иерархической системы признаков Эта система, противостоящая, по сути своей, царству здорового, и является объектом исследования психоаналитика, изучающего условия ее возникновения в целом или отдельных ее групп, все время размышляя, обобщая и вынося суждения.

    Согласно же методу Бинсвангера, необходимо обратиться от буквального значения слов к тому, что ими подразумевается, к их глубинному смыслу Феноменолог также нуждается в дескриптивно описанных признаках или чертах, но они необходимы ему не для использования их в качестве элементов понятий, а для того чтобы, используя их, вновь обращаться к самой вещи, переживанию Но в данном случае пригодны лишь те признаки, что относятся непосредственно к этому предмету, не отсылая нас к бытию другого рода Таким образом, мы подходим к анализу феноменов, которые показывают лишь такие определенности, что относятся непосредственно к самим феноменам.

    Существенным же при феноменологическом наблюдении подобного рода является то, что аналитик усматривает не какой-либо изолированный феномен, а всегда выражающий или проявляющий конкретную личность В особенностях феномена дает о себе знать поврежденная личность, и, в свою очередь, исследователь видит сквозь призму феномена внутреннее содержание личности.

    Размышляя о различии методов научного и феноменологического познания, Бинсвангер обращает внимание на то, что способом «чистого дескриптивного познания» является не деятельность с предметами внешнего мира, безосновное произвольное конструирование, но обращение к самим сущностям, формам чистого сознания, и выработка наилучшей методологии этого обращения.

    Бинсвангер стал главным врачом санатория в Кройцлингене, где и начал разработку нового подхода, основывающегося на экзистенциальной философии Людвиг пытался применить экзистенциальную философию Хайдеггера к психологии, психотерапии и психоанализу В создаваемом таким образом анализе существования научное понимание человека базируется на интегральной структуре его бытия, лежащей в основе всех психических сознательных и бессознательных процессов По мнению Бинсвангера, аналитик должен понять эти экзистенциальные структуры и их соотнесенность с жизнью пациента Тогда становится понятной и история жизни данного человека и его функция, не понимающий функции своей жизни «спит», и только активность может помочь в «осуществлении» жизненной функции Аналитик должен создавать партнерские отношения с пациентом и пытаться помочь понять то, как жизненные события вызывают неудачи в реализации жизненной функции пациента Принципу Хайдеггера «быть в миру» Бинсвангер противопоставляет принцип любви как «умения выйти за ограничения мира».

    Мартином Хайдеггером, заочным учителем Бинсвангера, в его главном произведении были изложены два фундаментальных принципа- во-первых, то, что бытие человека как Dasein есть бытие-в-мире; а во-вторых, то, что становление человека как личности есть трансценденция, преодоление мира. Эти два принципа и стали краеугольным камнем, на котором Бинсвангер и задумал возвести здание онтологической антропологии Однако при этом Людвиг дал своеобразную трактовку собственного призвания Dasein как любви, а трансцеденция интерпретировалась им как чрезвычайность любви. Вопреки мнению Хайдеггера, Бинс-вангер смело пытался доказать, что не только «страх» и «трепет» являются единственными экзистенциальными возможностями, причастие к которым только и преосуществляет несобственное бытие в бытие собственное.

    Всякое феноменологическое рассмотрение психопатологических явлений, по мнению самого Бинсвангера, не занимаясь разделением психопатологических функций по видам и родам, в первую очередь направлено на существо личности больного, которое и представляется нам в его мировоззрении. Мы можем вполне наглядно представить себе отдельные феномены, в самом начале — чувственно-конкретно, а затем все более абстрактно Но переживающая личность в каждый момент сопричастна как самому этому вполне конкретному феномену, так и абстрактному содержанию его сущности. Между феноменом и личностью можно увидеть точно фиксируемые сущностные взаимосвязи Феноменолог старается вникнуть в значения, которые он черпает из речевой деятельности больного, пытается сжиться со смыслами, «заглянув» сквозь дискурс на представленный им феномен И, таким образом, исследователь может узреть за каждым отдельным переживанием тот личностный фон, на котором разворачивается сокровенное внутреннее, личностное содержание.

    Основная заслуга Людвига Бинсвангера перед психологией заключается в том, что он первым положил в основание терапии душевных болезней рассмотрение присущего больному способа быть человеком Такая, казалось бы, сугубо философская задача, как мышление о бытии, становится одним из основных компонентов исцеления от душевных болезней В ходе постепенного развития своей теории великий психолог пришел к выводу о необходимости перехода от анализа «Я» как изучения замкнутого в себе психического, как предмета психологии, к «Мы» как анализу собственно человеческого способа бытия в мире, того собственно личностного, в чем сокрыта возможность существования человеческого «Я» Таким образом, традиционный интерес методологического определения предмета психологии сменился направленностью на проникновение в существо изначального переживания и того, на чем основывается само это переживание, — первоначальной интуиции Dasein, или бытие-в-мире и его основные формы.

    В марте 1919 г. Бинсвангер был выбран в правление нового Швейцарского психоаналитического общества. Когда он, спустя несколько лет, стал президентом Швейцарского общества психиатров, то добился избрания на свое место вышеупомянутого Зигмунда Фрейда Дружба этих двух великих психоаналитиков не прерывалась до самой смерти. В своем письме Бинсвангеру от 8 октября 1936 г Фрейд так писал о взглядах коллеги «Естественно, что я не разделяю ваших взглядов Я всегда находился в партере и подземных переходах. Вы же утверждаете, что достаточно сменить угол зрения, и можно увидеть верхние этажи В этом вы отличаетесь консерватизмом, я же имею дух мыслителя-бойца. Но, по-видимому, здесь мы плохо понимаем друг друга Наш спор может разрешиться только столетия спустя».

    Скончался Бинсвангер 5 февраля 1966 г. в своем родном городе Кройцлингене.

    По мнению современных исследователей, неприятие психоанализа учеными феноменологической школы было связано не с содержательной стороной психоанализа, а с механистическим детерминизмом, ассоционизмом и гипостазированием своих гипотез. Большая часть фактов и наблюдений, собранных Фрейдом, не просто беспредпосылочны, что является основным методологическим принципом феноменологов, а тенденциозны и имплицитно содержат положения доказываемой теории. Этот психологизм приводит порой к релятивизму и спекулятивным построениям, не имеющим никакого отношения к реальности Критика психоанализа была для феноменологии разрушением господствовавшей в то время естественно-научной парадигмы, и в этом разрушении феноменологии принадлежала главенствующая роль.

    БРЕЙЕР ЙОЗЕФ.

    Йозеф Брейер родился 15 января 1842 г. в Вене. Его отец, Леопольд Брейер, был преподавателем в синагоге. Мать умерла, когда Йозеф был еще маленьким, его воспитанием занималась бабушка. Было решено не отдавать Йозефа в начальную школу, вместо этого отец сам занимался его обучением.

    В 1850 г. в возрасте 8 лет Йозеф поступил в Венскую академическую гимназию, которую окончил с отличием в 1858 г. Решив заняться медициной, через год Брейер поступил на медицинский факультет Венского университета. Среди преподавателей, читавших в то время лекции в Венском университете, были физиолог Эрнст Брюкке и терапевт Йоханн Оппольцер. Последний особенно повлиял на обучение Йозефа, сразу отметив его среди других учеников, он привлек его к своим исследованиям. Брейер закончил университет в 1864 г. и получил степень доктора медицины.

    В 1866—1868 гг. Брейер прошел докторантуру по хирургии и по окончании этого срока стал терапевтом, ассистентом Оппольцера.

    Он продолжал работать на этом месте вплоть до 1871 г. После смерти своего учителя Брейер оставил работу в больнице и с 1874 г. занялся частной практикой.

    В 1868 г. в жизни Й. Брейера произошло знаменательное событие: он женился, впоследствии у них с женой родилось пятеро детей. Его семейная жизнь складывалась удачно, и сам Брейер был очень доволен своей семьей. К этому же времени относится и открытие им рефлекса Херинга—Брейера. Эсвальд Херинг, профессор, под руководством которого работал Брейер, и сам Йозеф после длительных исследований выяснили механизм контроля дыхания посредством вагуса, десятого черепно-мозгового нерва. Несколько позже он занялся исследованиями функций полукружных каналов внутреннего уха. Безусловно, все это характеризует Брейера скорее как медика, чем как психолога, однако впоследствии он серьезно увлекся психиатрией.

    С 1875 по 1885 г. он был доцентом университета, но со временем отказался от доцентуры, а также от предложенного ему места экстраординарного профессора, мотивировав это тем, что место для него слишком почетно. Знакомство Брейера с Зигмундом Фрейдом стало важным событием в жизни обоих ученых. Они впервые встретились в физиологической лаборатории профессора Брюкке, где в то время работал Фрейд, и быстро стали большими друзьями.

    С 1880 по 1882 г. Брейер занимался лечением пациентки, описание которого вошло в историю психоанализа как «Случай Анны О». За этим псевдонимом скрыта Берта Паппенхайм, потерявшая отца, что вызвало у нее появление паралича, нарушений кожной чувствительности, речевых и зрительных расстройств. Брейер лечил ее с помощью гипноза, но меньше чем через 2 года прервал курс. Девушка стала испытывать к врачу влечение, привязалась и постоянно испытывала в нем потребность. Он был встревожен сексуальными фантазиями пациентки, кроме того, это вызывало ревность жены Брейера, Матильды. По этой причине он был вынужден прервать лечение и уехать в Венецию. Вернувшись через несколько месяцев обратно в Вену, Брейер вернулся к активной терапевтической практике.

    Занимаясь лечением Анны О., Й. Брейер разработал новый метод, получивший впоследствии название «катарсис». Суть его заключалось в том, что у истерических больных симптомы зависят от сцен из их жизни, когда-то потрясших их, но теперь забытых. При лечении нужно заставлять пациента вспомнить то, что с ним произошло, и воспроизвести это. По мнению Брейера, эти симптомы определяются неразрешенной энергией возбуждения при воспроизведении случая, давшего импульс к заболеванию, энергия связывается нормальным образом, и симптомы постепенно исчезают.

    Столкнувшись при лечении Анны О. с неразрешимыми трудностями, Брейер на несколько лет отказался от использования катар-сического метода. Этот случай оказал значительное влияние не только на Й. Брейера, но и на 3. Фрейда, подтолкнув его к открытию явления трансфера, а также послужив впоследствии причиной того, что ученые разорвали между собой все отношения.

    В 1885 г., когда 3. Фрейд возвратился из Франции, И. Брейер вместе с ним вновь вернулся к применению метода катарсиса и к его подробному изучению. Процедура лечения, проводимая ими, сводилась примерно к следующему. Брейер направлял внимание пациента на сцену, повлекшую за собой психическую травму, во время которой возник симптом, и старался обнаружить в ней психический конфликт, с тем чтобы открыть подавленный аффект. При этом было открыто явление, характерное для психических процессов при неврозах. Позже в трудах Фрейда это явление получило название «регрессия». Ассоциации пациента уводили врачей от сцены, которую нужно было разорвать, в прошлое. Постепенно проводимый анализ углублялся в юность, а затем и в детские годы пациента. Это явление повлияло на развитие в дальнейшем всего психоанализа, поскольку без регрессии невозможно было излечить пациента полностью.

    Таким образом, благодаря обширной практике Брейера, теория катарсиса была полностью разработана. Суть ее заключалась в неправильном распределении психической энергии: она оттесняется от возможности переработки, обычно происходящей в сознании, и направляется на патологический путь. Эта аффективная энергия расходуется на различные проявления истерии, а через воспоминание прошедшего случая она может перераспределиться и разрядиться. Только после этого Й. Брейер решился в статье «О психическом механизме истеричных феноменов» опубликовать результаты лечения Берты Паппенхайм, скрыв ее имя под псевдонимом.

    В 1894 г. по предложению Эрнста Маха Йозеф Брейер был принят в действительные члены Академии наук. В 1895 г. он в соавторстве с Фрейдом написал «Исследования истерии», где была предпринята попытка связать механизмы невроза с неудовлетворенными влечениями и эмоциями. Брейер описал в этой работе свою теорию «гипноидных состояний». Суть ее заключалась в объяснении раздвоения психики, происходящего у истерических больных, разобщения между различными состояниями сознания. По его мнению, в сознании невротика как бы «застревают» чуждые тела, возникающие во время гипноидного состояния. В это время между Брейером и Фрейдом возникли первые разногласия, вызванные разным пониманием психических механизмов истерии.

    Настоящий же разрыв произошел позже, когда Фрейд открыл явление переноса и его сексуальную мотивировку. Основанием для этого открытия, как уже упоминалось выше, послужил случай Анны О. Таким образом, Фрейд пришел к мысли о важном значении сексуальности в происхождении истерии. Брейер не мог присоединиться к этой теории, он счел взгляды Фрейда сильно преувеличенными, и достаточно быстро они перестали общаться.

    Брейер всегда предпочитал практическую деятельность теории и желал оставаться практикующим терапевтом. Став членом Академии наук, он не перестал заниматься лечением. Он был домашним врачом многих знаменитых жителей Вены, со многими из них у него сложились дружеские отношения, он также был знаком со многими представителями мира искусства.

    Постепенно Брейер совсем перестал использовать метод катарсиса в своей практике. Его знаменитый первый опыт лечения, оказавшийся неудачным и принесший ему немало неприятностей, в значительной степени повлиял на этот отказ. Брейер продолжил заниматься научными исследованиями, вернувшись к той же области науки, которой он занимался до открытия метода катарсиса, — изучению вестибулярного аппарата внутреннего уха.

    Йозеф Брейер умер 20 июня 1925 г. в Вене. Чаще всего его имя упоминается только в связи с изучением творчества Зигмунда Фрейда и случаем Анны О. и почти никогда — самостоятельно. Брейер действительно повлиял на создание Фрейдом своего знаменитого учения, но скорее в качестве учителя, чем в качестве наглядного примера. Метод катарсиса, созданный Брейером, послужил основой для создания психоанализа, и Фрейд сам часто приписывал открытие психоанализа именно Брейеру Конечно, ученик пошел дальше своего учителя, но можно ли из-за этого замалчивать достижения Брейера?

    БРЕНТАНО ФРАНЦ.

    Франц Брентано родился 16 января 1838 г. в немецком городе Мариенберге. После окончания университета (теологический факультет) он принял сан, став католическим священником. Однако со временем Брентано все более разочаровывался в теологии и наконец, спустя несколько лет, сделал ряд критических высказываний в адрес церкви, за что был отлучен и лишен сана. В 1872 г. Брентано стал профессором философии в университете города Вюрцбурга, а через два года был приглашен в Венский университет. Однако и на этом поприще его судьба сложилась драматически, и спустя восемь лет он был исключен из профессуры. Брентано переехал в Италию, где жил практически до смерти. Умер он в Цюрихе 17 марта 1917 г. В своем учении Франц Брентано стремился восстановить утраченную в классической философии тесную связь между философией и психологией. Он критически относился ко всей традиции классического философствования, которая не принимала во внимание огромную важность душевных процессов в познании человеком реальности и самого себя. Брентано намеревался совершить синтез описательной психологии и гносеологии (науки о человеческом познании). Свою теорию он называл психогнозией, или феноменогнозией.

    Главной идеей психологической теории Брентано была возможность трактовки психологических явлений как интенциональных, то есть таких, которые в своей основе имеют направленность на предмет. Интенция и есть направленность на что-то, что человек хотел бы познать или понять. Таким образом, все психологические явления, по Брентано, имеют в своей основе направленность на какой-то объект.

    Само понятие интенциональности Брентано заимствовал от мыслителей Средневековья, которые уже в ту пору интересовались тем, как протекает познание и какие психологические факторы способствуют достижению человеком истинного знания. В частности, это были тексты Фомы Аквинского, который писал, опираясь на Аристотеля, о том, что способность представления (то, как предметы предстают перед нами в нашем мышлении) есть чистая форма без материи (то есть что эта способность уже находится в мозгу еще до того, как человек сталкивается с окружающим миром вещей). Поэтому более важным является не сам предмет, каким он существует независимо от человека, но представление этого предмета в том виде, в каком оно существует в сознании.

    Понятие интенциональности дает множество преимуществ исследователю, испытывающему затруднения, связанные с проблемой удвоения миров. Эта проблема, издавна беспокоившая ученых, заключается в следующем: каждому человеку известно из жизненного повседневного опыта о том, что внешний мир существует. Также нам известно, что в наших мыслях этот внешний мир как-то отражается, позволяя нам оперировать образами предметов даже тогда, когда мы не видим и не воспринимаем их.

    Таким образом, получается, что на самом деле существует два независимых мира, что логически неправомерно. К тому же невозможно определить, какой из этих миров является истинным, так как, возможно, то, что мы представляем, не схоже с существующим вокруг нас, ведь наши органы чувств так несовершенны и не могут дать правильного отображения предметов. Следовательно, перед нами сложная проблема, и решение ее было затруднительным до тех пор, пока Брентано не придумал свою психогнозию. С введением им термина «интенциональность» проблема удвоения миров была решена.

    Брентано определил интенциональность как стремление к предмету, внутренне присущую специфическую направленность сознания на предмет. Таким образом, главная характеристика интенцио-нального сознания — направленность на объект. Брентано называет ее по-разному: внутреннее существование, внутренне присущая предметность. Главное, что здесь имеется в виду, — это осуществляющееся через интенциональные акты восприятия окружающего мира слияние предметов в том виде, как они существуют вне нас, с тем, как они существуют внутри психики. Так как каждый человек, совершая акт мышления, всегда мыслит нечто, так как мыслить ни о чем принципиально невозможно, мир мыслимых предметов становится реальным миром, и другого, помимо него, не существует.

    Человек получается как бы замкнутым в этот мир интенциональных актов и предметов, получаемых в процессе интенции. Поэтому самым главным в психологии, философии и во всех прочих науках становится психика воспринимающего внешний мир человека, так как она и ее явления — единственная реальность, доступная человеку. Мы не можем выйти вне ее, не можем знать, что там и есть ли вообще что-нибудь.

    Однако при этом нельзя сказать, что явления психики, те предметы, которые мы храним в нашем мышлении, совершенно не связаны с внешним миром. На самом деле и те и другие представляют собой некий синтез, неразрывное единство. Таким образом, любое психологическое явление характеризуется возможностью ментального существования предмета. Вещи обретают свое существование в уме человека, и их существование вне его не должно быть предметом внимания (не потому, что вовне предметы не существуют, а потому, что это их внешнее существование недоказуемо).

    Со времен античности в психологии укрепилось мнение о том, что каждому понятию, каждому образу сознания должен соответствовать некий предмет в реальности. Следовательно, действительность оказывается наполненной огромным количеством мнимых предметов, например таких, как мифологические кентавры и русалки. Но понятие интенциональности, примененное Брентано, позволяет избежать подобных недоразумений.

    Реальным Брентано объявляет только индивидуальное, конкретные проявления психического, а не якобы существующие явления, отражающие это индивидуальное. В частности, как считает мыслитель, нельзя говорить о том, что в действительности существует любовь, так как мы можем встретить только ее проявления, а именно — влюбленных людей.

    Предложенная Брентано идея интенциональности, понимаемой как необходимая и внутренне присущая человеческому сознанию направленность на предмет, внесла значительную лепту в историю психологической науки, так как позволила рассматривать человеческую психику не как нечто статичное, раз и навсегда завершенное и установившееся, но как некий непрерывный процесс, как постоянная деятельность по восприятию внешнего мира, своеобразному поглощению его и выстраиванию внутри психики в виде внутреннего мира психических явлений.

    Брентано выделяет три различных класса психических феноменов:

    1) психические акты восприятия или представления;

    2)  психические акты суждения;

    3)  акты любви и ненависти, или эмоциональные акты.

    При этом психические акты, принадлежащие к первой группе, характеризуются как очевидные. Они лежат в основе всех остальных актов, в том числе и в основе актов суждения, в ходе которых что-то признается или опровергается. Таким образом, единственным фактором, имеющим решающее значение для мышления, становится внутренний опыт каждого человека.

    БЮЛЕР КАРЛ.

    Карл Бюлер — известный немецкий психолог — родился 27 мая 1879 г. в городке Меккесхайме в Бадене, близ Гейдельберга. После окончания школы он поступил во Фрейбургский университет на медицинский факультет. В 1903 г. блестяще защитил диссертацию на тему «К учению о перенастройке органа зрения». В этой работе рассматривалась возможность экспериментального развития теории Г. Гельмгольца и затрагивались не только медицинский, но и психологический аспекты.

    Уже в студенческие годы у Бюлера появилась тяга к психологии, он живо интересовался современными течениями в этой науке, начал собирать библиотеку психологической литературы, следил за деятельностью ведущих психологов. Именно эта страсть и определила впоследствии выбор профессии. По окончании института он очень короткое время проработал в качестве врача-офтальмолога и в 1903 г. достаточно неожиданно поступил на философский факультет Страсбургского университета.

    Буквально через год — в 1904 г. — Бюлер защищает докторскую диссертацию, которая была посвящена Генри Хому, английскому мыслителю, занимавшемуся проблемами психологии эстетики. По окончании университета Бюлер был практически оформившимся психологом-теоретиком со своими собственными принципами, идеями, которые требовали практического воплощения.

    В 1906 г. Бюлер начал работать в Вюрцбургском университете на должности ассистента. Здесь он знакомится с Освальдом Кюльпе — главой Вюрцбургской психологической школы. Именно под его непосредственным руководством Бюлер вместе с другими известными немецкими психологами занимался экспериментальным изучением мышления. Первая научная работа Бюлера, опубликованная в 1907 г., называлась «Факты и проблемы психологии мыслительных процессов» и была посвящена анализу полученных экспериментальных данных.

    В указанной работе Бюлер предположил, что в структуре интеллекта можно выделить три категории элементов: собственно мысли, лишенные чувственно-образного характера, образы и интеллектуальные чувства. Именно такие мысли и составили предмет предмет психологического исследования, которое было проведено методом специально организованного самонаблюдения (метод интроспекции).

    Но довольно скоро Бюлер отходит от теоретических представлений Вюрцбургской школы, позже назвав их ложными. Но тем не менее он продолжал сотрудничество с Кюльпе, именно он пригласил Бюлера сначала в Бонн, а затем и в Мюнхен, где они вместе занимались научной работой. Перед молодым и достаточно опытным ученым открывались широкие перспективы, но начавшаяся Первая мировая война прервала карьеру Бюлера. Бюлер — по своему первому образованию врач, поэтому он был отправлен на западный фронт в качестве военного хирурга. Но годы, проведенные на войне, нельзя назвать временем, потерянным зря, ведь здесь он приобрел бесценный опыт лечения мозговых ранений и собрал материал о расстройствах речи, которые повлекли за собой такие травмы.

    В 1915г., после смерти Кюльпе, Бюлера приглашают в Мюнхен занять его место. Именно с этого момента начинается по-настоящему самостоятельная научно-исследовательская работа ученого.

    В Мюнхене Бюлер знакомится со своей будущей женой Шарлоттой Малаховски, которая намеревалась изучать здесь психологию. В апреле 1916 г. состоялась их свадьба. В лице супруги Бюлер приобрел не только преданного и любящего друга, но и соратника и помощника в работе.

    Несколько лет спустя Бюлера приглашают в Дрезденский технологический университет на должность профессора, а три года спустя — в Венский университет. Именно в Вене Бюлеру удалось полностью раскрыть все свои таланты. В Вене Бюлер основал собственную психологическую лабораторию, вскоре преобразованную в институт, который стал известен как «Школа Бюлера». Новаторский подход к обучению и опыт психолога-практика привлекли множество молодых людей, институт стал всемирно известен. В Вене Карл Бюлер работал одновременно с Зигмундом Фрейдом и пользовался не меньшим общественным признанием, чем основатель психоанализа.

    На этом этапе научные интересы ученого касались генетической психологии, результаты многочисленных исследований вылились в ряд научных публикаций, среди которых — книга «Духовное развитие ребенка», эта работа была также издана и в сокращенном варианте под названием «Очерк духовного развития ребенка», русский перевод и предисловие к книге были сделаны Л.С. Выготским в 1930 г.

    В этой работе автор выделил три структуры психики: инстинкт, научение и интеллект, проявление которого связывал с возникновением актов внезапного понимания. Но следует отметить, что данная теория Бюлера столкнулась с определенными трудностями при объяснении развития мышления в детском возрасте. Это связано с тем, что данная теория представляла собой описание интеллектуальных процессов без раскрытия механизмов их формирования.

    Идеи Бюлера подвергались критике со стороны Л. С. Выготского и Ж. Пиаже, которые выступали против его представлений о развитии речи как интуитивном открытии ребенком общих принципов языка.

    Наиболее важным и значимым трудом Бюлера считается работа «Кризис психологии», в которой он называет пути выхода современной ему психологической науки из кризиса. Он предлагает синтезировать различные психологические подходы.

    После прихода к власти фашистов расцвет Венской школы закончился. Бюлер сначала хотел эмигрировать в США, но не успел. После оккупации немецкими войсками Вены Бюлер был схвачен гестапо, но через несколько недель отпущен на свободу, правда, не без помощи влиятельных друзей. Вскоре Бюлер все же уезжает в Америку, где получает приглашение занять должность профессора в одном из католических университетов, но в самый последний момент ему отказывают, поскольку становится известно, что Бюлер, будучи католиком, венчался в протестантской церкви.

    В 1945 г. Бюлер с супругой обосновались в Лос-Анджелесе, где он преподавал психологию в нескольких учебных заведениях. Умер Карл Бюлер 24 октября 1963 г. в возрасте 84 лет.

    ВАЦЛАВИК ПАУЛЬ.

    Пауль Вацлавик родился в 1921 г. в Австрии, в зажиточной семье, среднее образование получлл в одном из частных колледжей Вены. Во время учебы он заинтересовался трудами психологов и психиатров и решил в дальнейшем заниматься именно психологией. Высшее образование Вацлавик получил в одном из университетов Европы, после чего отправился в Швейцарию, заниматься наукой.

    Так как материальное положение молодого ученого позволяло ему не заботиться о заработке, он решил целиком посвятить себя науке. П. Вацлавик занимался проблемами социальной психологии. В 1967 г. ему предложили возглавить научно-исследовательский институт в Пало-Альто в США, он согласился и покинул Европу.

    П. Вацлавик занимался психотерапевтической практикой, работая со своими пациентами, он не просто лечил, а еще и изучал их проблемы. Результаты этого многолетнего изучения составляли основу всех его книг. Благодаря работе Вацлавик смог наполнить свои труды большим количеством примеров, с тем чтобы сделать их максимально понятными для обывателя.

    В том же 1967 г. он выпустил книгу «Прагматика человеческих отношений», написанную им еще раньше, в Швейцарии. В этой работе он дает ряд рекомендаций, которые могут помочь наладить взаимоотношения с окружающими или сохранить уже существующие. В числе прочих он советует избегать предъявлений окружающим различных требований, вроде «любите меня со всеми моими недостатками». Кроме того, к ухудшению сложившихся отношений наверняка приведут споры, целью которых является не желание установить истину, а стремление победить.

    Существуют люди, которые, кажется, ставят себе в жизни основную цель не получать удовольствия совершенно ни от чего. Они находят для этого любые причины, вплоть до мировых войн или экологических кризисов. П. Вацлавик считает, что эта своеобразная «болезнь» свойственна очень большому количеству людей. Самая большая опасность заключается в том, что, отказываясь от собственного счастья, люди не позволяют достигать его и другим, находя очень веские причины для упреков.

    Особое внимание в книге Вацлавик уделял отношениям, складывающимся между двумя влюбленными, поскольку именно они чаще всего являются причинами нервных расстройств Распространенная ошибка, которую совершают влюбленные, — выяснение причины возникшего чувства, усиленное копание в истоках с целью добиться истины: за что же все-таки я любим?

    В отношениях между мужчиной и женщиной существует немало парадоксов. Один из таких П. Вацлавик привел в своей книге. Человек жаждет любви и в то же время постоянно подозревает другого в неискренности. Самое лучшее решение этой проблемы — постараться быть оптимистом. По мнению автора, пессимист во всех, даже самых искренних поступках склонен видеть скрытые корыстные помыслы, тогда как оптимист оценивает все более или менее трезво.

    В 1976 г. он был избран профессором Стэнфордского университета. В то же время вышли две его книги: «Насколько действительно настоящее» и знаменитый бестселлер «Как стать несчастным без посторонней помощи». Последняя книга представляет собой своеобразный сборник «вредных советов». На самом деле за этими шуточными советами стоят реально существующие психологические механизмы, приводящие к неврозам и стрессам. Вацлавик как опытный психолог облек теоретические выкладки в шутливую форму, чтобы читатель мог посмеяться над собственными страхами. Автор использует юмор как один из психологических механизмов. Основная мысль, которую П. Вацлавик отразил в этой работе: счастье и душевное здоровье каждого отдельного человека зависит только от него самого

    Работая с различными пациентами, П. Вацлавик установил, что зачастую прошлое является источником многих несчастий человека. Чрезмерная его идеализация приводит к тому, что человек перестает верить в успех всех настоящих начинаний и концентрирует свое внимание на том, что занимало его много лет назад. Постоянно перебирая в памяти события прошлых лет, он или сожалеет об ушедшем, или ругает себя за сделанный когда-то поступок. Автор предостерегает читателя от такого поведения, поскольку, по его мнению, углубление в прошлое вовсе не способствует успеху в настоящем. Таким образом, Вацлавик считал, что значение прошлого в психологии равносильно палке о двух концах: один может здорово ударить, зато на другой при случае можно опереться.

    Изучая проблемы сознания и поведения человека, Вацлавик обращал внимание на существование жестких шаблонов и стереотипов поведения, усвоенных в детстве. Особенности проявления этих стереотипов он видел в том, что они действуют наперекор разуму и часто становятся совершенно неуправляемыми

    Еще одним источником проблем является самовнушение, причем от этого часто страдают не только сами люди, но и те, кто их окружает. Пребывая в плохом настроении, человек обычно думает плохо обо всем, что его окружает. В результате длинной цепи размышлений у него устанавливается определенное мнение, с которым он совершенно не готов расстаться. Любые уверения его в обратном только усилят подозрения. Вацлавик в своей книге рассказал о социологе Говарде Хигмане, который вывел новый вид коммуникации — разговор о неуточненном предмете, когда один из собеседников не подозревает, о чем говорит другой. Для того чтобы избежать подобных ситуаций, автор советует настраиваться на оптимистическую волну каждый день с самого утра, и тогда все вещи будут восприниматься мягче.

    Многие люди, как писал П. Вацлавик, очень любят перестраховываться и избавляться от многочисленных несуществующих неприятностей. Иронизируя над этой привычкой, автор тем самым показывает, насколько неразумной и попросту глупой она является. Концентрируясь на неприятном предмете, люди сами портят себе настроение, кроме того, они внедряют себе в сознание мысль о неприятности и живут в постоянном ожидании. В своей книге автор показал, что неприятности произойдут скорее всего именно тогда, когда их стараются избежать. Это происходит потому, что ожидание неприятности приобретает силу предрассудка.

    «Надежный способ надолго испортить настроение — поставить перед собой совершенно недостижимую и возвышенную цель», — такой вывод сделал автор книги в результате своей психотерапевтической практики. Во-первых, постоянные мысли о том, что цель вряд ли будет достигнута, отрицательно влияют на уровень оптимизма, во-вторых, очень велика опасность разочарования в тот момент, когда цель все же будет достигнута.

    П. Вацлавик подробно занимался проблемами психологии человеческих отношений, помимо выработки многочисленных практических рекомендаций, он изучал различные проблемы, связанные с этой сферой науки. Так, он предпринял попытку представить отношения, сложившиеся между мужчиной и женщиной, в виде игры. Если эта игра «с нулевой суммой», то есть игра, где выигрыш одного означает проигрыш другого, то такие отношения обречены на провал, то есть на обоюдный проигрыш. Вацлавик пришел к мысли о том, что для существования нормальных отношений необходима «более сложная игра», где выигрыш одного означает непременный выигрыш другого. В этом случае основная задача участников отношений — найти такой вариант игры.

    Основная мысль, которую П Вацлавик проводит во всех своих произведениях, состоит в том, что не нужно помнить прошедшие беды, а также принимать горести всерьез.

    Сегодня Пауль Вацлавик — это известный австрийский ученый, психолог и психотерапевт. Богатая клиническая практика дала ему массу материала для размышлений, результатами которых стали его книги по практической психологии. Его работы представляют как научный, так и практический интерес, они переведены на многие европейские языки и пользуются популярностью у широкого круга читателей Вацлавик исследовал многие проблемы, возникающие в сфере человеческого общения, выработал остроумные и полезные практические рекомендации. Его книги являются неистощимым источником полезных советов и информации к размышлению.

    ВЕРТГЕЙМЕР МАКС.

    Макс Вертгеймер родился 15 апреля 1880 г. в Праге. Его отец был директором бизнес-колледжа, мать хорошо разбиралась в искусстве. Вертгеймер получил образование в частных школах Праги, а затем поступил в Карловский университет. После его окончания Вертгеймер уехал в Германию, где изучал философию и психологию под руководством Карла Штумпфа Особую роль для него сыграла работа в лаборатории О. Кюльпе, т.к. именно в ней было получено много наиболее интересных экспериментальных данных в области мышления человека. В 1904 г. он получил степень доктора философии. Темой его диссертации было детектирование вины преступника в ходе следствия по методу ассоциативной связи слов.

    Последующие несколько лет Вертгеймер занимался различными проблемами психологии, продолжал разработку контроля свидетельских показаний, а также изучал пациентов, страдающих афазией (нарушением речи).

    В результате этих исследований им были определены несколько методов определения подлинности свидетельских показаний

    1.  Метод ассоциаций. Его суть заключается в том, что испытуемый должен на каждое предъявляемое ему слово реагировать любым другим, приходящим ему в голову. Таким образом, используя слова, несущие определенную смысловую нагрузку, можно определять качество показаний.

    2.  Метод репродукции. При использовании этого метода испытуемому предлагается текст для запоминания, который содержит некоторые элементы, сходные с содержанием скрываемого, другие — похожие на него, а также элементы,не имеющие никакого отношения к скрываемому содержанию. По истечении некоторого времени при воспроизведении текста могут наблюдаться ошибки.

    Следующие три метода не разрабатывались Вертгеймером столь же подробно. Это метод ассоциативных вопросов, метод восприятия и метод отвлечения внимания.

    В 1910 г. его заинтересовал феномен кажущегося движения, и М. Вертгеймер провел ряд экспериментов. Предметом этих опытов служили простейшие случаи кажущегося движения, которое наблюдается при наблюдении одного предмета в разных положениях. То, что при этом в восприятии имеется, кроме предметов, еще и движение, М. Вертгеймер назвал фи-феноменом. Также он исследовал некоторые закономерности, возникающие при этом. В частности, фи-феномен наблюдается только при определенной длительности промежутка времени между показом двух предметов. Если этот промежуток меньше оптимальной величины, оба раздражения воспринимаются одновременно и неподвижно, если больше — они видны последовательно, но тоже неподвижно. Вертгеймер определил, какова в различных условиях величина этого оптимального промежутка, и определил ее зависимость от расстояния между предметами.

    Результатом этих исследований стал доклад, прочитанный в 1912 г., основная идея которого заключалась в том, что воспринимаемое зрительное движение не может быть получено в результате простого суммирования ощущений или восприятий. Качество опыта не может быть выведено из свойств составляющих его элементов. Со временем Макс Вертгеймер, а также Курт Коффка и Вольфганг Келер, также принимавшие участие в экспериментах, пришли к выводу, что этот принцип применим не только к феномену зрительного движения, но и ко всей психологической науке в целом. Таким образом, в своем докладе Вертгеймер заложил основу будущей теории гештальтпсихологии. Суть ее заключается в том, что интегрированные целостные системы (гештальты) не являются простой суммой своих составных частей. Скорее наоборот, характеристики гештальтов определяют природу, роль и функции своих составляющих.

    С 1912 г. он стал работать над проблемами психологии мышления, а позже — над созданием концепций решения задач и творческой мысли. Эта работа была прервана войной. Ученый был привлечен к работе по обнаружению подводных лодок.

    В 1923 г. он женился на своей студентке Анне Каро. В 1929 г. Вертгеймер уехал их Берлина во Франкфурт, где работал на кафедре философии и психологии Франкфуртского университета. В начале 1933 г., когда политическая ситуация в Германии сильно усложнилась, Вертгеймер уехал в Чехословакию, а в сентябре того же года — в Соединенные Штаты Америки, где он преподавал в Новой школе социальных исследований в Нью-Йорке.

    В Америке Вертгеймер продолжил свои исследования, их результаты легли в основу создания книги «Продуктивное мышление». Согласно существовавшим тогда теориям, понимание любых поведенческих особенностей человека может быть обеспечено экспериментальной работой по получению простых ассоциаций или связей «стимул-реакция». Вертгеймер доказал, что подобные теории не могут объяснить продуктивного мышления. Он утверждал, что для полного понимания процессов познания и процесса решения задач необходимо рассматривать целостные структуры, имеющие организованные составные части, функции и роль которых зависят от их положения в гештальте.

    В процессе разработки этих частных задач у Вертгеймера окончательно оформляется его теория. Основой ее является гештальт — ярко выраженное целое, система, в пределах которой ее элементы находятся во взаимосвязи друг с другом и с единым целым, где каждая часть или подчасть имеет собственное место, роль и функцию, отводимые для нее природой целого. Структура гештальта такова, что изменение в одной его части влечет изменение во всех остальных частях и в едином целом, поскольку части гештальта не изолированы друг от друга.

    На основе этой теории Вертгеймер разрабатывал концепцию процесса научения. По его мнению, природа происходящих при этом процессов и событий не может быть понята при помощи ассоциативных связей. В основе истинного научения лежит понимание, прозрение, по Вертгеймеру — инсайт. Как объяснял ученый, процесс научения состоит в переходе от состояния, когда что-то представляется совершенно бессмысленным, к ситуации, когда нечто ранее бессмысленное становится ясным, доступным пониманию. Если научение состоялось, то перенос его на другую ситуацию, к которой оно тоже применимо, не составляет никакого труда. Таким образом, чтобы проверить, действительно ли научение состоялось, необходимо убедиться, можно ли обобщить изученное и перенести его на другую ситуацию, к которой оно тоже применимо.

    Концепция решения задач также подробно рассматривалась Вертгеймером в его книге «Продуктивное мышление». По его мнению, чтобы решить задачу, требуется выработать соответствующее поле задачи. Это может быть переход от хаотичного восприятия предлагаемой информации к получению организованной концепции этой информации. Или, например, выработка поля задачи может заключаться в том, чтобы реорганизовать ошибочное представление об этой задаче в другое, более действенное.

    Важным элементом научения является процесс понимания, что та или иная стратегия «сработает» в данной ситуации. Этот феномен получил у М. Вертгеймера название этапа Хеффдинга, по имени датского философа и психолога Харальда Хеффдинга, который сформулировал этот феномен в конце XIX в. Он выдвинул предположение о том, что сходство, или подобие, является решающим фактором, определяющим узнавание. Осознание этого сходства делает возможным перенос.

    Работая в Нью-Йорке, Вертгеймер не прекращал заниматься более подробной разработкой теории гештальтов. Особое внимание он уделял проблеме анализа и синтеза, причем первому придавалось большее значение. По его мнению, анализ должен идти не снизу вверх, а сверху вниз, т.е. от целого к части, поскольку лишь изучение первичного целого может дать представление и определение его частей. Вертгеймер считал, что нужно начинать анализ с уровня целого, затем переходя к его элементам, а не пытаться подняться до уровня гештальта, начиная с его составных частей.

    В 1943 г. Макс Верт1еймер умер. Он не закончил своих исследований, но тем не менее остался в истории психологии как основатель гештальттеории, первоначально названной теорией Вертгеймера. Его последователи — Курт Левин, Курт Коффка и Вольфганг Келер — более подробно разрабатывали эту теорию в различных направлениях. Огромное значение для практической, прикладной психологии имели его разработки в области проверки истинности свидетельских показаний.

    ВУНДТ ВИЛЬГЕЛЬМ.

    Вильгельм Вундт родился 16 августа 1832 г. в Бадене. В юношеском возрасте он заинтересовался медициной и с 1851 по 1856 г. изучал медицину в университетах Гейдельберга, Тюбингена и Берлина.

    С 1858 г. Вундт выпускал статьи «Доклады по теории чувственного познания». В этих ранних работах он отразил свои взгляды на основные понятия психологии. По его мнению, психология — это наука о природе, а ее предмет должен изучаться в соответствии с естественно-научными принципами и методами. Одним из самых важных принципов психологической науки Вильгельм Вундт считал неограниченное применение экспериментального метода. Основную задачу психологии он понимал как ответ на вопрос, каким образом физическое воздействие на органы чувств становится ощущением.

    В следующих работах Вильгельм Вундт развивал рефлекторную и детерминистическую концепции психического и рассматривал теорию психических процессов как продуктов развития.

    С 1864 г. Вильгельм Вундт — экстраординарный профессор физиологии в Гейдельберге, в 1874 г. он стал профессором философии в Цюрихе, а с 1875 г. еще и профессором философии в Лейпциге. До 1878 г. все его научные работы были посвящены проблемам физиологии. Наиболее фундаментальной в этом ряду была его работа «Основания физиологической психологии», написанная в 1873— 1874 гг. В ней Вундт подробно рассмотрел понятие психического, которое, по его мнению, является промежуточным звеном между внешними воздействиями на органы чувств и движением. Это спонтанное движение, наряду с чувственным представлением, он считал основными психологическими функциями.

    В 1875 г. вышла еще одна его книга — «Теория материи». В ней Вундт показал свою приверженность созданной Гельмгольцем «теории знаков». Он считал, что представление подразумевает не сами вещи, а знаки, которые на них указывают. Таким образом, можно сказать, что Вундт придерживался теории параллелизма между внешним воздействием и ощущением.

    В 1879 г. в Лейпциге Вильгельм Вундт организовал первую в мире лабораторию экспериментальной психологии, преобразованную вскоре в институт, который долгие годы был важнейшим международным центром и единственной в своем роде школой экспериментальной психологии для исследователей из многих стран Европы и Америки. В этой лаборатории изучались ощущения, время реакции на различные раздражители, ассоциации, внимание, простейшие чувства человека.

    В процессе превращения психологии в экспериментальную науку Вундт заимствовал образец научного исследования в современном ему естествознании. Согласно его пониманию естественно-научного метода, всякое научное исследование должно удовлетворять ряд основных требований. Во-первых, подлежащее наблюдению явление должно некоторое время находиться в поле ясного и отчетливого восприятия наблюдателя. Поскольку же психические явления сложны и текучи, а время формирования ясного и отчетливого восприятия конечно и часто соизмеримо со временем протекания самого наблюдаемого процесса, то должна существовать возможность многократного воспроизведения явления при тождественных условиях.

    Как считал Вундт, реализация этих требований в психологии предполагает прежде всего смену самого объекта изучения. Если со времен Д. Локка в качестве такого объекта признавался исключительно мир «внутреннего опыта» человека, то Вундт потребовал обратиться к анализу всей сферы переживаний, всего «непосредственного» опыта, безразлично, внутреннего или внешнего. Этот опыт Вундт противопоставлял опыту «опосредованному» — миру предметов и идеальных значений, который хотя и открывается человеку «посредством» его переживаний, но сам уже является объектом изучения не психологии, а других наук (физики, химии, биологии и т.д.).

    В 1883 г. Вундт основал первый в мире журнал экспериментальной психологии «Философские исследования» («Philosophische Studien»).

    Последние двадцать лет своей жизни Вильгельм Вундт посвятил изучению психологии народов, которую рассматривал как венец психологии Вундт изучал процессы, лежащие в основе общего развития человеческих обществ и возникновения совместных духовных продуктов, представляющих общечеловеческие ценности. В результате такого рассмотрения Вильгельм Вундт предпринял попытку свести развитие общества и культуры к психическим причинам и условиям. Таким образом, можно говорить о том, что Вундт идеализировал психологию, считая ее универсальной наукой.

    Но, ограничивая предмет исследования психологии народов высшими психическими процессами, Вундт не уделял внимания социальной психологии. Тем не менее его можно назвать основателем психологии культуры. В основу созданной им психологии народов Вильгельм Вундт положил мысль о социальной детерминированности психического развития индивидов и об их взаимовлиянии. Частью своей работы он видел изучение таких социокультурных феноменов, как язык, религия, мифы и фольклор С этим связан тот факт, что приверженцы позитивизма в психологии отвергли вундтовский проект психологии.

    В 1912 г. Вильгельм Вундт выпустил книгу, которая стала своеобразным итогом его научной деятельности В ней ученый рассмотрел основные понятия психологии в свете ее сравнения с естествознанием.

    Проанализировав творчество многих психологов, Вундт выделил два основных определения понятия психологии Согласно одному, психология есть «наука о душе», а психические процессы трактуются как явления, из рассмотрения которых можно делать выводы о сущности лежащей в их основе метафизической душевной субстанции Согласно другому определению, психология есть «наука внутреннего опыта» Согласно этому, психические процессы принадлежат особого рода опыту, который отличается прежде всего тем, что его предметы предоставлены «самонаблюдению», или, по-другому, «внутреннему» чувству.

    Однако, по мнению Вундта, ни одно из этих определений не удовлетворяет современной научной точке зрения Первое — метафизическое — определение соответствует тому состоянию, в котором психология находилась дольше, чем другие области человеческого знания, но которое и для нее отошло теперь окончательно в прошлое, после того как она развилась в эмпирическую дисциплину.

    Второе — эмпирическое — определение, видящее в психологии «науку внутреннего опыта», по мнению Вильгельма Вундта, недостаточно, потому что оно может поддерживать то ошибочное мнение, будто бы этот внутренний опыт имеет дело с предметами, во всем отличными от предметов так называемого «внешнего опыта».

    На основании этого Вильгельм Вундт разделял естествознание и психологию как два различных направления в обработке экспериментально полученного опыта. Первое — то, которому следует естествознание; Вундт считал, что естественные науки рассматривают объекты опыта в их свойствах, мыслимых независимо от субъекта. Второму направлению следует психология: она рассматривает совокупное содержание опыта в его отношениях к субъекту и в тех свойствах, которые ему приписываются непосредственно субъектом. Естественно-научную точку зрения, поскольку она возможна лишь благодаря отвлечению от субъективного фактора, содержащегося во всяком действительном опыте, Вундт называл точкой зрения опосредованного опыта, а психологическую — точкой зрения непосредственного опыта.

    Поскольку естествознание исследует содержание опыта в отвлечении от испытующего субъекта, то задача естествознания определяется так же, как «познание внешнего мира», причем под внешним миром имеется в виду совокупность данных нам в опыте объектов. Соответственно, задача психологии определялась иногда как «самопознание субъекта». Однако это определение недостаточно, поскольку, кроме свойств субъекта, к предмету психологии относятся также различные взаимодействия между ним и внешним миром и другими подобными субъектами.

    Вывод, который сделал Вильгельм Вундт в своей работе, заключался в том, что и естествознание, и психология являются эмпирическими науками, т.к. они имеют своей задачей объяснение опыта. При этом психология должна быть названа более строго эмпирической наукой ввиду особенностей, присущих ее задаче.

    Вильгельм Вундт умер 31 августа 1920 г. в Гросботене близ Лейпцига. Вклад, который он внес в создание и развитие экспериментальной психологии, трудно переоценить. В его первой в мире лаборатории экспериментальной психологии работали многие ученые Европы и Америки. Среди них были и российские психологи: Н.Н. Ланге, А.Ф. Лазурский, Д.Н. Узнадзе. Кроме того, Вильгельм Вундт был основателем этнопсихологии.

    ГАЛЬТОН ФРЕНСИС.

    Френсис Гальтон родился 16 февраля 1822 г. в Англии. Его семья была достаточно зажиточной, отец занимался банковским бизнесом, и вполне успешно. Что касается матери Френсиса, то она была дочерью известного медика, философа и поэта Эразмуса Дарвина и тетей Чарльза Дарвина. Френсис был младшим ребенком в семье, его воспитанием занималась старшая сестра Адель. Среднее образование он получил в различных частных школах Англии, однако, по его собственному мнению, особых знаний ему это не принесло. Он был одаренным и способным к наукам ребенком, однако относился к занятиям не очень прилежно.

    Повинуясь желанию отца, Самуэля Гальтона, Френсис в 1838 г. отправился в Главный госпиталь в Бирмингеме, чтобы стажироваться там для дальнейшего обучения. Через год он поступил на медицинское отделение Королевского колледжа, а в 1840 г. был переведен в Тринити-колледж в Кембридже. Постепенно Френсис заинтересовался и другими науками, в частности математикой и психологией. Предполагалось, что он станет практикующим врачом, однако после смерти в 1844 г. его отца Ф. Гамильтон бросил колледж и отправился путешествовать.

    В 1849 г. Френсис Гальтон неожиданно прервал свое многолетнее путешествие и вернулся к научной работе. Первым его научным трудом стало описание печатающего телеграфа, который в итоге так и не был собран.

    В 1850—1851 гг. Гальтон отправился в Африку, где в течение почти двух лет путешествовал по Сирии, Египту и Судану, занимался научными исследованиями. Вернувшись, он написал и издал книгу «Рассказ исследователя тропической Южной Африки», которая вызвала значительный интерес в научных и общественных кругах. Результатом этого интереса стала золотая медаль Географического общества, полученная им в 1854 г.

    В августе 1853 г. Френсис женился на Луизе Батлер, после чего прекратил дальние путешествия. Поселившись в Лондоне, он очень практично обставил свой дом: отказался от ковров, занавесок и обоев, а также от мягких кресел и диванов, считая все это чрезмерным излишеством.

    В своих научных изысканиях Гальтон занимался различными проблемами, не отдавая предпочтения ни одной области. В 1855 г. он издал книгу «Искусство путешествовать», где предложил огромное количество разнообразных рекомендаций, предназначенных для путешественников. Эти советы носили во многом юмористический характер, чем и привлекли внимание многих читателей.

    В начале 1960-х гг. Ф. Гальтон обратился к проблемам психологии, первая статья была посвящена стадному инстинкту у человека. По мнению ученого, этот инстинкт вреден в современных условиях, и его необходимо преодолевать. Задавшись мыслью объяснить индивидуальные особенности людей, Гальтон провел большое количество теоретических и практических исследований. Он анализировал биографии выдающихся людей, пытаясь выяснить степень их родства. Он также сравнивал психические особенности монозиготных и дизиготных близнецов, тем самым внеся в психологию новый метод, получивший название «близнецового».

    Кроме этого, ученый проводил опыты по измерению и сравнению функций органов чувств человека. Для этого он самостоятельно сконструировал некоторые приборы, в том числе ультразвуковой свисток, позволяющий определять слуховую чувствительность, и так называемую «линейку Гальтона», с помощью которой можно было устанавливать способность человека определять расстояние. Результатом этих исследований стала статья «Наследственный талант и характер», вышедшая в 1865 г.

    Эти две работы, а также некоторые другие были объединены Гальтоном в единый труд «Наследственный гений», изданный в 1869 г. Основная мысль этой работы заключалась в том, что психические свойства человека наследуются так же, как и его физические качества.

    При изучении психических способностей человека Ф. Гальтон столкнулся с необходимостью их измерения. Для этого он разработал несколько приемов определения способностей, на основе которых впоследствии была создана система тестов. Таким образом, ученый постепенно заинтересовался проблемами психометрии.

    В 1878 г. Ф. Гальтон опубликовал статью, которая называлась «Составные портреты». В этой работе он сопоставлял особенности психики человека с особенностями строения его лица, пытаясь найти какую-либо связь. Техника фотографирования, распространенная в то время, давала возможность объединять на одной фотографии фрагменты восьми лиц. На таких фотографиях можно было ясно разглядеть наиболее общие черты лица, тогда как индивидуальные становятся менее заметными. Составляя таким образом различные фотографии, Ф. Гальтон пытался создать портреты, типичные для людей различных профессий, а также портреты типичных преступников и людей, склонных к болезням. Ему не удалось добиться каких-либо значительных результатов, однако метод получил широкое распространение и использовался и в XX в.

    Его методы были очень разнообразны; участниками экспериментов часто становились его гости. Так, например, у Гальтона была теория: если люди вызывают взаимную симпатию, то они должны притягиваться друг к другу, как металл и магнит. Если же несимпатичны, то должны сидеть рядом, словно аршин проглотив. Ученый оснастил скамейки в столовой подушками со сжатым воздухом. После того как гости вставали, Гальтон замерял объем подушек, чтобы установить, прав ли он.

    Хорошим примером изобретательности ученого является знаменитая «прогулка сэра Гальтона». Он отправился гулять по улицам Лондона, предварительно внушив себе мысль: «Я — самый отвратительный человек в Англии». В результате он столкнулся с неприязненным и враждебным отношением к нему прохожих, которые отворачивались от него, отпускали вслед ругательства. Этот опыт значителен не только благодаря своей оригинальности, но также и благодаря выводам, сделанным Ф. Гальтоном. Они послужили основой для создания новых методов практической психологии. По мнению ученого, каждый человек, прежде чем менять что-либо в отношении к нему других людей, должен найти причины этого отношения в самом себе. Только изменив свое собственное мышление, можно добиться результатов. Кроме того, Гальтон придерживался мнения, что высокая самооценка влияет на оценку, «выставляемую» другими.

    Ф. Гальтон предпринял попытку создания классификации людей, основным критерием которой стала скорость образования суждений. Для определения этой скорости он измерял реакцию людей на различные сигналы. Таким образом, ученый от измерения функций органов чувств перешел к измерению психических функций человека.

    В работе «Исследования человеческих способностей», изданной в 1883 г., Ф. Гальтон впервые предложил термин «евгеника» для обозначения теории наследственности, здоровья человека и путей улучшения человеческого рода. В последующие 10 лет жизни ученого евгеника была главным предметом его интересов. В этот период в Юниверсити-колледже в Лондоне была основана Гальтоновская лаборатория и учреждена стипендия его имени.

    В 1884 г. на Международной выставке здравоохранения Гальтон, чтобы получить данные об объеме человеческих возможностей, открыл Антропометрическую лабораторию. Каждый, кто желал, мог пройти в этой лаборатории обследование, в итоге набралось более 9 тыс. карточек с подробными данными. Такой успех повлиял на то, что после закрытия выставки лаборатория продолжила свою работу в другом месте.

    Это очень помогло Ф. Гальтону, ведь ученый смог провести несколько масштабных исследований. Так, например, он обратился к анализированию отпечатков пальцев и пришел к выводу, что рисунок на кончиках пальцев у каждого человека индивидуален. Тем самым Гальтон заложил основу для новой науки, развившейся впоследствии, — дактилоскопии.

    Френсис Гальтон умер 17 января 1911 г. в поместье Хейзлмир около Лондона. В течение всей своей жизни он занимался изучением различных областей психологии, придумывал новые методы, самостоятельно конструировал приборы для работы. Он разработал новую науку — евгенику, открыл основные принципы дактилоскопии. Ф. Гальтон много путешествовал по Африке и оставил интереснейшие записки, представляющие не только научный, но и познавательный интерес. Он очень много работал и опубликовал более 200 статей по самому широкому кругу вопросов. Незадолго до смерти он был посвящен в рыцари.

    ГЕЛЬМГОЛЬЦ ГЕРМАН ФОН.

    Герман фон Гельмгольц родился в Потсдаме 31 августа 1821 г. Он прославился не только как психолог, но и как физик, математик и физиолог. Его отец на протяжении всей своей жизни работал учителем в гимназии. Мать была из английской семьи, переселившейся в Германию. Уже со школьной скамьи Герман удивлял своих учителей пристрастием к физике и математике.

    Еще в гимназии он твердо решает посвятить себя изучению естествознания. В 1838 г. он окончил гимназию. Но, несмотря на повышенную тягу к физике, он не может вследствие материальных трудностей поступить в университет.

    Обязавшись прослужить восемь лет военным хирургом, он смог поступить в Военно-медицинский институт Фридриха Вильгельма в Берлине, в котором студенты обучались за государственный счет. В принципе, это обстоятельство сыграло положительную роль, по-_ скольку вплотную приближает Гельмгольца к проблемам медицины и физиологии, способствует созданию его знаменитых работ в области нервно-мышечной деятельности, физиологии слуха и зрения.

    В 1842 г. Гельмгольц с блеском защищает диссертацию по физиологии. В 1843—1848 гг. Гельмгольц служит военным врачом в Потсдаме, где начинает всерьез интересоваться физиологией, которую преподавал известный физиолог И. Мюллер, близко сходится с молодыми исследователями Э. Дюбуа-Реймоном и Э. Брюкке, увлеченными идеей преобразования физиологии путем применения в ней методов физики и химии.

    В это время Гельмгольц усиленно изучает в физической лаборатории профессора Магнуса явления брожения и гниения, а также тепловой эффект при работе мышц.

    В 1847 г. появляется его первая основополагающая работа «О сохранении силы», посвященная закону сохранения энергии. Эта работа способствует всемирной известности Гельмгольца и дает ему возможность получить место преподавателя анатомии в Берлинской академии художеств, а в 1848 г. его наконец освобождают от военной службы и он занимает должность экстраординарного профессора физиологии и общей патологии в университете Кенигсберга по рекомендации И. Мюллера. Тогда же он женится на Ольге фон Фельтен

    В первый период деятельности появляются работы, тесно связанные с законом сохранения энергии; в 1847—1848 гг. публикуется его работа о тепловых явлениях при мускульном сокращении, явившаяся следствием приложения закона сохранения энергии к физиологии; позднее — «Скорость распространения первичного возбуждения», «Учение о слуховых ощущениях» и др.

    Гельмгольц одним из первых измеряет скорость распространения нервного импульса, изучает процесс мышечного сокращения. Он становится первым человеком, увидевшим сетчатку глаза живого человека; для этого он использует специальное глазное зеркало — офтальмоскоп, изобретенное и сконструированное им собственноручно в 1850 г. Его обширные исследования по физиологии зрения (теория аккомодации, цветового зрения и т д ) были обобщены и систематизированы в классическом труде «Руководство по физиологической оптике», вышедшем в 1856—1857 гг.

    Через 5 лет после изобретения офтальмоскопа, в 1855 г., Гельм-гольцу предлагают место профессора анатомии и физиологии в Бонне, где он приступает к работам, посвященным восприятиям «цветности» В своем «Руководстве по физиологической оптике» он доказал, что существуют три основных цвета — красный, зеленый и фиолетовый — и что из их смешения образуются все другие цвета. Таким образом, Гельмгольц дополняет и усовершенствует так называемую трехкомпонентную теорию цветового зрения, впервые предложенную Т. Юнгом.

    В 1856 г. Гельмгольц решает заняться изучением акустики: исследованием комбинационных тонов начались акустические эксперименты Гельмгольца. Он строит модель уха, позволившую изучить характер воздействия звуковых волн на орган слуха, решает задачу так называемой органной трубы, разрабатывает физическую и физиологическую теорию восприятия и генерации музыкальных звуков Кроме того, он проводит важные исследования колебания струн и акустических резонаторов (резонаторов Гельмгольца), занимается гидродинамикой вихрей, разрабатывает принцип механического подобия, позволивший объяснить ряд метеорологических явлений и механизм образования морских волн.

    В 1858 г. Гельмгольцу предлагают должность профессора физиологии в Гейдельберге. Этот период является наиболее блестящим и глубоким в его творчестве. Помимо работ по физике и физиологии, появляются математические исследования, ставшие самыми значительными в области математической физики с момента ее основания.

    В 1871 г. Гельмгольц заведует первой физической кафедрой в Берлине. Он все больше уделяет внимания физике. Его работы по изучению электродинамических действий являются первым шагом в создании электромагнитной теории света, развитой впоследствии Максвеллом.

    В работе «О статике моноциклических систем» им предпринимается попытка дать в общей форме теорию тепловых процессов, представить тепло как движение, исследуемое по принципу наименьшего действия, где заложены основания теории квантов и современного принципа относительности. Им также высказаны два положения, играющие главную роль в современной науке, указано на необходимость признания ограниченной делимости электричества, приводящей к теории электронов, и дано представление о возможности электрических колебаний, которые были позднее исследованы его знаменитым учеником Герцем.

    В 1888 г. он возглавляет Физико-технической университет, где ведутся как прикладные, так и фундаментальные исследования. Под руководством Гельмгольца институт превратился в крупный научный центр, куда приезжали учиться молодые физики из многих стран, в том числе и из России.

    За свою насыщенную жизнь Гельмгольцем написано более двухсот работ; без отрыва от исследовательской деятельности он активно занимался и преподавательской работой.

    Вклад Гельмгольца в психологию чрезвычайно велик: кроме восприятия, он занимается, в частности, развитием концепции «бессознательных умозаключений», согласно которой актуальное восприятие определяется уже имеющимися у индивида «привычными способами», за счет которых сохраняется постоянство видимого мира и в которых существенную роль играют мышечные ощущения и движения.

    Его вклад в науку того времени представляется тем более значительным, поскольку во времена Гельмгольца чувственные восприятия трактовались исключительно с теологической точки зрения — как таинственный духовный акт, заложенный творцом. Гельмгольц же неопровержимо доказывает в своих многочисленных работах, что наши ощущения имеют реальную природу.

    Гельмгольцу удается описать на основе данной концепции механизмы восприятия пространства. Его теория о восприятии пространства сводилась к тому, что способность человека воспринимать пространство приобретается на основе жизненного опыта, путем сопоставления зрительных образов предметов с восприятием движений глазных мышц.

    Умер Гельмгольц в Берлине 8 сентября 1894 г. При жизни он был членом Британской, Берлинской, Пражской, Петербургской академий наук и других научных обществ, директором Физического института, ректором университета, президентом имперского физико-технического института. Среди его учеников — десятки имен, вошедших в историю науки: И.М. Сеченов, А.Г. Столетов, К.А. Тимирязев, Г. Герц, Л. Больцман и, многие др.

    ГРОФ СТАНИСЛАВ.

    Станислав Гроф, известный американский врач и ученый чешского происхождения, более сорока лет исследовавший необычные состояния сознания и духовного роста, один из основателей и виднейших представителей трансперсональной психологии, родился в Праге 1 июля 1931 г.

    С 1956 по 1967 г. С. Гроф является практикующим психиатром-клиницистом. На этот же период приходится его увлечение психоанализом. В 1959 г. Гроф удостаивается престижной премии Кюф-фнера — национальной чехословацкой награды, ежегодно вручаемой за наиболее выдающийся вклад в области психиатрии. Начиная с 1961 г. он возглавляет в Чехословакии исследования по использованию ЛСД и других психоделиков для лечения психических расстройств.

    В начале своей медицинской карьеры, являясь классическим психоаналитиком, искренне верит в то, что психоделические вещества, применяемые в психиатрии в контролируемых условиях, могут значительно ускорять процесс психоанализа. Однако вскоре огромнейший диапазон переживаний во время сессий ЛСД-психотерапии убедили его в теоретических ограничениях фрейдовой модели психики и лежащего в ее основе механистического мировоззрения.

    В результате этих исследований возникла новая, отличная от Фрейда картография психики, которая состоит из трех областей:

    1) личного и биографического бессознательного, разработанного Фрейдом;

    2)трансперсонального бессознательного, разработанного Юнгом;

    3) перинатального бессознательного, являющегося своеобразным «мостом» между личным и трансперсональным бессознательным и наполненным символизмом и конкретными переживаниями смерти и возрождения.

    Сформулированная и постоянно развиваемая Грофом расширенная картография психического соответствует не только большинству картографии западной психологии, но и практически всем известным восточным и мистическим картографиям.

    Уникальность и универсальность грофовской картографии заключается в том, что независимо от того, каким путем духовно-философского развития следует человек, ему неизбежно приходится решать одни и те же задачи с точки зрения овладения определенным уровнем энергии.

    В 1967 г. Гроф получает стипендию Фонда поддержки психиатрических исследований (США), а также ему предоставляется возможность пройти двухлетнюю стажировку в Университете Джона Хопкинса. Затем, уже перебравшись на постоянное место жительства в США, он продолжил научно-исследовательскую деятельность в Мэрилендском центре психиатрических исследований. В период с 1973 по 1987 г. С. Гроф живет и работает в институте Эсален (Биг-Сур, Калифорния). В этот период вместе с женой Кристиной он разрабатывает технику холотропного дыхания, которая является уникальной методикой психотерапии, самопознания и личностного роста.

    Для того чтобы понять сущность и значение техники холотропного дыхания, необходимо разобраться с терминологией, используемой Грофом. Каждый человек на протяжении своей жизни имеет переживания необычайной интенсивности и насыщенности, что, как правило, свойственно экстремальным ситуациям человеческой жизни (экстаз, катастрофа, смерть, духовное преображение, катарсис) Среди этих нетрадиционных состояний выделяются холот-ропные, или целостные состояния сознания, обладающие особо мощным терапевтическим и обновляющим потенциалом (от holos — «целый» и trepein — «двигаться к»). Обычные, или хилотропные, состояния (hile — «земля») представляют собой типичные уравновешенные состояния человеческой жизни.

    Многочисленные исследования холотропных состояний сознания показывают, что эмоциональные и психосоматические заболевания, включая множество состояний, которые в настоящее время могут быть диагностированы как психозы, не могут быть адекватно объяснены, исходя из проблем послеродового развития, являются ли эти проблемы отклонениями в развитии либидо или девиациями в формировании объективных взаимоотношений.

    В соответствии с проведенными Грофом исследованиями эти эмоциональные и психосоматические заболевания имеют, как правило, многоуровневую структуру с корнями как в перинатальной, так и в трансперсональной областях. Таким образом, психопатология, по мнению Грофа, наиболее полно объясняется с учетом не только биографической, но также перинатальной и трансперсональной динамики.

    Стратегия лечения, таким образом, представляется более успешной: неосознаваемые перинатальные переживания образуют матрицы сложных эмоций и телесных ощущений, которые образуют потенциальный источник для различных форм психопатологии.

    Холотропная стратегия в психотерапии основывается на данных изучения необычных состояний сознания, главной целью является активизация бессознательного, освобождение энергии, содержащейся в эмоциональных и психосоматических симптомах, и трансформация этих симптомов в поток переживания. Роль терапевта в холот-ропной терапии заключается в поддержке процесса переживания с полной верой в него и без попыток управлять им или изменять его.

    Согласно исследованиям Грофа, травма рождения, феномен собственной смерти и рождения, мистерия смерти являются скрытым сгустком энергии, своеобразной структурой, активизирующейся всякий раз, когда человек сталкивается с ситуацией угрозы жизни или испытывает любые другие экстремальные переживания. Эта структура активизируется в человеке каждый раз, когда он делает некое сверхусилие к тому, что называют ростом, индивидуацией, раскрытием, творчеством. Пройдя через перинатальный опыт, человек подключается к гигантским полям переживаний, которые не происходили с ним конкретно как с отдельным существом, но происходили с человеком, как с принадлежащим к роду человек разумный, роду живых, к роду существ, населяющих эту планету.

    Основанная на богатейшем клиническом опыте, грофовская картография содержит в себе правила вхождения в холотропный мир и условия переживания момента, адекватного моменту рождения, так же наполненному энергией, символикой и богатством возможностей переживания. Согласно Грофу, человеческая психика устроена таким образом, что, входя в разные состояния, являющиеся устойчивыми местами в топологии развивающегося сознания, человек передвигается в них свободно, без всяких усилий.

    Стратегия вхождения в находящийся за пределами слов и мышления холотропный мир заключается в воздержании от злоупотребления вербальным языком.

    Гроф является одним из основателей Международной трансперсональной ассоциации (ITA), долгое время являлся ее президентом. В 1993 г. он награжден почетной премией Ассоциации трансперсональной психологии за выдающийся вклад в развитие трансперсональной психологии.

    В настоящее время С. Гроф — профессор факультета психологии Калифорнийского института интегральных исследований. Кроме того, он проводит обучающие семинары для профессионалов («Трансперсональные тренинги Грофа»), а также выступает с лекциями и семинарами по всему миру. С. Гроф является автором и соавтором более ста статей и четырнадцати книг, переведенных на двенадцать языков мира.

    ДЖЕМС УИЛЬЯМ.

    Уильям Джемс родился 11 января 1842 г. Его родители хотели, чтобы Уильям стал врачом, поэтому он поступил в Гарвардский университет с целью изучения медицины. Будучи студентом, он заинтересовался психологией и решил продолжить свое образование, отправившись в Германию, где изучал естественные науки.

    Учась в Германии, Джемс увлекся идеями Вильгельма Вундта и, когда вернулся в США, продолжал развивать его теории. Однако со временем он пошел по другому пути и в работе «Принципы психологии», изданной в 1890 г., отразил свои новые взгляды. Он понимал сознание как способ биологического приспособления индивида. По его мнению, сознание по сути представляет собой непрерывный поток индивидуальных психических состояний. В связи с этим Джемс выделял четыре основных свойства сознания.

    Во-первых, каждое состояние сознания стремится быть частью личного сознания. Под личным сознанием ученый понимал связанные последовательности мыслей, «осознаваемые как таковые». Во-вторых, в границах личного сознания его состояния изменчивы. Этим Джемс хотел подчеркнуть тот факт, что ни одно уже прошедшее состояние не может снова возникнуть и в точности повториться. Когда человек смотрит, слушает, рассуждает или ненавидит, его ум попеременно занят множествами различных объектов мысли. В качестве примера Джемс приводил различные впечатления, получаемые каждым человеком от одного и того же образа.

    В-третьих, всякое личное сознание представляет непрерывную последовательность ощущений. По сути, это свойство исследователь выводил из первых двух, подчеркивая лишь элементарную природу ощущений, которые являются первичными по отношению к сознанию. Последнее свойство заключается в следующем: одни объекты сознание воспринимает охотно, другие отвергает и вообще все время делает между ними выбор.

    Рассматривая проблему непрерывности сознания, Джемс рассматривает ситуации, когда сознание может прерываться. Эти перерывы могут быть, по его мнению, либо временными пробелами, в течение которых сознание просто отсутствует, либо возникают в результате резкой перемены в содержании познаваемого. В этом случае последующее и предыдущее никак не соотносятся в сознании человека, в результате и возникает разрыв За исключением этих моментов, сознание является непрерывным. Это утверждение заключает в себе две мысли:

    1) мы сознаем душевные состояния, предшествующие временному пробелу и следующие за ним, как части одной и той же личности;

    2) перемены в качественном содержании сознания никогда не совершаются резко.

    Так как сознание в понимании Джемса есть не что иное, как биологическое приспособление индивида, то важная роль в его теории отводится инстинктам и эмоциям, индивидуальным физиологическим особенностям человека. Так, например, остановки «потока сознания», как считал ученый, обычно бывают заняты чувственными впечатлениями, особенность которых заключается в том, что они могут, не изменяясь, созерцаться умом неопределенное время. Эти своеобразные остановки сознания Джемс назвал устойчивыми частями «потока сознания», а переходные промежутки заняты мыслями об отношениях статических и динамических. По его мнению, мышление постоянно стремится о г одной устойчивой части к другой, а главное назначение переходных частей сознания состоит в том, чтобы направлять нас от одного прочного, устойчивого вывода к другому.

    Помимо разработки проблем сознания, Джемс развил в своей работе теорию личности. Он подробно разработал такие понятия, как самосознание, самооценка, образ самого себя и др. Основными направлениями его изучения стали эмоциональная жизнь личности, ее жизненные проблемы, перспективы, ценности.

    Джемс ввел в психологию такие понятия, как «чистое Я» и «эмпирическое Я». Первое включает в себя то, что человек считает самим собой, а второе — еще и то, что он считает своим: свой дом, близких, свои дела, репутацию и т.д. Человек воспринимает это как часть себя, испытывает по отношению к ним те же чувства, что и по отношению к самому себе.

    В 1885 г. Уильям Джемс стал профессором философии Гарвардского университета, а в 1889 г — там же профессором психологии. Совместно с Г. Мюнстербергом он организовал в 1892 г первую в США лабораторию прикладной психологии. Многочисленные исследования, выполненные в этой лаборатории, стали основой для последующих работ.

    В Гарвардском университете У. Джемс работал до 1907 г. Одной из его последних работ стала книга, посвященная проблеме воли Исследуя эту проблему, он определял желания и волю как состояния сознания, знакомые всякому, но не поддающиеся какому-либо определению. Желание может быть недостижимым, когда человек осознает, что предмет его желаний недостижим. Если же человек сознает возможность достижения предмета, то он желает этого, и цель осуществляется немедленно или после осуществления некоторых предварительных действий.

    Джемс писал, что единственные цели, осуществляющиеся немедленно, — это те, которые заключаются в движениях нашего тела. Какие бы чувствования человек ни желал испытать, к каким бы обладаниям он ни стремился, он может достигнуть их не иначе, как совершив для нашей цели несколько предварительных движений. Исходя из этого, он принял за исходный пункт своего исследования воли положение о том, что единственные непосредственные внешние проявления — телесные движения.

    Элементами проявлений воли являются, по Джемсу, волевые акты. Моторные действия, движения являются рефлекторными актами, значение их не предвидится тем, кто их выполняет. Что касается волевых актов, они являются преднамеренными и совершаются с полным осознанием того, какими они должны быть. Отсюда он вывел мысль о том, что волевые акты — производные функции организма, тогда как рефлексы, эмоции и инстинктивные движения — это первичные функции.

    Возникновение волевых движений, по мнению Джемса, — сложный механизм. Только после того как человек производит какое-либо движение случайным, рефлекторным или инстинктивным путем и оно оставило след в его памяти, он сможет в дальнейшем произвести его преднамеренно. Таким образом, первым и главным условием для возникновения волевых, произвольных движений является предварительное накопление идей, которые остаются в памяти человека после того, как он неоднократно произведет соответствующие им движения непроизвольным образом.

    Изучая волевые движения, Джемс определил два различных рода идей и движений, непосредственные и опосредованные. В первом случае у человека возникает идея о движении в определенной двигающейся части тела, осознаваемая в момент движения. Что касается опосредованных идей, то они возникают как мысль о движении тела как такового.

    Непосредственные ощущения движения в двигающихся частях У. Джемс называл кинестетическими, воспоминания о них — кинестетическими идеями. При помощи кинестетических идей человек сознает пассивные движения, которые сообщают члены нашего тела друг другу. Это подразумевает то, что человек узнает движения, совершенные им в бессознательном состоянии (например во сне), и может без труда их повторить. В своей книге Джемс приводит пример мальчика, у которого отсутствовали такие кинестетические идеи. Его конечностями'можно было двигать произвольно, у него не возникало никаких ощущений, в том числе боли и усталости.

    Уильям Джемс умер 16 августа 1910 г. Он считается одним из основателей функциональной психологии, рассматривающей сознание с точки зрения его функциональной ценности для человека. Теория личности, выведенная Джемсом в одной из своих работ, оказала значительное влияние на формирование американской пер-сонологии. Проблемы, поднятые психологом, разрабатывались другими учеными. Значительным вкладом в психологию является также теория волевых движений, развитая Джемсом в последнее десятилетие его жизни. По его мнению, волевые движения возможны как повторения по памяти движений, совершенных ранее непроизвольным образом.

    ДИЛЬТЕЙ ВИЛЬГЕЛЬМ.

    Вильгельм Дильтей родился 19 ноября 1833 г. в городе Биберих (Германия) в семье священника. Уже с раннего детства родители готовили его к принятию сана протестантского пастора. После окончания в 1852 г. местной школы Дильтей поступает в Гейдельбергс-кий университет, откуда после года обучения на теологическом факультете переезжает в Берлин и снова изучает теологию. Изучая теологию, Дильтей одновременно обращается к изучению философии и истории Он изучает древние языки, читает античных авторов, осваивает мировую литературу. Защитив диссертацию в 1864 г., Дильтей преподает в Берлине и за год до Ницше возглавляет кафедру философии в университете Базеля

    В 1868 г. Дильтей становится профессором в городе Киле, где, помимо преподавательской деятельности, занимается архивом философа Шлейермахера. Затем Дильтей переезжает в Бреслау, где знакомится с очень талантливым человеком, графом Паулем Йорком фон Вартенбургом Граф оказывает на философа сильное духовное влияние, и их дружба продлится до смерти Вартенбурга в 1897 г. В 1882 г. Дильтей — глава кафедры философии в университете Берлина.

    Через год выходит его наиболее важный труд под названием «Введение в науки о духе» (1 том) Однако работа над остальными частями произведения растянется на долгие годы, и в окончательном варианте оно появится только спустя почти 100 лет после выхода первого тома. В 1906 г увидит свет сборник литературоведческих трудов Дильтея, посвященный творчеству наиболее известных немецких авторов. Последним его трудом стала работа «Построение исторического мира в науках о духе» (1910).

    Точку зрения Вильгельма Дильтея можно назвать психологическим историзмом. Первичной посылкой к творчеству для него послужило оформленное неокантианцами разделение наук на науки о природе и науки о духе. Сущность данного разделения состоит в том, что два вида наук имеют свои закономерности и свои способы исследования.

    Так, науки о природе ищут законосообразности в природе, т.е. все, что может быть объяснено с точки зрения логики. Поэтому их интересует исключительно всеобщее, то, что можно встретить в любом явлении, в то время как частное, индивидуальное оказывается вне границ их внимания.

    В то же время науки о духе интересуются всеми проявлениями единственного, индивидуального, тем, что не походит ни на что другое. Поэтому общее находится вне границ их внимания. Также совершенно невозможно говорить о логике по отношению к объектам этих наук, т.к. индивидуальное не подчиняется закономерностям, оно спонтанно, внезапно, алогично.

    Далее, помимо различий в подходах к предмету, у гуманитарных и естественных наук существует различие их методов, которое лежит в основе самой возможности перейти от лишенной внутренних проявлений закономерности, которая присуща наукам о природе, к тонкому психологизму наук о духе. Именно этой возможностью воспользовался Дильтей, предложив в качестве метода гуманитарных наук так называемый тотальный психологизм.

    Дильтей связывал свою психологическую методологию с такими направлениями в науке, как феноменология (обращение внимания прежде всего на психику человека и выведение из нее всего многообразия человеческих проявлений) и герменевтика (толкование текстов с пониманием особенностей психологизма автора). Исходя из подобной точки зрения, вся история науки, знания и человечества в целом предстает как огромное многообразие психологических установок и проявлений отдельных личностей.

    С этих позиций Дильтей постоянно критиковал своих предшественников, рассматривавших науку не как продукт творчества отдельных авторов, каждый из которых обладает собственным неповторимым почерком и стилем, но как проявление неких безличных закономерностей, никак не связанных с личностью автора, создающего концепции или формулирующего идеи. Он считал, что подобное рассмотрение гуманитарных наук лишает их сущностной специфики, без которой они перестают быть собственно науками гуманитарными, сближаясь с науками естественными (а ведь они, по мнению Дильтея, принципиально иные).

    Первое, на что следует обращать внимание, принимаясь за изучение гуманитарных наук, — это единичность автора, его биография, события, которыми была наполнена его жизнь. Все это, как считает Дильтей, существенно влияет на учение, которое данный автор создает, на идеи, определяющие его концепцию. Изучив все это, можно понять, какими были особенности психики данного ученого или творца, и, следовательно, понять и то, что он создал.

    Помимо собственно психических особенностей, при изучении гуманитарных наук необходимо принимать во внимание жизненный опыт человека, ведь каждое событие так или иначе отражается на образе мысли автора. Новые впечатления дают новое знание, новые эмоции расширяют горизонты фантазии.

    Третье, что значимо для изучения гуманитарных наук, — это глубокое знакомство с возможностями языка, только при наличии которого можно проникнуть в горизонт судьбы автора и созданного им текста.

    Дильтей применял к изучению истории человечества и накопленного им знания такие приемы, как вчувствование, литературную манеру изложения, морально-педагогический пафос, рассмотрение личного опыта автора и прочие возможности, упускаемые естествознанием. Наиболее важными для него были внутренний опыт, самоощущение личности в тот или иной момент жизни, саморефлексия (т.е. мысли человека о самом себе, своих поступках, мотивах, желаниях и целях).

    Дильтей писал о том, что душа и протекающие в ней процессы не могут быть измерены при помощи физических величин, например секунд или граммов, что также не могут они быть измерены и в единицах точных наук, таких как миллиметры и проценты. Для души человека требуются совершенно иные измерения, не материальные и даже не математические. И при этом нельзя сказать, что явления душевной жизни вообще могут быть измерены с какой-либо точностью, ведь по сей день науке так и не удалось уяснить даже местоположение души в теле.

    В центре всего рассмотрения гуманитарных наук, по Дильтею, должен стоять «целостный человек», т.е. человеческое существо во всем многообразии его проявлений, со всеми его проблемами, оттенками психических реакций, пусть даже парадоксальных. Такой подход позволяет рассматривать человека и его творчество как целостное явление культуры и физической жизни, обращаясь к которому, ученый погружается, подобно ныряльщику, в полноту жизни и только таким образом способен обрести понимание и истинное знание своего предмета.

    Путем подобного обращения к личному опыту Дильтей полностью переключается на человеческое самосознание, исходя из которого, человек конструирует всю внешнюю реальность Соотнося себя с предметами окружающей среды, с другими людьми, с явлениями общественной жизни, вырабатывая относительно всего этого свою точку зрения, любой из нас приходит в конце концов к каким-то формулировкам, делает выводы, высказывается, оставляет записи, выражает себя в творчестве Получается, что любой предмет, созданный руками человека, содержит частицу его самого, отражает его мысли и мнения, несет печать автора.

    Не менее важный аспект представляет собой и тело человека, т.к. для достижения единства психофизического рассмотрения личности как автора текста необходимо учитывать не только психологические, но и физиологические параметры жизни Поэтому разностороннее рассмотрение чувств и эмоций человека сопровождается рассмотрением особенностей его физиологии, которая, бесспорно, является не менее важной для творчества. Ведь каждому известно, что плохое самочувствие, болезнь, ощущение физической боли могут являться факторами, способствующими созданию гениальных произведений.

    Таким образом, гуманитарные науки, по Дильтею, существуют на пересечении эффектов души и тела. Только в их синтезе может образовываться произведение искусства, будь то литературный текст, картина, музыкальное произведение и т.д. Только рассматривая все это как единство, можно достичь истинного понимания.

    Для того чтобы следовать методу Дильтея, необходимо рассмотреть культурные явления, которые, взятые сами по себе, будут выражением объективного духа, т.е. всеобщего опыта человечества как целостности, как единого творческого субъекта. При этом очень важно рассматривать творчество объективного духа как историческое явление, в каждую новую эпоху обретающее свою неповторимую специфику.

    Только исходя из исторического рассмотрения, индивидуальные явления могут быть поняты и правильно осмыслены. Ученый, приступающий к изучению гуманитарных наук, видит следы индивидуального творчества в памятниках культуры. Каждый ученый через наличие у него тела и души отчасти приобщен ко всем остальным людям, что позволяет ему понимать любого творца и любое произведение. Читая тот или иной текст, ноты, взирая на красочное полотно, исследователь приобщается к внутреннему опыту автора своим внутренним опытом и таким образом проникает в атмосферу творчества и понимает произведение, исходя из нее, как бы изнутри.

    В предельной ситуации подобное рассмотрение дает возможность сделать прямую трансляцию смысла от творца к изучающему или воспринимающему его произведение и таким образом осмыслить авторский текст даже лучше, чем его осмысливал сам автор.

    Таким образом, в своем «тотальном психологизме» Дильтей попытался показать то, как движение телесно-психической жизни отражается в произведении, а затем улавливается, хранится и передается в культуре через века и поколения. Культурно-историческая психология как основа наук о духе в своей сущности глубоко гуманистична, т.к. содержит идею создания новой личности ученого, погруженной в среду высокого духовного существования.

    Скончался Дильтей в Зейсе близ австрийского города Больцано 3 октября 1911 г.

    ДЬЮИ ДЖОН.

    Идеи, предложенные психологом и философом Джоном Дьюи, принято относить к так называемому функциональному направлению в психологической науке.

    Джон Дьюи родился 20 октября 1859 г. близ Берлингтона, штат Вермонт, США. Получив образование, он преподавал сначала в Мичиганском и Чикагском университетах, ас 1901 по 1931 г. занимал должность профессора в Колумбийском университете в Нью-Йорке. Основные сочинения Дьюи посвящены проблемам педагогики («Школа и общество, 1899), антропологии и гносеологии («Человеческая природа и поведение», 1922, «Опыт и природа», 1925), философской логике («Исследования по логической теории», 1903, «Как мы мыслим», 1910, «Очерки по экспериментальной логике», 1916, «Логика: теория исследования», 1938) Во всех своих работах автор предлагает новые пути для развития психологической науки, а также перерабатывает и существенно дополняет основные принципы школы философского прагматизма.

    В первые годы своей карьеры Дьюи находился под сильным влиянием идеализма неогегельянского толка, который был чрезвычайно популярен в Америке на рубеже XIX—XX вв Но затем он превзошел эти влияния и выработал систему собственных идей Уже будучи семидесятилетним старцем, Дьюи написал собственную биографию, в которой подробно рассказал о всех перипетиях своей научной судьбы. Эта книга носит название «От абсолютизма к эмпиризму».

    Главные идеи Дьюи всегда были определены его все более возрастающим интересом к педагогике и преподавательской деятельности.

    Все работы ученого были так или иначе связаны с этой сферой. Дьюи хотел создать из педагогики тщательно обоснованную и оптимально разработанную дисциплину, т к. очень хорошо видел недостатки существующих подходов к образованию вообще и работе с учащимися и студентами в частности.

    Теория и практика преподавания и воспитания, какими он видел их на тот момент, были лишены прочной и надежной основы, что, по мнению Дьюи, являлось одной из причин невозможности построения в США по-настоящему демократического общества В своей книге «Демократия и образование» (1916) ученый проявил себя как активный реформатор процесса обучения и всей педагогической дисциплины вообще. Он попытался провести научное обоснование педагогики, и этот замысел привел Дьюи к серьезным занятиям психологией и философией, которые он рассматривал с точки зрения заинтересовавшего его учения прагматизма.

    Одной из основных книг, принципиально повлиявших на его творчество, Дьюи называл «Принципы психологии» Джемса, труд, по праву считающийся уникальным явлением в истории научной мысли. Именно из этой книги Дьюи заимствовал и развил концепты дискриминации, сравнения, размышления и др И ее основная идея — жизнь как действие — стала для Дьюи своего рода жизненным и творческим девизом.

    Приобретя огромную известность как ученый и педагог, он прожил довольно долгую жизнь, окруженный учениками и соратниками. Начало карьеры ученого было связано, как и у ряда других известных мыслителей XX в., с психологией. Его книга, которая так и называлась — «Психология» (1886), была первым американским учебником по данному предмету. Первую известность Дьюи принесла небольшая статья под названием «Понятие о рефлекторном акте в психологии», вышедшая в 1896 г. В ней автор резко выступает против существующих в это время в науке о душе представлений о том, что основными единицами поведения служат так называемые рефлекторные дуги (т.е. происходящие в мозгу человека процессы, близкие к примитивным рефлексам у животных).

    Однако со временем Дьюи вслед за другими приверженцами прагматизма перешел на позиции течения, получившего название бихевиоризм (от английского слова behavior — поведение) Основной идеей бихевиоризма стало стремление находить в поведении человека и его психических реакциях моменты сохранения и повторения. Постулат бихевиористов в его кратком выражении звучит так: «Действие, следствием которого является успешный результат, имеет тенденцию к повторению».

    Таким образом, самым важным в человеческой жизни приверженцы бихевиоризма считали последствия конкретных действий и всего поведения. Познание, знание, рассуждения, а в конечном итоге выбор целей и средств — все зависит от поведенческих реакций. Решив соединить основные установки и принципы бихевиоризма с идеями прагматизма, Дьюи создал неповторимый комплекс идей, вошедший в историю науки как инструментализм.

    Сущность инструментализма, по Дьюи, заключается в том, чтобы понимать познание, а также практику как совокупность способов, при помощи которых человек обеспечивает себя разного рода жизненными благами, существующими в реальном опыте Однако для того чтобы разобраться с тем, как это сделать, необходимо уточнить само понятие опыта. Как считает Дьюи, неверно утверждать, будто опыт представляет собой поток сознания (это представление было свойственно ряду психологов до Дьюи, в том числе его непосредственному предшественнику Джемсу) Элементы сознания конечно же в опыте имеются, однако весь опыт не сводится исключительно к ним По мнению ученого, опыт означает прежде всего не само познание, а способы действий и претерпевания (т.е. то, как человек поступает в том или ином случае, и то, как человек реагирует на те или иные ситуации и поступки других людей).

    Обоснованное таким образом учение Дьюи назвал радикальным эмпиризмом, подразумевая под этим тот простой факт, что опыт является в его системе универсальным понятием и включает в себя как чувственный опыт, так и сверхчувственный, в частности, опыт моральный и религиозный. Дьюи в своем учении все более расширял понятие опыта, включив в него позднее также и художественный, социальный и культурный опыт. Таким образом, феномен человеческого опыта охватывает всю жизнь каждого из людей в отдельности и всего человечества в целом, включая взаимоотношения с природой и саму окружающую среду. Также опыт включает мир сновидений, все разнообразие болезненных состояний, ложь и заблуждение, магию и все, что с ней связано, — смерть, смятение, ощущение отсутствия смысла жизни, суеверия, так свойственные людям, и саму науку во всем ее многообразии. Обобщая все сказанное, можно обозначить, что опыт в концепции Дьюи выступает как вид социальной практики, а именно — действие, определенное ситуацией, в которой находится индивид.

    Опыт, по Дьюи, всегда конкретен, каждый раз он мой, твой или наш. Он может выступать в виде политического, религиозного, эстетического, интеллектуального или производственного опыта.

    Он может разворачиваться по отношению к окружающей человека природной среде, а также по отношению к обществу. И все существование этой среды, в которой бытийствует каждый человек, проявлено в опыте в наиболее полной мере, по причине чего никаких специальных доказательств его не требуется.

    При этом кажущийся постоянным мир, даруемый человеку в опыте, постоянно изменяется и никогда не бывает статичным. Поэтому человек не может иметь прочных гарантий того, что воспринятое в опыте однажды будет оставаться таковым до окончания его дней. Человек постоянно находится в состоянии обеспокоенности, он чувствует, что мир не подлежит контролю, что окружающая среда постоянно ускользает и в любой момент может случиться что-то непредвиденное. Результатом названного состояния выступает чувство страха и ужаса перед реальностью. Подобный страх вызывают и природа, и социальные отношения. Оказавшемуся в затруднении человеку как воздух необходима идея, которая поможет избавиться от страха и обрести уверенность.

    Для этого Дьюи предлагает понятие «ситуация сомнения». Она может быть легко проиллюстрирована примером из русской сказки: богатырь, стоящий на перепутье трех дорог и решающий, по какой из них ехать дальше, ведь на каждой его поджидают опасности. Подобного рода ситуации Дьюи разложил на несколько составляющих частей, или этапов.

    1) этап, на котором впервые чувствуется затруднение;

    2) этап, на котором затруднение определяется при помощи слов;

    3) этап, на котором впервые возникает возможное решение;

    4) этап, на котором возможное решение тщательно обдумыва-ется;

    5) этап, на котором происходит выбор, является ли придуманный способ для данной ситуации подходящим или нет.

    Подобная пятиступенчатая структура подходит для описания любой проблематичной ситуации, перед лицом которой может оказаться современный человек Для ее решения мозг постоянно продумывает, отбрасывает и прорабатывает все возможные варианты поступков, представляющие собой своего рода инструменты в борьбе с проблемами. Правильно отобранный инструмент ведет к разрешению проблемы, т.е. к успеху предпринятого действия или поступка.

    Скончался Джон Дьюи в Нью-Йорке 1 июня 1952 г.

    ЖАНЕ ПЬЕР.

    Пьер Жане родился 30 мая 1859 г в Париже, в семье, принадлежащей к классу обеспеченной французской интеллигенции Многие его родственники были юристами, филологами, инженерами, а его дядя — Поль Жане — довольно известным философом Обучается Пьер в знаменитой парижской Эколь Нормаль, где вместе с ним учатся многие юноши, впоследствии заслуженно признанные гордостью французской науки Среди его однокурсников были, в частности, Анри Бергсон и Эмиль Дюркгейм.

    В 1882 г Жане получает ученую степень магистра философии (позже, в 1889 г , ему присваивают в Сорбонне докторскую степень по литературе, а в 1893 г — и по медицине).

    В 1889 г Жане возвращается в Париж и успешно защищает диссертацию под названием «Психический автоматизм (Экспериментальное исследование низших форм психической деятельности)», впоследствии опубликованную в виде книги Докторская степень ему присваивается по философии, ибо в представлении французской научной общественности той поры психология продолжает оставаться философской наукой.

    В 1890 г Жане получает пост в Парижском лицее, и в том же году Ж М Шарко отдает в его ведение психологическую лабораторию в своей клинике Сальпетриер, где Жане и ранее ведет активную клиническую работу, а свои научные взгляды излагает в лекциях, пользовавшихся большой популярностью Приблизительно в это же время Фрейд также стажируется у Шарко в клинике Сальпетриер, однако впоследствии утверждает, что никогда даже не сталкивался с Жане и ничего не слышал о его идеях.

    В 1893 г Жане защищает медицинскую диссертацию под названием «Умственное состояние истериков» С декабря 1895 г по август 1897 г он заменяет Т Рибо в Коллеж де Франс и окончательно сменяет его там в 1902 г , получив должность профессора психологии В 1904 г Жане основывает совместно с Ж Дюма Журнал нормальной и патологической психологии и остается его главным редактором свыше 30 лет В 1936 г он уходит в отставку, но, несмотря на это, продолжает частную практику и научные исследования.

    Жан Пиаже, посвятивший Жане специальную статью, выделяет в его научном творчестве три периода Первый начинается работой «Психический автоматизм» и, по мнению Пиаже, характеризуется направленностью на статичный аспект психического процесса Точка отсчета второго периода — работа «Навязчивость и психастения» (1903), где внимание Жане уже направляется на динамический аспект психического процесса Третий период (со второй половины 1920-х гг ) интересен генетическим анализом различных форм поведения.

    В первый период своей работы Жане формулирует основные методические принципы, которых он будет придерживаться и в дальнейшем :

    1) обследовать пациента самому, насколько это возможно, без ассистентов и другого рода «посторонних»,

    2) точно записывать все, что говорит и делает пациент,

    3) учитывать не только актуальное состояние пациента, но и всю историю его жизни и ход предшествующих заболеваний и их лечения.

    Сам Жане дает достаточно противоречивую характеристику своим ранним исследованиям и считает, что они были опубликованы и популяризированы слишком рано и с тех пор цитировались во всех работах, посвященных возможностям человеческой психики.

    Жане является не только практиком, но и теоретиком-исследователем интересующих его явлений Так, ему удается собрать грандиозную библиотеку по магнетизму и гипнологии, проанализировать множество разнообразных источников В итоге он приходит к выводу о недостаточности такого подхода и необходимости углубленного изучения неврозов.

    Первые результаты этих исследований и послужили основой обобщающего труда «Психический автоматизм» Большая часть работы основана на изучении клинических случаев четырех женщин, фигурирующих в отчетах как Рози, Люси, Мари и Леони, хотя в исследовании в общей сложности участвуют 19 пациентов с истерией и 8 с эпилепсией.

    Что же касается методики Жане, то его научный метод, как и для большинства исследователей того времени, заключается в сочетании анализа и синтеза Первоочередной задачей оказывается анализ и, соответственно, — вопрос о первоэлементах Многие философы и психологи того времени пытаются реконструировать психику с помощью анализа и синтеза, используя в качестве базового элемента ощущение.

    Жане достаточно своеобразно подходит к применению принятой повсеместно методики он выделяет не чистое ощущение, но действия, и считает невозможным отделение сознания от активности Здесь Жане обращается к таким динамическим понятиям, как психическая сила и слабость, без которых немыслима активность, деятельность Первой пациенткой, на которой он демонстрирует метод психологического анализа, была некая Марсель Жане пытается проранжировать ее симптомы по степени их глубины.

    Поверхностный уровень составляют особенности, сравнимые с результатами 1ипнотического внушения, средний — импульсы, которые Жане приписывает действию неосознанных фиксированных идей, исходящих из определенных травмирующих воспоминаний, наиболее глубинный уровень — наследственные факторы, перенесенные тяжелые заботевания, ранние травматические события Данные, полученные при проведении этих исследований, чрезвычайно напоминают только начавшее формироваться учение Фрейда И это не единственное сходство работ Жане с работами «отца психоанализа».

    За психологическим анализом, согласно Жане, должен следовать психологический синтез, то есть реконструкция хода болезни Такое взаимодействие анализа и синтеза в ходе работы с невротическим пациентом выступает отличительной, самобытной чертой метода Жане.

    Основным результатом применения Жане метода психологического анализа является открытие неосознанных фиксированных идей и их патогенной роли, причина которых — травмирующее или пугающее событие, ставшее бессознательным и замещенное симптомами Процесс замещения, по Жане, связан с сужением поля сознания Неосознанные фиксированные идеи являются как причиной, так и результатом психологической слабости Для излечения мало перевести их в поле сознания Необходимо разрушить патогенную идею путем диссоциации или трансформации Поскольку она является частью заболевания, ее устранение должно сопровождаться синтетическим лечением, переобучением или другим умственным тренингом

    Во втором периоде творчества Жане рассматривает две формы невроза — истерию и психастению Его концепция неврозов сочетает психогенный компонент (исходящий от жизненных событий, фиксированных идей) и органический фактор Жане предлагает двухуровневую модель этих расстройств первый уровень связан с фиксированными идеями (неосознанными у истерика и осознанными у психастеника), а второй, глубинный, заключается в расстройстве некоторых базовых функций (сужение поля сознания у истерика и расстройство функций реальности у психастеника) Важно отметить, что, изучая поведение больных, Жане интересуется и гораздо более широким кругом явлений психической жизни, избегая, однако, смешения нормы и патологии.

    Последний период творчества Жане характеризуется построением колоссального в своем масштабе метода психологического синтеза, который должен логически следовать за психологическим анализом применительно не только к анализу невроза, но и к осмыслению психологической науки в целом Сам Жане подчеркивает, что к началу XX в было написано огромное количество психологических по своей сути монографий на частные темы и теперь человечество нуждается в систематизации и объяснении полученных данных Именно Жане и пытается создать такую модель и использует в ней данные не только из психологии взрослого человека и психопатологии, но и из детской психологии, этнопсихологии, психологии животных.

    Жане удается создать систему, в рамках которой свое освещение получают практически все психические явления Материал этого колоссального синтеза не был собран в одной какой-либо работе, он представляется рядом публикаций конца 1920-х — начала 1930-х гг Своей интенсивной педагогической, практической, научной деятельностью Жане внес поистине неоценимый вклад в развитие современной психологии.

    На него неоднократно ссылается К Г Юнг Влияние знаменитой работы «Психический автоматизм» Жане сильно ощутимо в методе рассмотрения Юнгом человеческой психики как состоящей из ряда «подсознательных личностей» То, что Юнг назвал комплексом, первоначально было не чем иным, как эквивалентом «подсознательной фиксированной идеи» Жане.

    Работы Жане оказали значительное влияние на индивидуальную психологию А Адлера Он неоднократно признавал, что его работа о чувстве неполноценности была развитием наблюдений Жане. Единственным «темным пятном» в биографии Жане является категорический отказ Фрейда признать какую бы то ни было преемственность идей французского коллеги, несмотря на их явное сходство.

    В России вышли в переводе на русский язык следующие работы Жане: «Неврозы и фиксированные идеи» (1903), «Неврозы» (1911), «Психический автоматизм» (1913). В сборнике «Новые идеи в философии» за 1914 г. была напечатана его статья «Подсознательное».

    Российские ученые старших поколений были достаточно хорошо знакомы с его трудами и идеями. Так, Л.С. Выготский и П.Я. Гальперин, формулируя свои представления об интериориза-ции, ссылаются на работы Жане. А.Н. Леонтьев обращается к его исследованиям при рассмотрении социально-ориентированных направлений в психологии. Однако не переиздававшиеся с тех давних пор работы Жане сегодня труднодоступны, и многие современные психологи даже не слышали его имени.

    Пьер Жане умер в Париже 24 февраля 1947 г. В это время газеты не выходят из-за забастовки печатников. Поэтому никто своевременно не был оповещен о смерти выдающегося психолога. В изданиях, вышедших только в конце марта, после окончания забастовки, факт его кончины был просто отмечен двухстрочным некрологом среди прочих заметок на различные темы.

    В 1956 г. в связи со 100-летием Фрейда в клинике Сальпетриер была установлена мемориальная доска в память о визите корифея психоанализа. Но никому не пришло в голову три года спустя, в день столетия Жане, установить здесь мемориальную доску в его честь (хотя именно в этой клинике он проработал несколько лет и провел здесь огромную часть своих исследований).

    Тем не менее никто не решится оспаривать тот факт, что влияние Пьера Жане на психологию не поддается никакому измерению, а факт его незаслуженного забвения не делает чести ни его современникам, ни «благодарным» потомкам. Пьер Жане на протяжении всей своей жизни считал необходимым разрабатывать психологию как объективную науку и всей своей деятельностью способствовал этому.

    КЕЛЕР ВОЛЬФГАНГ.

    Вольфганг Келер родился 21 января 1887 г. в Эстонии, в Ревеле (Таллин), в семье директора школы и домохозяйки. Его детство прошло в Германии. Обучаться он также начал в одной из германских школ.

    Келер получил блестящее образование в университетах Тюбингена, Бонна и Берлина. В 1909 г , когда Вольфгангу исполнилось 22 года, он получил степень доктора философии в области психологии в университете Берлина и вплоть до 1935 г возглавлял Институт психологии в Берлине.

    Начало научной деятельности Келера также приходится на 1909 г. В период с 1913 по 1920 г. Вольфганг Келер от Прусской академии наук возглавлял исследовательскую работу по изучению поведения человекообразных обезьян на острове Тенерифе. По окончании своих наблюдений Вольфганг написал книгу «Исследование интеллекта человекообразных обезьян» (1917), в которой экспериментально доказал в опытах над животными роль инсайта, как принципа организации поведения. Согласно Келеру, при успешном решении интеллектуальной задачи происходит видение ситуации в целом и ее преобразование в гештальт (слово «гештальт» в переводе с немецкого языка означает форму, образ или структуру), в силу чего изменяется характер приспособительных реакций Исследования Келера расширили рамки представлений о природе навыков и новых форм поведения человека и животных.

    По возвращении с острова и  окончании исследований Вольфганг Келер в 1920 г. принимает на себя обязанности директора Института психологии при Берлинском университете. В 1922 г., после серии блестящих экспериментов по изучению восприятия и интеллекта шимпанзе, которые принесли ему международное признание, был назначен директором Института психологии при Берлинском университете.

    В этом институте Келер продолжал основанные на теории геш-тальта исследования и в 1929 г. опубликовал труд «Гештальтпсихология» — манифест школы гештальтпсихологии, созданной им совместно с Куртом Коффкой и Максом Вертгеймером.

    Совместно с Вертгеймером и Коффкой Вольфганг внес свой огромный вклад в основу нового прогрессивного учения, которое в дальнейшем и получило название гештальтпсихологии. Ученые-психологи, разрабатывающие это направление, заложили прочный фундамент в основу рассмотрения теории восприятия. Открытие и исследование законов целостности и структурности получали различные оценки критиков, но со временем общество все же приняло и одобрило их.

    Сама концепция гештальта получила фундаментальное развитие в работах Келера, изданных в 1920 и в 1940 гг. В них Келер обратил внимание на поразительное сходство между некоторыми аспектами физики полей и явлениями перцептуальной организации. Он указал на примеры функциональных целостностей в физике, которые не могут рассматриваться как наборы отдельных частей Существуют макроскопические физические состояния, которые стремятся развиваться в сторону равновесности и в направлении максимальной регулярности.

    Когда Келер участвовал в основании гештальтпсихологии в 1920 г., он переделал аксиомы Георга Мюллера (1897) в соответствии с новыми концепциями неаналитической динамики. Именно он предложил термин «изоморфизм» для описания этих психоней-рологических отношений, именно он и его коллеги сделали эту концепцию настолько важной для гештальтпсихологии, что в их работах не всегда возможно различить, о каком поле говорится' о-феноменологическом или о соответствующем мозговом. Но Келер высказывался вполне определенно: отношения между ними — топологического порядка, а не идентичности размера и формы.

    Келер внес фундаментальную поправку в концепцию корковых процессов, так, зрительная область им рассматривалась как электролит. По его мнению, процессы в нем происходят по физическим законам самораспределения, а не в соответствии с микроанатомическим устройством нейронных сетей. Локальные области возбуждения окружены полями, которые представляют эти состояния в окружающей среде, и взаимодействуют с другими аналогичным образом представленными областями возбуждения. На этой основе Келер выдвинул гипотезу, что существуют физиологические процессы, которые представляют собой образцы физиохимических гештальтов, и они являются коррелятами феноменологических гештальтов.

    В подобных рассуждениях скрыто предположение о психофизическом изоморфизме, то есть допущение, что мозговые процессы обладают определенными структурными особенностями, схожими со структурными качествами организованного опыта. Изоморфизм означает не метрическое, но топологическое соответствие Предполагается, что процессы в мозге повторяют изначальные отношения симметрии, близости, смежности, но не сохраняют точные размеры и углы фигур, спроецированных на сетчатку.

    Такая формулировка отличается от широко принятой точки зрения, что феноменологические и физиологические поля не имеют особого сходства, хотя и связаны друг с другом. Постулат изоморфизма призван стать эвристическим руководством для исследователей Именно таким образом Келер находил общее объяснение нейрофизиологическим и психологическим фактам в области физических явлений

    В своей книге 1938 г «Роль ценностей в мире фактов», в главе «Вне феноменологии», он пишет: «Нашим намерением не является ограничивать данное исследование вопросами феноменологических описаний» Хотя Келер замечает, что «все вопросы, связанные с фундаментальными принципами, могут быть решены лишь на феноменологической почве», он высказывает стремление преодолеть чистые феномены, обратиться к «трансфеноменальной реальности»: «Общепринято мнение, что физическая природа имеет трансфеноменальное существование.. Вне зависимости от того, каковы наши эпистемиологические убеждения, мы должны постигать, отходя от чистой феноменологии, все естественные науки, такие как физику, химию, геологию и биологию».

    Обсуждая феномен памяти, Келер пишет: «Существует лишь одна часть природы, которая, как показывают современные знания, могла бы в этом случае находиться в тесном контакте с феноменологическими данными. Эта часть природы обычно называется деятельностью мозга».

    В 1935 г Келер подал в отставку в знак протеста против вмешательства нацистов в дела университета и эмигрировал в США. В 1955 г. он стал сотрудником Института перспективных исследований в Принстонском университете, а в 1958 г. — профессором психологии Дартмутского колледжа. Умер Келер в Энфилде (шт. Нью-Гэмпшир) 11 июня 1967 г.

    КЕЛЛИ ДЖОРДЖ АЛЕКСАНДР.

    Джордж Александр Келли родился 18 апреля 1905 г. в США. В ю-ности он учился достаточно заурядно и, только обучаясь в университете, заинтересовался психологией. Его первые статьи вышли в 30-е гг. XX в. и были посвящены практической психологии, проблемам общения.

    В конце 1930-х гг. Дж. Келли заинтересовался проблемами психологии личности. Теории, существовавшие в то время, не соответствовали взглядам молодого ученого, поэтому он решил создать собственную концепцию. Для этого ему даже пришлось разработать особый метод исследования личности, получивший название «метод репертуарных решеток».

    После защиты докторской диссертации Дж. Келли преподавал в университете и параллельно проводил лабораторные исследования. Он был талантливым экспериментатором и активно применял свой метод. В результате им была разработана новая концепция личности, получившая название теории личностных конструктов. Эта теория появилась в том числе из-за назревшего в научных кругах разочарования в бихевиористских и необихевиористских теориях. Она стала новым словом в психологии и во многом предвосхитила появление когнитивного направления. 15 апреля 1955 г. вышла книга Дж. Келли «Психология личностных конструктов». В этой работе автор рассмотрел то, как человек строит в своем сознании целостный образ мира и как с помощью этого образа он может предсказывать и контролировать события и поведение окружающих его людей.

    Ключевым понятием созданной Дж. Келли теории личностных конструктов, составляющим ядро личности, выступает понятие «личностный конструкт» — обобщение из предшествующего опыта, создаваемого личностью классификационно-оценочного эталона и проверяемого ею на собственном опыте Личность в теории личностных конструктов представляет собой организованную систему более или менее важных конструктов И чтобы понять личность, достаточно знать конструкты, которые она создает и использует, события, включенные в эти конструкты, и то, как они соотносятся друг с другом.

    Если конструкт облегчает адекватность прогнозирования событий, он сохраняется личностью, если же прогноз не подтверждается, то конструкт подвергается пересмотру или исключается. Действенность этой структуры проверяется личностью с точки зрения ее прогностической эффективности, степень которой может меняться. Личностный конструкт организует и регулирует поведение, реконструирует систему взаимоотношений, осуществляя понимание объектов в их сходстве и различиях, конструируя образ «Я».

    Дж. Келли писал, что все личностные конструкты имеют два противоположных полюса: эмерджентный (полюс сходства элементов конструкта) и имплицитный (полюс контраста). Для создания конструкта необходимы по крайней мере три элемента, два из которых должны быть похожими друг на друга, а третий — отличаться от первых двух. В предвидении событий личность выделяет конструкты, которые кажутся релевантными, и тогда выбирает, какой из полюсов релевантных конструктов будет применен. Выбор полюса конструкта называется в теории личностных конструктов сложным выбором.

    В соответствии с природой контроля, осуществляемого над элементами, Дж Келли выделял специфические типы личностных конструктов: упредительный, констелляторный и предполагающий. Упредительный конструкт отвечает за стандартизацию входящих в него элементов. Констелляторный конструкт может одновременно принадлежать различным областям, но является постоянным только в своей области. Предполагающий конструкт оставляет свои элементы открытыми для альтернативных конструкций и позволяет личности быть открытой для нового опыта.

    Конструкты как сложные образования обладают рядом свойств. Во-первых, они характеризуются диапазоном применимости, который включает в себя все события, при которых конструкт может быть применим Это свойство возникает потому, что все конструкты имеют ограниченный диапазон применимости, хотя от конструкта к конструкту границы диапазона могут меняться. Во-вторых, существует фокус применимости конструкта, специфичный для каждого человека.

    Третьим важным свойством конструкта является степень его проницаемости, по которой они могут различаться. Проницаемый конструкт допускает в свой диапазон применимости элементы, еще не истолкованные в пределах его границ. Непроницаемый же конструкт охватывает явления, составляющие его первоначальную основу, и остается закрытым для интерпретации нового опыта. Степень проницаемости и непроницаемости конструктов относительна. Проницаемость относится только к области пригодности конструкта — конструкт по определению непроницаем для опыта, выходящего за диапазон применимости.

    В зависимости от особенностей применимости Дж. Келли выделял основные и периферические конструкты. По степени устойчивости и неизменности он различал также основные и ситуативные личностные конструкты, а по особенностям диапазона — всесторонние и частные конструкты. Также они могут быть жесткими, т.е. дающими неизменный прогноз, либо свободными, позволяющими делать различные прогнозы при сходных условиях.

    Совокупность личностных конструктов представляет собой систему, имеющую сложную иерархию и множество подсистем. Поскольку конструкт не усваивается извне, а строится исключительно самим человеком, он всегда определен индивидуально. В своей работе Дж. Келли приводил примеры личностных конструктов, которые человек использует с целью оценки повседневной жизни, «взволнованный — спокойный», «умный — глупый», «мужской — женский», «религиозный — нерелигиозный», «хороший — плохой» и «дружеский — враждебный».

    Эту книгу можно рассматривать как попытку объединить научные и гуманистические подходы к изучению личности человека. Здесь Келли предпринял попытку преодолеть несоответствие теоретических концепций личности, создаваемых в разное время, и практических проблем каждого отдельного человека. Таким образом, он пришел к мысли о создании своеобразной метатеории, которая может быть применена как к научным исследованиям, так и к конкретным проблемам отдельного человека. Основным принципом подхода Келли было одинаковое восприятие психолога и испытуемого. Он понимал человека как ученого, исследователя, который строит свой образ мира По мнению Келли, каждый человек постоянно делает выводы из поступающей к нему информации, выдвигает гипотезы и проверяет их правильность. Он пытается предсказывать события, свое поведение и поведение окружающих, учитывая при этом всю информацию, получаемую извне. Таким образом, подход этого ученого сильно отличался от общепризнанных принципов. Взамен объектного подхода, применявшегося большинством психологов того времени, Дж. Келли предложил субъектный.

    Особенностью этой книги также является то, что в ней автор противопоставил свою теорию личности другим концепциям, которые понимают человека как пассивно подчиняющегося воздействию внешних сил, зависящего целиком и полностью от случая и подвластного внутренним, подсознательным иррациональным влечениям.

    Джордж Александр Келли умер в 1962 г. В психологии он выступил в роли новатора, поскольку его идеи на несколько лет предвосхитили развитие науки. Он создал оригинальную теорию личности, которая была глубоко научной и в то же время имела практическое значение. Келли противопоставил ее взглядам бихевиори-стов, он понимал каждого человека как исследователя, постоянно занимающегося построением своего собственного «образа мира» при помощи конструктов.

    КЕННОН УОЛТЕР БРЕДФОРД.

    Уолтер Кеннон родился 19 октября 1871 г. в штате Висконсин в США. Его отец, Кольберт Кеннон, был потомком переселенцев, заселявших просторы Америки. В свое время он не смог получить высшее образование из-за материальных затруднений, а потому ему пришлось работать на железной дороге. Однако он не потерял интереса к науке и постоянно выписывал журналы по медицине и сельскому хозяйству. Мать Уолтера, Сара, школьная учительница, была мягким человеком в отличие от сурового отца. Уолтера быстро приучили к труду: свои игрушки он делал для себя сам под руководством отца.

    Кольберт Кеннон был протестантом-кальвинистом и своих детей воспитывал в строгом послушании и богобоязни. В юности Уолтер посвятил много времени изучению религиозных трудов, однако со временем у него стали возникать вопросы и сомнения, за разрешением которых он обратился к местному священнику. Однако он встретил строгое и резкое порицание за критику, которой осмелился подвергнуть труды теологов. Эта ситуация во многом способствовала отказу Уолтера от религии и как следствие осложнению отношений с отцом. Кроме этого, огромное впечатление на молодого человека произвела смерть его матери от пневмонии в 1889 г.

    Вместо теологических трудов он стал зачитываться работами Томаса Гексли, ярого противника идеализма, а также книгами многих других ученых, популяризовавших научные идеи, познакомился с эволюционной теорией Чарльза Дарвина. Это занятие породило у У. Кеннона желание учиться в колледже, и он поступил в Гарвардскую медицинскую школу. В 1900 г. он окончил ее, получив степень доктора наук.

    Учась в Гарварде, Кеннон попал под влияние У. Джемса. С одной стороны, он зачитывался его работами, посвященными различным проблемам психологии, с другой — приходил в восторг от его лекций по философии. Находясь под этим впечатлением, он решил заниматься философией и даже сказал У. Джемсу об этом желании. Однако профессор посоветовал ему пойти по другому пути, и Кеннон начал работать под руководством профессора физиологии Генри Боудича. После его отставки он занял место заведующего лабораторией физиологии Гарвардской медицинской школы, где и проводил все свои исследования.

    Первые работы У. Кеннона были посвящены исследованию различных проблем физиологии, и, казалось, ничто не предвещало его обращения к психологии. Однако, изучая, например, двигательные функции пищеварительного тракта, Кеннон обнаружил их связь с эмоциональным возбуждением. В связи с этим он обратился к теории Джемса—Ланге, объяснявшей эмоциональное переживание как отражение соматических изменений. По их мнению, при отсутствии телесных проявлений чувств (биение сердца, дрожание подбородка, губ и т.д.) эмоции совершенно исчезнут.

    Эта теория не несла в своей основе никаких экспериментов и была чисто умозрительной. У. Кеннон решил проверить эту гипотезу, в связи с чем провел ряд экспериментов. Он установил, что при отсутствии соматических проявлений эмоции все же возникают, кроме того, он установил две закономерности. Во-первых, физиологические проявления различных эмоций очень похожи друг на друга и не могут выступать в качестве отличительного признака. Во-вторых, скорость появления и исчезновения этих проявлений значительно ниже, чем скорость развертывания эмоциональных переживаний. Отсюда У. Кеннон сделал вывод о том, что именно эмоции предшествуют физиологическим реакциям, а не наоборот.

    Пытаясь спровоцировать появление тех или иных эмоций, Кеннон выяснил, что физические проявления, вызванные искусственно, не всегда влекут за собой появление соответствующих эмоций. На основе этих экспериментов он сделал вывод, что возникновение эмоций происходит вследствие реакции центральной нервной системы, в частности — таламуса. Таким образом, он вывел новую схему, отличную от концепции Джемса—Ланге, по которой возникновение эмоций и соответствующих физиологических изменений выглядит следующим образом: раздражитель — возбуждение та-ламуса — эмоция — физиологические изменения.

    Немного позже П. Бард дополнил эту концепцию, показав, что эмоции и соответствующие им физиологические проявления возникают практически одновременно. В результате, она получила название теории Кеннона—Барда.

    В 1920-х гг. У. Кеннон разработал теорию гомеостаза — постоянства внутренней среды организма. Он определил, что это постоянство поддерживается за счет саморегуляции, то есть организм сам заботится о постоянном поддержании условий, приспосабливаясь к изменяющейся внешней среде. Сначала ученый изложил это учение в физиологических и медицинских журналах, предназначенных для узкого научного круга. Однако несколько позже Кеннон выпустил книгу «Мудрость тела», где изложил весь материал простым языком, доступным любому читателю. Это вызвало подъем общественного интереса к физиологии. В этой книге ученый не просто объяснил свою теорию, но и показал'обширные возможности применения ее в различных областях науки, в частности в социологии для стабилизации общественных отношений и в экономике для упрочения экономической системы.

    Кенноновская концепция гомеостаза была воспринята многими направлениями психологии и использована для объяснения взаимодействия индивида с окружающей средой. Так, например, нео-бихевиористы видели причину закрепления новой двигательной реакции в освобождении организма от потребности, нарушившей его гомеостаз. В концепции Ж. Пиаже говорилось, что интеллектуальное и психическое развитие происходит в процессе взаимодействия организма со средой, а гештальтпсихологи исходили из того, что психическая система при нарушении соотношений между ее элементами стремится к восстановлению равновесия. Концепция гомеостаза использовалась и в теории поля Курта Левина, считавшего, что возникновение мотивации связано с неравновесием в системе психических функций. Кроме того, резонанс, вызванный теорией Кеннона, ускорил появление идей гуманистической психологии.

    Популярность теории гомеостаза обусловила всемирную известность Кеннона. Огромное количество университетов — Гарвардский, Йельский, Вашингтонский, Бостонский, Парижский, Мадридский, Страсбургский и Барселонский — сделали его своим почетным доктором.

    У. Кеннон занимался и другими проблемами физиологии и психологии, в частности он уделил внимание изучению особого состояния — инсайта, т.е. творческого озарения. Описывая это состояние, он отмечал, что оно зачастую возникает во сне. В качестве примера он приводил не только известные факты инсайта у многих европейских композиторов и ученых, но и свои детские воспоминания, когда он, пытаясь сделать себе сложную игрушку, только во сне понимал, как это возможно.

    После нескольких десятилетий работы в лаборатории У. Кеннон вышел на пенсию и оставил Гарвард. Вскоре он получил предложение занять должность профессора-консультанта в Нью-Йоркском университете, переехал в Нью-Йорк и некоторое время работал там. Заинтересовавшись проблемами электрофизиологии головного мозга, У. Кеннон вместе со своим учеником А. Розенблюмом отправился в Мексику в Институт кардиологии, где провел ряд исследований. Он был уверен в том, что это направление вскоре завоюет популярность и хотел сам попробовать эти методы. Однако возраст не позволял ученому всерьез углубиться в изучение этой области, и вскоре Кеннон вернулся в США. Автобиографическая работа «Путь исследователя», начатая им по возвращении, так и не была закончена. Уолтер Кеннон умер 1 октября 1945 г. во Франклине от лейкемии.

    По образованию У. Кеннон был физиологом, однако его вклад в психологию трудно переоценить. Он разработал теорию саморегуляции организма, этот процесс получил у него название «гомеостаз». Теория гомеостаза была использована во многих областях психологической науки, социологии и кибернетики. Большинство его теорий непосредственно связаны с психологией. Так, он предложил альтернативу принятой в то время теории Джемса—Ланге, подвергнув критическому анализу концепцию своего учителя. Впоследствии она была названа теорией Кеннона—Барда.

    КЕТТЕЛЛ РЕЙМОНД БЕРНАРД.

    Реймонд Кеттелл родился в 1905 г в Англии, в Стаффордшире Там же он получил начальное образование. В 1924 г. Р. Кеттел получает степень бакалавра по специальности «химия» в Лондонском университете После окончания он работает в г. Экзетере в университетском колледже Юго-Запада лектором. В 1929 г. Кеттелл защищает докторскую диссертацию, но уже по психологии, написанную под руководством выдающегося английского психолога Ч. Спирмена.

    С 1932 г. Реймонд Кеттелл берется руководить психиатрической клиникой города Лейсестера. В 1937 г. ему присваивают степень доктора наук Лондонского университета, после чего Кеттелл сотрудничает с Э Л. Торндайком в педагогическом колледже Колумбийского университета Затем он работает профессором психологии в Университете Кларка, а в 1941 г. — лектором в Гарвард-ском университете В 1944 г. Кеттелл снова меняет место работы и переходит в Иллинойсский университет на пост профессора-исследователя в области психологии. Там он руководит лабораторией по исследованию личности и группового поведения.

    В 1940-х гг. Кеттелл публикует множество книг и статей, освещающих психологические исследования различных областей. Он обсуждает традиционные вопросы экспериментальной психологии, социальной психологии и генетики Однако основные его труды в дальнейшем относятся к области систематического исследования личности человека Можно выделить несколько наиболее значительных работ в этом направлении: «Описание и измерение личности» (1946), «Личность, систематическое, теоретическое и эмпирическое исследование» (1950), «Личностное и мотивационное структурное измерение» (1957) и «Научный анализ личности» (1966).

    В определении Кеттелла личность представляет собой систему черт, которым он дает собственную классификацию. По его мнению, черта — это некоторая ментальная сущность, отвечающая за согласованность наблюдаемого поведения. Далее он различает исходные и поверхностные черты. Первые представляют собой реальные внутренние силы личности, лежащие в основе и в дальнейшем определяющие множественные внешние проявления. Поверхностные же черты являются открытыми, видимыми переменными, происходящими на поверхности. Они — всего лишь продукт взаимодействия исходных черт, поэтому не столь значимы. Исходные черты Кеттелл делит на формируемые средой и конституциональные (наследственные).

    С модальной точки зрения ученый различает черты: динамические (приводящие к действию в определенном направлении), черты-способности (определяющие эффективность достижения цели) и темпераментальные (связанные с внутренними мотивами личностных реакций).

    Используя информацию о различных чертах индивидуума, Кеттелл составил очень простое уравнение, характеризующее предположительное поведение человека в конкретной ситуации. Оно имеет вид:

    R = slTl + s2T2 + s3T3 +... + snTn,

    где Т — определенная черта; s — ее оценка.

    Это спецификационное уравнение дает возможность предсказать реакцию индивидуума в будущем на основе характеристик его личности, оцененных в настоящем. Уравнение можно использовать в тестировании.

    Особое внимание в своих работах Кеттелл уделяет более подробному рассмотрению динамических черт Он разделяет их на три группы: аттитюды, эрги и чувства.

    Аттитюд — это, по определению Кеттелла, видимое внешнее выражение внутренней динамической структуры, из которой также выделяются эрги и чувства. Простыми словами, формула аттитюда выглядит примерно так: интерес определенной интенсивности в каком-то действии относительно определенного объекта.

    Эрг можно назвать конституциональной динамической исходной чертой, что-то схожее с инстинктом или врожденной склонностью. В своих исследованиях Кеттелл выявил 10 эргов: голод, секс, стадность, родительская протективность, любопытство, бегство (страх), драчливость, приобретательство, самоутверждение и нарциссическая сексуальность.

    Чувство — динамическая черта, формируемая под воздействием окружающей среды. Оно имеет сходство с эргой, но является не врожденным, а приобретенным. Согласно Кеттеллу чувства имеют тенденцию к организации вокруг значительных объектов культуры, в отношении которых со временем и с приобретением опыта все больше вырабатываются аттитюды. Исследования Кеттелла выявили чувства, связанные с карьерой, спортом, религией, родителями, любимым человеком, а также с собственным «Я». Интересно, что последнее чувство оказалось одним из самых стабильных в проведенных исследованиях

    Взаимосвязь различных уровней динамических черт Кеттелл представил в виде динамической решетки. Она представляет собой мо-тивационную структуру, в первой части которой отображены эрги (базовые биологические импульсы); в середине — чувства, каждое из которых взаимосвязано с несколькими эргами; в третьей части представлена структура аттитюдов, которые соответствуют линиям определенных действий, относящихся к обозначенным объектам. Каждый аттитюд взаимосвязан с несколькими чувствами, а через них является выражением целого ряда эргов.

    Чувству «Я» в исследованиях Кеттелла отведено особенное место. Он считает, что это чувство играет важнейшую роль в активности и развитии личности человека. Оно оказывает влияние на удовлетворенность всех чувств и эргов, поэтому является своего рода «главенствующим» чувством.

    Изучение развития личности Р. Кеттелл производил как на уровне описания временных изменений ее структуры, так и на уровне генетики и измерения влияния окружающей среды. Для оценки влияния наследственности и среды ученый создал метод MAVA (множественный абстрактный анализ вариаций) Исследовались близнецы и сиблинги (братья или сестры), воспитываемые в одной семье. Этот метод выявил интересную тенденцию со стороны влияний среды противостоять проявлениям генетических различий. Кеттелл отнес это явление к закону биосоциального насилия.

    Исследуя явление научения, играющее значительную роль в процессе развития личности, Кеттелл проводит разграничения Он различает классическое, инструментальное и интегральное научения. Классическое обуславливание включает в себя эмоциональные реакции на воздействия окружающей среды. Инструментальное обуславливание играет значительную роль в построении динамической решетки. Особый интерес представляет одна из его форм, которую Кеттелл назвал «слитным научением». При этом научении определенное поведение (или аттитюд) является путем достижения сразу нескольких целей. Интеграционное научение предполагает стремление индивидуума к максимизации общего долговременного удовлетворения, при этом выражая отдельные эрги и подавляя или вытесняя остальные.

    Значительное влияние на формирование личности оказывают множественные социальные институты. Кеттелл придавал большое значение социокультурным детерминантам поведения. Наибольшее влияние на личность человека оказывает семья, затем также весьма значимыми для индивидуума институтами являются профессия, школа, группа сверстников, религия, политическая партия, а также нация. Их влияние протекает одним из трех способов:

    1) умышленное намерение создать определенный тип личности;

    2)  ситуационные или экологические факторы приводят к эффектам, не предусмотренным обществом;

    3) индивид может сам определить для себя необходимость дальнейшего изменения личности вследствие важных мотивов.

    Весьма важно описать и дифференцировать по определенным параметрам различные социальные группы или институты для дальнейшего исследования как отдельной личности, так и определенной социальной группы, а также взаимоотношений между ними. Кеттелл вывел 28 положений относительно отношений между индивидуальной личностью и так называемой групповой синтальностью.

    Следует также отметить, что Р. Кеттелл провел интересные психологические исследования в области: юмора (1947), музыкальных предпочтений (1954), лидерства (1954), интеллекта (1963), психопатологии (1966), креативности (1968), установки на реакции (1968).

    Умер Кеттел 2 февраля 1998 г в возрасте 92 лет в своем доме на Гавайях. За свою долгую и невероятно продуктивную жизнь он опубликовал около 35 книг и 400 статей, в которых главным образом разрабатывал теорию личности.

    КЛЯЙН МЕЛАНИ.

    Мелани Кляйн родилась 30 марта в 1882 г. Детство Мелани было чрезвычайно тяжелым: в 44 года ее ртец, врач по профессии, женился на 25-летней девушке. Из-за того что отец Мелани не мог содержать семью, его молодой жене пришлось открыть небольшую лавку. Когда Мелани было пять лет, у нее умерла сестра, а в 20-летнем возрасте умер брат, страдавший болезнью сердца.

    Еще в 15 лет Мелани твердо решила посвятить свою жизнь медицине. В 17 лет она встретила химика Артура Кляйна, а когда ей исполнился 21 год, вышла за него замуж и отказалась от изучения медицины, начав заниматься в Венском университете историей и историей искусств, правда, это обучение она так и не закончила. Перед началом Первой мировой войны семья Кляйн поселилась в Будапеште, где Мелани впервые узнала о психоанализе. В это время она познакомилась со знаменитым венгерским психоаналитиком Шандором Ференци и прошла у него курс обучающего психоанализа, во время прохождения которого она заинтересовалась ребенком родственников, у которого выявились эмоциональные расстройства. 19 июля 1919 г. Мелани Кляйн прочитала свой первый доклад на Международном психоаналитическом конгрессе, состоявшемся в Будапеште. Осенью же 1919 г. она стала полноправным членом Международного психоаналитического общества.

    Знакомство с Фрейдом произошло на Международном психоаналитическом конгрессе в Гааге в 1920 г. Огромное впечатление Кляйн произвела на Карла Абрахама, который пригласил ее переехать в Берлин и начать там психоаналитическую практику.

    После развода с первым мужем в 1923 г. Мелани вместе с детьми переселилась в Берлин, где стала первым детским психоаналитиком в только что открывшемся Берлинском психоаналитическом институте.

    Одной из заслуг Мелани Кляйн стало создание ею психоаналитической игровой техники, смысл которой заключался в следующем: свои игрушки ребенок использует прежде всего для того, чтобы символически, в игре, проявить свои переживания, фантазии и страхи. Первоначально Мелани Кляйн в целях истолкования игры ребенка использовала фрейдовский метод толкования сновидений. Однако впоследствии она, наблюдая за игрой детей, небезуспешно перешла к использованию метода свободных ассоциаций.

    Мелани Кляйн при лечении с самого начала старалась строить с детьми отношения, основанные на абсолютном доверии, свободные от всяких воспитательных воздействий. Именно в такой атмосфере и должен проводиться сеанс психоанализа, неважно, кто является пациентом — ребенок или взрослый.

    На основании постепенно накапливаемого опыта Мелани стала в своей теоретической работе придавать огромное значение орально-садистским стремлениям и их роли в формировании деструктивных фантазий.

    После смерти Абрахама в 1924 г. М. Кляйн была приглашена в Лондон для прочтения серии докладов по приглашению известного психоаналитика Эрнеста Джонса. В это время в Берлине обострились антисемитские настроения и участились критические выпады в адрес М. Кляйн и ее научной деятельности со стороны членов Берлинской группы. Впоследствии Кляйн переехала в Лондон и вступила в Британское психоаналитическое общество.

    В 1930 г. М. Кляйн приступила к работе со взрослыми невротиками. При этом она неоднократно отмечала, насколько сильно помогает ей имеющийся опыт лечения детей, страдающих эмоциональными расстройствами.

    С самого начала работы с детьми была замечена огромная противоречивость метода психоанализа, которого придерживалась Анна Фрейд. Кляйн полагала, что детский психоанализ по своему стилю не должен отличаться от стиля работы со взрослыми.

    Одним из достижений Мелани Кляйн является открытие очень ранних форм функционирования сферы «Я», проективных и инт-роективных механизмов и их роли в развитии психического мира ребенка, а также открытие очень ранней предварительной фазы Эдипова комплекса.

    Создание концепции депрессивной позиции является еще одним большим вкладом в науку, сделанным Мелани Кляйн. По ее мнению, эта депрессивная позиция появляется после принятия ребенком в свой психический мир матери как целостного объекта.

    Кляйн также открыла и определила страхи и механизмы особой фазы, которая была ею определена как параноидально-шизоидная позиция; именно в рамках данной фазы, по убеждению Кляйн, и находится тот пункт фиксации, который порождает психоз.

    К концу жизни Кляйн особенно выделяла значение оральной зависти и ее влияние на фазы раннего развития ребенка.

    Обобщение наблюдений, создание произвольных концепций о раннем психическом развитии — все это очень скоро привело ее к конфликтам с психоаналитиками-ортодоксами. Склонность Кляйн к интерпретациям, которые использовались ею для регулирования уровня тревоги пациентов, привела к вынужденному отказу от некоторых догматов, выдвигаемых аналитиками классического направления. Некоторые психоаналитики, принадлежащие к ветви классического психоанализа, даже стали считать Кляйн и ее взгляды опасными для психоаналитического учения.

    В это время эмиграция в Лондон немецких и австрийских психоаналитиков, бежавших от фашистского режима, достигла своего пика. Работа Британского психоаналитического общества сконцентрировалась на эго-психологии и вытекающей из нее техники. Именно в это время многие британские психоаналитики под влиянием своих более консервативных немецких и австрийских коллег отвернулись от идей Кляйн. Даже Эдвард Гловер, вначале полностью разделявший идеи Кляйн и пригласивший ее в Лондон, стал строгим критиком.

    Несмотря на расхождение во взглядах, вызванное ее работами, сама Кляйн считала себя последовательной продолжательницей дела Фрейда. Она была глубоко уверена, что все написанные ею работы, теоретические и технические инновации представляют собой лишь дальнейшее развитие и расширение идей основателя психоанализа.

    В своих работах Мелани Кляйн особенно подчеркивала важность переноса. Формирование переноса на психоаналитических сеансах, по ее мнению, было технически намного более значимым, чем реконструкция прошлого. При изучении возникновения переноса Мелани Кляйн особенно выделяла процессы проекции и интроекции.

    Классическому подходу к проведению психоанализа свойственно идти от поверхности в глубину, от генитальной сферы к доге-нитальной. М. Кляйн же изначально концентрируется на уровне, на котором особенно сильно проявляется страх пациента и на котором, собственно, и строится система взаимодействия врач — пациент. В процессе переноса происходит проекция внутреннего мира пациента на аналитика, в результате чего активизируются не только настоящие, но и прошлые переживания.

    «Всплывающие» на сеансах психоанализа негативные и позитивные переживания рассматриваются в их соотношении с событиями, происшедшими в жизни пациента. Феномен зависти, будучи рассмотренным в качестве одного из наиболее разрушительных факторов аналитического процесса, предоставил огромные возможности для эффективной работы с негативными терапевтическими реакциями и другими формами сопротивления, оказываемого пациентом. Современные технические достижения позволили оказывать эффективную и своевременную помощь психотикам.

    В Британском психоаналитическом обществе сформировалась оппозиционная представителям классического психоанализа группа «кляйнианцев». Однако бурные споры так и не стали поводом для окончательного раскола общества. А после Второй мировой войны эти две группировки проявляли по отношению друг к другу терпимость, которая со временем переросла в сотрудничество.

    После окончания Второй мировой войны Мелани Кляйн работала в качестве обучающего аналитика и супервизора, не принимая активного участия в работе Британского психоаналитического общества. В 1951 г. ею была выпущена работа «Зависть и благодарность», а в 1961 г., уже после ее смерти, появилась книга «Описание анализа ребенка».

    Вплоть до самой смерти Мелани Кляйн продолжала психоаналитические исследования (работа о трилогии Эсхила «Орестея»). В 1960 г. Кляйн перенесла операцию и умерла в этом же году от эмболии легочной артерии.

    КРЕЧМЕР ЭРНСТ.

    Эрнст Кречмер родился 8 октября 1888 г. в Вюстенроте близ Хайльбронна (Германия). В 1906 г. он начал изучать философию, всемирную историю и историю искусств в университете города Тюбинген, но вскоре меняет специализацию и учится медицине в Мюнхене, посещая в том числе занятия по психиатрии, которые вел Э. Крепелин. Кречмер также стажируется в госпитале «Eppendorf» в Гамбурге и в Тюбингене у Р. Гауппа, под патронажем последнего он защищает в 1914 г. докторскую диссертацию на тему «Развитие бреда и маниакально-депрессивный симптомокомплекс».

    С началом Первой мировой войны Кречмер — на военной службе при неврологическом отделении военного госпиталя. В 1918 г. он становится приват-доцентом в университете Тюбингена; публикует работу «Сенсетивный бред отношения», которую высоко оценил Карл Ясперс. В 1926 г. его приглашают профессором психиатрии и неврологии в Марбургском университете. В 1946—1959 гг. он занимает должность директора Неврологической клиники в университете Тюбингена.

    Умер Эрнст Кречмер 9 февраля 1964 г. в Тюбингене, до послед-них дней жизни руководя созданной им лабораторией конституциональной и трудовой психологии.

    Основная направленность работ Кречмера может быть определена, как всестороннее изучение физической морфологии, т.е. особенностей строения тела человека. Предшественниками данного автора, начавшими изучение физической морфологии с рассмотрения отдельных участков человеческого тела в их связи с особенностями психики, были Траваглино, Фершуер, Фридеман, Керпер, Ледерер и др.

    В частности, сам Кречмер упоминает в своей главной работе «Строение тела и характер» о том, что по отдельности была рассмотрена связь психический явлений и состояний с расовыми особенностями людей, со строением рук, а также с возрастными отличиями.

    Мысль, которая заставила Кречмера взяться за столь глобальное рассмотрение связи телесности и психики, была следующая: существует ли возможность «различать при исследовании форм строения тела только... толстых и худых», выделяя в качестве промежуточного класса между ними людей со средним, т.е. атлетическим телосложением. При подобном делении после проведения многочисленных исследований и сравнений оказывается, что все три группы индивидов, подходящих под основные категории «толстоты» или «худобы», существенным образом различаются между собой по биологическим показателям, например, по особенностям нервно-психических реакций, эндокринной системы, состоянию скелета и даже форме головы. Например, люди, склонные к ожирению, всегда имеют проблемы с обменом веществ, имеющие среднее телосложение обладают более грубыми костями скелета, а астеничные индивиды чаще всего наделены яйцеобразной формой лица.

    Рассмотрев множество сравнительных таблиц, Кречмер пришел к выводу, что всю массу исследованных индивидов можно разделить на два типа: шизотимный и циклотимный. При этом обе группы выступают своего рода отклонениями от нормы, каковой является так называемый пикник, т.е. человек со средним телосложением. С наличием у человека склонности к той или иной группе психолог связывает также и своего рода причинно обусловленную физиологией психическую картину, однозначно связывая циклотимный тип телосложения с предрасположенностью к циклическим психическим заболеваниям, а шизотимный тип — с шизоиднывми формами проявления патологии психики.

    Наличие предрасположенности к тому или иному телосложению (и соответственно — к тому или иному психическому заболеванию) Кречмер усматривает уже в наследственности, т.е. в физическом и психическом состоянии старших поколений семьи. Здесь необходимо сказать несколько слов о том, почему именно возможность психических заболеваний и наличие их симптомов настолько сильно и живо интересовали психологов и психиатров XIX в.

    Когда в эпоху капитализма промышленное производство достигло достаточно высокого уровня развития, перед наукой встала проблема изучения физического и психического состояния не только рабочих, но и тех, кого сейчас принято именовать средним классом. Психика зажиточных буржуа, предоставленных самим себе по причине обеспеченного досуга и отсутствия необходимости работать, чтобы прокормить себя и семью, оказалась более чем плодотворной почвой для развития в ее недрах многочисленных неврозов и психозов Явление это настолько широко распространилось, что вызвало необходимость развития психиатрии и все большего увеличения числа врачей, могущих оказать посильную помощь страдающим нервными недугами.

    Однако вернемся к учению Кречмера. В своей главной книге психолог пришел к выводу, что вполне возможно предполагать наличие ряда заболеваний у индивидов с определенным строением тела. Так, для шизотимных субъектов он считал наиболее вероятными шизофрению, периодическую паранойю и парафрению. Для циклотимного же типа телосложения более характерны классический вариант слабоумия и маниакально-депрессивный психоз, а также склонность к депрессиям.

    Очень интересным наблюдением является идея о том, что представители пролетариата и крестьянства, т.е. люди, весь день которых занят физическим трудом, в подавляющем своем большинстве астеники, т.е. худы, имеют вытянутые лица, ярко выраженную агрессивность и быстрый ум. В то же время ожиревшие субъекты чаще добродушны, их реакции замедленны, лицо круглой формы, они чаще лысеют Действительно, уже в древние времена наблюдательные люди заметили связь между характером и физиологией человека. Вот какие примеры приводит сам Кречмер: человек, склонный к интриге, часто сутулится и покашливает, старуха с дурным глазом имеет лицо, похожее на птичье, пошляк и пропойца чаще всего толст и краснонос, женщина из простого народа низкоросла, кругла, с широкими бедрами, а аристократка высока, худа и узкокостна. Таким образом, если даже многовековые наблюдения людей друг за другом показывают существование подобной связи между телом и характером, то научные данные не могут этого не подтвердить. Ведь вполне вероятно, что образы, которые отложились в памяти народа, могут стать объективными свидетельствами действительных явлений и закономерностей.

    Для того чтобы подкрепить свои выводы результатами исследований психиатров, Кречмер заимствовал у Крепелина деление всех психических заболеваний на две основные группы циркулярные, или маниакально-депрессивные, и шизоидные. На их основу Кречмер наложил свое собственное деление физиологических особенностей на циклотимные и шизотимные, в результате чего получилась довольно стройная система, подтверждавшаяся данными исследований реальных психически больных. Психолог считал, что типы строения тела не только соответствуют обоим психиатрическим типам, но и имеют более тесную связь с психологическими типами, которые принято считать нормальными, также связанными с наследственностью.

    Кречмер выстроил в своей книге «Строение тела и характер» поистине грандиозную схему телесной конституции человека по следующим параметрам:

    1. Лицо и череп.

    2. Строение тела.

    3. Поверхность тела.

    4. Железы и внутренности.

    5. Размеры.

    6. Время наступления душевного расстройства.

    7. Резюме физического статуса.

    8. Тип личности.

    9. Наследственность.

    Ученый предположил, что использование созданной классификации позволит оперативно получать более точные данные относительно подтверждаемых соответствия физиологических и психологических особенностей, а также намного упростить и облегчить составление каталогов по каждой из представленных болезней.

    На основе собранных в ходе клинических исследований с применением помещенной выше таблицы Кречмер собрал огромный архив данных, на основе которых им были сделаны следующие выводы: за последние несколько лет (современная ему эпоха) в Германии чаще всего выделялись представители четырех типов, определения которых были заимствованы у французских коллег-психиатров (церебральный, респираторный, мускульный и дигестивный типы). Два последних типа в значительной степени приближаются к тому, что было определено ученым как атлетический и пикнический типы конституции. Однако многие положения французских ученых относительно первых двух типов подвергались критике, в частности, за отражение в них идеи о расовом превосходстве (так, например, по отношению ко второму типу бытовало мнение, что народности и отдельные индивиды с сильно развитой нижней челюстью более близки к нашим доисторическим предкам — гориллам, что говорит о слабом умственном развитии, склонности к аморализму и преступному поведению). Точно так же трактовался третий тип, считавшийся однозначно показателем просвещенности и цивилизованности, высокой духовности в связи с особо крупными размерами головы.

    В противовес подобным однобоким выводам Кречмер выступил с идеей, которая изменила всю сущность подхода к физической морфологии: тип, представленный в классификации, охватывает всего человека в целом, его тело и психику, даже его социальные связи, поэтому однозначные утверждения возможны лишь тогда, когда вскрыты все закономерные взаимоотношения между типом телосложения и сложными психическими явлениями и особенностями данного конкретного организма. При этом предложенные типы не являются идеальными и имеют возможность постоянно совершенствоваться, оставаясь базовой программой для исследователя.

    ЛАКАН ЖАК.

    Жак Лакан родился в 1901 г. Он получил философское образование в Париже, где в то время были очень популярны теории Зигмунда Фрейда. Именно такое образование позволило Лакану взглянуть позже на творчество Фрейда по-новому, опираясь на философию, психиатрию, а также сюрреализм в искусстве.

    Находясь под влиянием взглядов основателя психоанализа, Лакан защитил в 1932 г. докторскую диссертацию, посвященную проблемам паранойи. При написании этой работы он использовал технику психоанализа собственной личности и особо концентрировался на возникающем при этом механизме сопротивления. Между тем Зигмунд Фрейд не проявил к его диссертации никакого интереса и мягко дал понять, что его труды не представляют никакого теоретического интереса.

    В это время Жак Лакан посещал семинары Кожева, где у него возникла идея о постановке проблемы генезиса «Я» путем философских размышлений. Он начал разрабатывать свою первую теорию воображения и осознания, которая сопоставляла доктрины Гегеля и Фрейда.

    Очень большое значение для дальнейшего развития взглядов Лакана имело его знакомство с трудами Анри Валлона. Валлон придерживался идеи Дарвина, согласно которой превращение индивида в субъект происходит по законам природной диалектики. В плане этой трансформации, в том случае, когда перед ребенком встает проблема решения собственных конфликтов, опыт зеркала предстает как один из обрядов пути, который протекает примерно между шестым и восьмым месяцами жизни. Он позволяет ребенку осознать себя самого и научиться идентифицировать себя в пространстве. Этот опыт состоит в первую очередь в освоении и осмыслении перехода от зрительного восприятия к воображаемому, а затем — от воображаемого к символическому.

    Заимствование идеи «стадии зеркала» из работ Анри Валлона оказалось для Лакана решающим. Он очень подробно рассмотрел эту теорию, так что имя Анри Валлона оказалось практически вычеркнутым из истории науки, а создателем теории «стадии зеркала» и открывателем самого термина считается именно Лакан.

    Надо сказать, что лакановское истолкование теории «стадии зеркала» это нечто большее, нежели просто развитие взглядов Анри Валлона. У Лакана стадия зеркала уже не имеет ничего общего ни с реальными стадиями, как и с реальным зеркалом, ни даже с каким-либо конкретным опытом. Она представляет собой скорее своего рода психологический процесс, а точнее — онтологический, в котором проявляется субъект в его самоидентификации посредством установления системы подобий. Эти подобия он начинает осознавать подобно тому, как ребенок начинает узнавать самого себя, глядя в зеркало.

    Несколько позже он более подробно определил этот процесс. По его мнению, это особенное восприятие объясняет возникновение идеи единства человеческого тела. Это единство обязательно должно быть установлено и утверждено в сознании, поскольку человеку, по мнению Лакана, свойственно постоянно испытывать страх перед угрозой возможного распада на фрагменты. Эта гнетущая мысль возникает в сознании примерно к концу шестого месяца жизни ребенка.

    В то время как Лакан создавал свои первые теории, процесс распространения психоаналитических концепций в Европе усложнялся. Он характеризовался серьезным расколом, возникшим между венским и английским обществами психоанализа. Участниками этого конфликта были, с одной стороны, единомышленники Анны Фрейд, продолжавшей в Вене развивать теории отца, а с другой — английские психологи, разделявшие теории Мелани Кляйн. Значительной вехой в развитии этого спора стал конгресс в Мариенбаде, начавшийся 31 июля 1936 г.

    Этот конгресс был для Жака Лакана первым серьезным испытанием и сыграл в его жизни огромную роль. Во время симпозиума, посвященного терапевтическим результатам психоанализа, конфликт между двумя партиями достиг, наверное, своего апогея. И вот в такой ситуации 3 августа во время второго заседания конгресса на трибуну поднялся Лакан. Через десять минут Эрнест Джонс, который был тогда председателем Лондонского общества и вел заседание, попросил его прервать выступление.

    Лакан собирался сделать официальный доклад о том, к каким теоретическим обобщениям ему удалось прийти в процессе разработки теории «стадии зеркала». Уезжая на следующий день с конгресса, он не оставил для публикации текста своего выступления, но в 1938 г. поместил основные мысли в статье, посвященной проблемам семьи и опубликованный во французской энциклопедии, в томе «Психология». Также во многом благодаря подробным заметкам, сделанным во время конгресса, содержание этого знаменитого доклада широко известно.

    Доклад был поделен на много частей: субъект и «Я», тело и осознание его, выражение человеческой формы, либидо, образ тела, образ двойника и удвоенный образ, либидо и рабство, влечение к смерти, разрушение жизненных объектов, нарциссизм и его связь с символикой человеческого сознания, образ Эдипа, близнецы. Основное внимание уделялось проблеме интерпретации понятия адаптации. Лакан проводил в докладе мысль о том, что человек не приспосабливает себя к действительности, но пытается ее приспособить к себе. Новое «Я», создаваемое в ходе приспособления к реальности, — это на самом деле двойник, с которым индивид может идентифицировать себя самого.

    Уехав из Мариенбада, он отправился прямо в Берлин, чтобы присутствовать на открытии Олимпийских игр. Он был настолько убежден в собственной идее о постоянном страхе личности быть разорванной на части, которую он сформулировал в своей стадии «зеркала», что попытался применить ее к немецкой действительности. Именно в эти дни, проведенные в Берлине, у него возникла собственная теория фашизма. Как он полагал, нацисты в глубине души испытывали страх перед толпой и именно поэтому так последовательно стремились организовать и подчинить ее. И Лакан считал, что именно этим страхом объяснялось и стремление самого Гитлера непременно установить четкую иерархию уже внутри самой нацистской организации.

    В том же 1936 г. Лакан начал работать над своим произведением «По ту сторону принципа реальности», где излагал в сжатой форме все идеи, заимствованные у Валлона, Фрейда и на семинарах Ко-жева. Таким образом, Мариенбадский конгресс оказал на Лакана огромное влияние, спровоцировав всплеск его творческой силы и энергии.

    Несмотря на признание огромного вклада Фрейда в психоанализ, Лакан относился к его творчеству не как к догме, а, скорее, как к тому, на базе чего может быть создано новое учение. Вместо знаменитой триады «Оно — Я — Сверх-Я» Лакан в работах 1955— 1957 гг. вывел свою: «реальное — воображаемое — символическое». Реальное — это самая сокровенная часть психики, всегда ускользающая от образного представления и от словесного описания. Реальное психики непостижимо настолько, что, характеризуя его, Лакан постоянно употреблял кантовский термин «вещь в себе». Воображаемое — это то, что роднит нашу психику с психикой животных, поведение которых регулируется гештальтами. Человек в своем онтогенезе тоже непременно попадает под власть образов. Это происходит на так называемой стадии зеркала, или воображаемого, в возрасте от 6 до 18 месяцев, когда ребенок начинает узнавать себя в зеркале и откликаться на свое имя. Символический уровень у Лакана ни в коем случае не является набором символов, а представляет собой лишь определенную необходимость, появляющуюся в человеческой жизни в связи с системой означающих.

    Огромное внимание в творчестве Жака Лакана уделялось речи. Еще до своего рождения человек попадает под влияние речевого поля других людей, которые каким-либо образом выражают свое отношение к его появлению на свет и чего-то уже ждут от него. Эта речь других людей — по лакановской терминологии речь Другого — и формирует символическое субъекта.

    Для маленького ребенка знакомство с миром и с речью Другого начинается с невозможности поддержания адекватного внутриутробному единства с телом матери из-за неизбежных «упущений» самой заботливой матери. Мать время от времени покидает ребенка. Этому есть множество причин, ребенку неясных, продиктованных правилами культурного мира, не позволяющих современной женщине носить ребенка на своем теле. Разлуки с матерью представляются ребенку бессмысленным мучительством, капризами до того времени, пока он, во-первых, не овладеет речью и, во-вторых, не узнает об анотомической разнице полов.

    Лакан объяснял это следующим образом открытие анатомической разницы полов и факта кастрации матери дает наконец объяснение, чего же ради мать покидала ребенка Овладение человеком речью (а более по-лакановски — овладение речью человеком) позволяет понять, что же именно говорила мать, оставляя ребенка: она называла имя отца. Итак, во всех межличностных контактах, для которых отношения между матерью и ребенком становятся первой моделью, имя отца является первым словом, возвещающим закон и символический порядок мира нашей патриархальной культуры. Имя отца разрывает телесную связь ребенка со своей матерью и устанавливает символический принцип членства в человеческих сообществах.

    Жак Лакан умер в 1981 г. Его творческое наследие огромно, и с течением времени интерес к нему только возрастает. Лакана называют французским Фрейдом, подчеркивая, какое важное место занимают его работы в истории психоанализа. Творчество Лакана неудобно для прочтения во многом из-за того, что психолог не ставил перед собой цели донести свои идеи до широких масс. Но, несмотря на то что в России его работы начали появляться сравнительно недавно, они уже завоевали огромную популярность среди специалистов и людей, интересующихся психологией и психоанализом.

    ЛЕВИ-БРЮЛЬ ЛЮСЬЕН.

    Люсьен Леви-Брюль родился 10 апреля 1857 г в Париже После окончания гимназии он поступил в Сорбонну, где получил философское образование, после чего работал учителем в средних школах городов Потье, Амьена и Парижа После получения в 1884 г докторской степени он продолжил преподавательскую деятельность в Независимой школе политических наук, а также в Высшей нормальной школе и в Сорбонне.

    Сначала Леви-Брюля интересовали философские проблемы, в том числе проблема морали В 1899 г у него вышла книга «История современной философии во Франции», в 1903 г — «Философия Огюста Конта», а в 1905 г — «Этика и наука о нравах» Ознакомившись с позитивистскими идеями Конта, Леви-Брюль начал интересоваться проблемами социологии, стал изучать социальные процессы, занимался проблемами методологии интерпретации социальных фактов Он принял идею изначального существования коллектива и коллективных представлений как определяющей черты мышления на начальных стадиях, а позже развил эту идею в целую теорию коллективных представлений .

     Со временем Л Леви-Брюль заинтересовался этнографией и обратился к изучению своеобразия сознания народов Африки, Австралии, Океании, находившихся на низкой ступени общественно-исторического развития   Он изучал мифы и легенды этих народов, их верования и обычаи.

    В одной из первых своих работ Леви-Брюль высказал мысль о том, что анимистические компоненты сознания человека, находящегося на низкой ступени развития, аналогичны мыслительным процессам ребенка Кроме этого, он называл и еще одно сходство дикарь и ребенок, по его мнению, склонны одинаково одухотворять явления природы, наделяя их человеческими свойствами.

    В работе «Умственные функции в низших обществах», изданной в 1910 г , Леви-Брюль раскрывает свою теорию первобытного мышления По его мнению, существует несколько разных типов мышления Они различаются настолько, что психику первобытного человека или человека, стоящего на очень низкой ступени общественно-исторического развития, невозможно понять, еста исходить из данных, полученных на основании изучения психологии взрослых или детей из современного общества, или на основании изучения психологии невротика Таким образом, Леви-Брюль полемизировал с теорией психологического эволюционизма Спенсера, с теориями анимизма Вундта и Боаса, а кроме того, с психоанализом Фрейда.

    Ученый утверждал, что мышление первобытного человека относится к дологической (или пралогической) фазе Пралогическое мышление — одно из основных понятий в теории Леви-Брюля, он раскрывал его суть в различных своих работах По мнению психолога, это ранний этап развития мышления, на котором формирование его основных логических законов еще не завершено Прежде всего отсутствуют законы противоречия, главную роль играют ассоциации Объем знаний первобытного человека ограничен, индивидуальные представления, которые он черпает из своего опыта, являются плодом не размышления и рассуждения, но преимущественно — чутья, интуиции, предположений.

    Мысленное расчленение предметов и явлений и мысленное их объединение осуществляются по совершенно иным принципам, чем это делается человеком из цивилизованного мира Существование причинно-следственных связей осознанно, но сущность их выступает в мистифицированной форме В этом случае все природные и социальные ситуации воспринимаются как процессы, происходящие под покровительством и при противодействии незримых сил.

    Пралогическое сознание мыслит не понятиями, а образами, а потому оно не ориентировано на установление логических отношений, а подчиняется закону партиципации (сопричастия) Этот закон наделяет все предметы и явления свойством единосущности, т е они объединяются не по качественным свойствам, а по приписываемым им мистическим качествам.

    В большинстве своих работ Леви-Брюль исследует, как действует и как проявляется пралогическое мышление в разных сферах жизни и сознания отсталых народов или низших обществ: в языке, в системах счисления, в лечении больных, в погребении умерших, в обряде посвящения и некоторых других. Особое внимание он уделял тому, как происходят переход от пралогического к логическому типу, постепенное расчленение туманных предпонятий, индивидуализация представлений о таинственных силах, развитие понятий.

    Леви-Брюль не считает пралогическое мышление просто одним из ранних этапов сознания, существовавшим у древних народов. Пралогическое и логическое — не сменяющие друг друт, а сосуществующие типы мышления. С развитием общества сектор логического мышления увеличивается, оттесняя пралогическое, но при этом коллективные представления всегда будут сохраняться, выражая интенсивно переживаемую сопричастность. Они выражаются в основном в религии, морали, обрядах и т.д., т.е. в так называемых коллективных представлениях.

    Будучи последователем Дюркгейма, Леви-Брюль заимствовал у него понятие «коллективные представления». По Дюркгейму, коллективные представления являются компонентами системы знаний, мнений, норм поведения, сложившихся в социальном опыте. Это понятие использовалось Дюркгеймом и его последователями для объяснения социального происхождения человеческой психики, которая имеет дуалистический характер: социальное в структуре сознания противопоставляется индивидуальному. По мнению Л. Леви-Брюля, сознание первобытного человека не отличается в чувственно-моторной сфере от сознания цивилизованного человека, но воспринимает мир через призму «коллективных представлений».

    Л. Леви-Брюль связал функционирование таких представлений с определенной формой сознания, существующей преимущественно в первобытных обществах. Этим обществам свойственны, во-первых, строгая социализация, а во-вторых, тип мышления по принципу партиципации. Сопричастие, партиципация, таким образом, становится ключевым понятием при рассмотрении социальных отношений и коллективных представлений. Основанные на них формы мышления характеризуются эмоциональной вовлеченностью (партиципацией) и противостоят абстрактному мышлению, которое базируется на логике и содержит минимум эмоциональности.

    В 1925 г. Леви-Брюль вместе с Паулем Риветом и Марселем Мос-сом основал Институт этнологии. Он активно участвовал в работе института, читал лекции по психологии, проводил семинары и конгрессы.

    В 1930 г. Леви-Брюль выпустил книгу «Первобытное мышление». В это время он уже отказался от теории пралогического мышления, но продолжал разрабатывать проблему партиципации. Последнюю он считал фундаментальным для человека качеством, в большей степени присущим первобытному обществу и в меньшей — современному. Что касается социальной партиципации, то ее Л. Леви-Брюль рассматривал как одно из проявлений, частный случай этого фундаментального качества.

    В своей работе он анализировал реальность, выраженную мифологическим языком. Он утверждал, что если восприятие существ и природных объектов носит «мистический характер», то представление о них получает мифологический характер, т.е. содержит «мистический элемент», который заключает в себе нечто большее, чем реальное, «позитивное» содержание события. Значит, то, что воспринимается в таком представлении, есть чувство родства с «мистической» реальностью. Таков, по мнению Л. Леви-Брюля, ключ к адекватному пониманию мифологии.

    В «Записных книжках», изданных после его смерти, он уже несколько отошел от концепции «коллективных представлений». Лю-сьен Леви-Брюль умер 13 марта 1939 г. Современные психологи считают, что Леви-Брюль несколько преувеличил значение пралогического мышления. В то же время элементы этого мышления психопатологи находят у больных, страдающих различного рода расстройствами психики. Разработав теорию коллективных представлений, он поставил проблему социальной обусловленности человеческой психики и поведения, внес важный вклад в понимание человека и общественной жизни.

    ЛЕВИН КУРТ.

    Известный психолог и социолог Курт Левин родился в Германии 9 сентября 1890 г Его семья принадлежала к еврейской диаспоре, родители Курта исповедовали иудаизм С 1926 г и до прихода к власти нацистов он занимал должность профессора в Берлинском университете, в котором прежде проходил обучение и защитил докторскую диссертацию по психологии (1914) В 1933 г , когда партия Гитлера оказалась у власти и начались массовые репрессии евреев, Левин был вынужден покинуть родину и эмигрировать в Соединенные Штаты Америки, где он проработал два года в университете Стэнфорда В последующие девять лет Левин преподает в университете Иова С 1944 г и до своей смерти 12 февраля 1947 г ученый руководит центром по изучению групповой динамики при Массачусетском технологическом институте.

    Уже со времен своей университетской юности Левин испытывал серьезный интерес к одному из новых и прогрессивных на тот период времени направлений в психологии, а именно к геш-тальтпсихологии После того как ученый отслужил в армии и вернулся в тогда еще родной Берлинский университет, он сблизился с кружком гештальтистов, пытавшихся внести новую струю в классическую психологию Молодые рыцари науки собирались обогатить психологию самыми современными достижениями прочих наук и ассимилировать их таким образом, чтобы получить как можно больший эффект В частности, большое внимание они уделяли современным достижениям естественных наук, а именно неклассической физики В то время достижения этой науки расширили горизонты всех людей, привыкших мыслить категориями средневековой метафизики, зашоренной однозначностью и догматичностью.

    Основным источником вдохновения для гештальтистов были идеи физика Бриджмена (в частности большой интерес вызывала идея о промежуточных переменных) К этим идеям добавились в 1920-е гг выводы философской школы неопозитивизма (так называемый логический позитивизм), в основе которых лежало признание языка физики единственно научным и стремление свести к нему все прочие языки гуманитарных, естественных и точных наук Исходя из подобных предпосылок, психология могла рассматриваться гешталь-тистами исключительно как учение о психологических фактах (подобных фактам природным).

    Однако с течением времени Левин, первоначально полностью поддерживавший идеи гештальтпсихологии, стал все более отходить от нее, внося в учение свои личные достижения Так, он заинтересовался физикой не как учением об операциональных процедурах и о перспективах сведения неопределенных психологических понятий к физическим терминам, а как основанием возможности таких интеллектуальных приемов, которые могли бы обеспечить триумф новой, обновленной психологии.

    Первой важной работой Левина стала книга под названием «Сравнительная наука о науках» В ней он предпринял серьезное методологическое исследование, касающееся различий и приемов, с помощью которых два таких великих корифея науки, как Аристотель и Гегель, объясняют явления природы (имеются в виду произведения Аристотеля «Физика» и Гегеля «Философия природы») В своем исследовании ученый пришел к выводу, что симптомом прогресса в любой науке является переход от так называемых вещных понятии (т е понятий, которые ученые пытаются представить как некие существующие в природе, реальные вещи) к «реляционным» понятиям (т е таким, которые уже не претендуют на статус обязательно существующих и подразумевают возможность разночтений, отличных одно от другого истолкований) Следовательно, и в психологии неминуемо должен быть совершен подобный же переход, и наука должна наконец начать интерпретировать изучаемые явления не как однозначно определенные вещи, а как изменчивые отношения.

    В 1917 г Левин опубликовал свою самую знаменитую работу под названием «Психическая деятельность при задержке волевых процессов и основной закон ассоциации» Книга быстро приобрела известность во всем мире и принесла автору заслуженный успех В названной книге ученый критиковал понятие о детерминирующих тенденциях, сложившееся в вюрцбургской школе психологии и применявшееся к трактовке волевого акта, объясняемого как способность субъекта преодолевать привычные ассоциации, т.е. предполагалось, что имеется двойная детерминация процессов сознания: с одной стороны, ассоциации детерминированы своими собственными законами, а с другой — целями субъекта этих ассоциаций.

    Левин подверг критике подобное толкование и предложил вместо него собственное видение проблемы. Он считал, что ассоциация представляет собой всего лишь звено в сцеплении, в потоке психических явлений и поэтому сама по себе не может быть движущей силой всего механизма человеческой психики. Однако, с другой стороны, ученый не решился в своем труде подвергнуть сомнению вторую сторону детерминации психических явлений, т.е. обусловленность их деятельностью субъекта, т.к. в противном случае последний лишался бы воли.

    Центром, вокруг которого выстраивался дискурс гештальтпси-хологии, стало выработанное к тому времени физикой понятие динамического поля, в котором каждая отдельно взятая точка находится во взаимодействии со всеми остальными, в связи с чем изменения напряжения в одном из участков поля порождают тенденцию к устранению этого напряжения и восстановлению динамического равновесия во всей системе. Однако в отличие от прочих авторов, ориентирующихся на гештальтподход, Левин сосредоточил свое внимание не на перцептивных структурах, а на проблеме человеческих побуждений (мотивов деятельности), что и определило принципиальное своеобразие его трудов.

    Проблема мотивации до Левина стояла в психологии как бы особняком, не привлекая к себе существенного внимания. Однако именно в ней обнаружился большой запас плодотворных идей, которые и выявил Левин в своих работах. Психолог полагал, что мотивами человеческого поведения являются различного рода объекты (которые представляют собой участки так называемого жизненного пространства в их отношении к индивиду, испытывающему в них потребность) или, по выражению Левина, «квазипотребность-намерение». Автор считает, что детерминирующие поведение человека тенденции исходят не от самого субъекта (его внутренних, мировоззренческих посылок), а от предметов окружающей среды, которые вызывают в человеке стремление их потреблять.

    Вся система мотивов выстраивается у Левина в динамическое поле, представляющее собой не поле сознания, а поле поведения.

    Это поведение оказывается своеобразно детерминированным всем психическим полем как системой, находящейся как бы под постоянным напряжением, возникающим при нарушении равновесия между индивидом и средой. Усиление напряжения порождает в психике человека различного рода изменения, происходящие не только вовне, но и изнутри субъекта. Цель изменений — навсегда избавиться от напряжения.

    Исходя из данной идеи, Левин создал оригинальную психологическую методику, при помощи которой различались так называемые завершенные и незавершенные действия человека (о первых он мог уже не помнить, о вторых же воспоминания должны были сохраняться). В ходе проведенных с использованием данной методики экспериментов оказалось, что события, связанные с незавершенными действиями, запоминались человеком значительно лучше. Таким образом, Левин подтвердил свою догадку о наличии динамического напряжения в психологическом поле индивида.

    Занявшись дальнейшей разработкой идеи, автор пришел к выводу, что мотивационное напряжение психического поля может быть создано не только самим индивидом (что Левин называет квазипотребностью), но и другими людьми (которые ставят перед субъектом разного рода задачи). Таким образом, за мотивацией признается статус психического явления, а также одного из наиболее интересных предметов психологической науки.

    Подобные выводы открыли путь к новым методикам изучения мотивации, например на уровне целеполагания и стремлений личности. Наблюдения за динамикой психического поля дали возможность рассматривать уровень притязаний индивида, систему принятия решений и выбора средств для достижения целей, т.е. увидеть всю деятельность человека как некую структурированную целостность. Эти идеи Левин изложил в трудах «Динамическая теория личности» (1935), «Принципы топологической психологии» (1936).

    ЛИНДЕМАНН ЭРИХ.

    Эрих Линдеманн — немецко-американский психолог, родился 2 мая 1900 г. в Германии, там же получил образование. В 1927 г. переехал в США, где продолжил работу. С 1954 г. — профессор психиатрии Гарвардской медицинской школы, с 1965 г. — Стэнфорд-ского медицинского центра. Э. Линдеманн — специалист по проблемам социальной психиатрии. Основные его исследования касаются проблем психологии и психопатологии восприятия, психофармакологии, межличностной коммуникации (психологии общения), а также практики и теории психотерапии и психоанализа.

    В 1940-е гг. Линдеманн серьезно занялся изучением психологии эмоций, его прежде всего интересовала связь, возникающая между ситуацией-раздражителем и характером ответной эмоциональной реакции на нее со стороны нервной системы человека. Из всего многообразия эмоций, на которые способен любой психически здоровый человек, в качестве объекта для своего наблюдения Линдеманн выбрал эмоциональное состояние горя.

    Уже в 1944 г. он публикует одну из своих наиболее известных работ в этой области, которая называется «Симптомология острого горя и управление этим состоянием».

    В данной работе Эрих Линдеманн утверждает, что состояние острого горя представляет собой синдром с определенной психологической и соматической симптоматикой (т.е. набором характерных признаков), возникающий сразу же после какого-либо кризиса,

    чрезвычайной ситуации. Это состояние Линдеманн назвал синдромом горя. Наступление данного состояния может быть отсроченным, т.е. не проявляться сразу или, наоборот, проявляться в чрезмерно подчеркнутом виде.

    Он указывает на некоторые особенности протекания данного состояния, когда вместо типичного синдрома могут наблюдаться искаженные картины, каждая из которых представляет какой-нибудь особый аспект синдрома горя. Эти искаженные картины могут быть трансформированы в нормальную реакцию горя, сопровождающуюся разрешением при помощи специальных методов коррекционного воздействия.

    Линдеманн во время работы в Медицинском центре в течение нескольких лет наблюдал за поведением своих пациентов, среди которых были невротики, утратившие родственника в период лечения, родственники пациентов, умерших в клинике, жертвы стихийных бедствий, потерявшие близких, а также родственники военнослужащих. На основании проведенных наблюдений и экспериментальных исследований ему удалось описать точные симптомы, присущие состоянию нормального горя.

    Он выяснил также, что клиническая картина острого горя в большинстве случаев очень схожа у совершенно разных людей, она практически не зависит от тендерного и возрастного аспектов, от культурного уровня человека, его социального положения и т.д. Характерным является наличие как внешних (физических), так и внутренних (психических) проявлений, сопровождающих протекание данного состояния.

    По данным Линдеманна, синдром горя на телесном (соматическом) уровне характеризуется наличием периодических приступов физического страдания, спазмами в горле, припадками удушья с учащенным дыханием, постоянной потребностью вздохнуть — это нарушение дыхания особенно заметно, когда больной говорит о своем горе, наблюдается чувство пустоты в животе, потеря мышечной силы и общие для всех больных жалобы на потерю силы и истощение. На субъективном уровне — уровне душевного страдания — синдром горя проявляется как напряжение или душевная боль.

    Замечено, что очередной приступ наступает раньше обычного, если страдальцев кто-нибудь навещает, если им напоминают об умершем или выражают сочувствие. Наблюдается стремление любой ценой избавиться от синдрома, поэтому они отказываются от контактов, которые могут ускорить очередной приступ, и стараются избегать любых напоминаний о происшедшем.

    Линдеманн отмечал также, что при глубоком эмоциональном переживании могут наблюдаться изменения и расстройства сознания. Он описывает характерный случай, когда пациенту казалось, что он видит погибшую дочь, которая зовет его из телефонной будки. Он был так захвачен этой сценой, что перестал замечать окружающее, особенно же на него подействовала та ясность и отчетливость. с которой он услышал свое имя. Многих пациентов очень тревожат подобные проявления их реакции горя: им кажется, что они начинают сходить с ума.

    Еще один характерный признак — возникновение чувства вины. Линдеманн так описывает это в своей работе: «Человек, которого постигла утрата, пытается отыскать в событиях, предшествовавших смерти, доказательства того, что он не сделал для умершего того, что мог. Он обвиняет себя в невнимательности и преувеличивает значение своих малейших оплошностей».

    Исследователь отмечает, что у индивида, потерявшего близкого человека, часто может наблюдаться утрата теплоты в отношениях с другими людьми, тенденция разговаривать с ними с раздражением и злостью, желание, чтобы его вообще не беспокоили, причем все это сохраняется, несмотря на усиленные старания друзей и родных поддерживать с ним дружеские отношения.

    Таким образом, в описанном Линдеманном синдроме горя можно четко выделить пять характерных признаков — физическое страдание, поглощенность образом умершего, чувство вины, враждебные реакции и утрата моделей поведения.

    По мнению психолога, продолжительность реакции горя определяется тем, насколько успешно человек сможет самостоятельно выйти из состояния психологической зависимости от умершего и заново приспособиться к жизни, к окружающему, в котором необходимо строить новые отношения. Одно из самых больших препятствий, по утверждению Линдеманна, состоит в том, что многие люди пытаются избежать сильного страдания, связанного с переживанием горя, и уклониться от выражения эмоций, необходимого для этого переживания. Именно поэтому наблюдаются болезненные реакции горя, проявляющиеся в виде отсрочки реакции или в различного рода ее искажениях.

    Наблюдения Эриха Линдеманна показывают, что в известных пределах тип и острота реакции горя могут быть предсказаны. Так, у людей, склонных к навязчивым состояниям или ранее страдавших от депрессии, последняя скорее всего будет отличаться большей остротой, например женщина, потерявшая мужа, станет болезненней воспринимать смерть одного из родственников.

    Интересно еще одно наблюдение Линдеманна, связанное с наличием у человека способности предвосхищать реакции горя. Исследуя в первую очередь реакции на смерть близкого, он вскоре предположил, что реакции горя может быть также одним из видов реакций на разлуку. Он описывает, что был удивлен, когда обнаружил самые настоящие реакции горя у пациентов, перенесших не смерть близкого, а лишь разлуку с ним, связанную, например, с призывом сына, брата или отца в армию. Симптомы, возникающие при этом, до сих пор не рассматривались как определенный синдром. Э. Линдеманн назвал его синдромом предвосхищающего горя. Данные, полученные Эрихом Линдеманном, позволили совершить качественно новый скачок в области познания (изучения) высших нервных процессов. Его экспериментальные исследования и практические наблюдения внесли существенный вклад в развитие психологической науки в целом и психологии эмоций и психоанализа в частности.

    ЛИРИ ТИМОТИ.

    Тимоти Лири родился 22 октября 1920 г. в Спрингфилде, в США. Повинуясь желанию матери, он поступил в Иезуитский колледж, готовясь стать священником. Однако учеба в колледже не принесла Т. Лири ничего, кроме нелюбви к религии, и в 1939 г. он покинул колледж. По настоянию отца свое образование он продолжил в Вест-Пойнтской военной академии. Надо сказать, что военная служба привлекала его не больше, чем церковная. Но именно в академии он познакомился с восточной философией, книги по этой теме он читал на гауптвахте. Через полтора года Т. Лири покинул и это учебное заведение.

    В 1940 г. Т. Лири поступил в университет Алабамы, где изучал психологию Окончив университет, он получил степень бакалавра и активно занялся научной деятельностью. В 1950 г Лири защитил докторскую диссертацию.

    В 1956 г. вышла его работа «Уровни измерения межличностного поведения». В этой книге он заложил основы своей теории, на которой базировался созданный им знаменитый опросник. Т. Лири работал сотрудником, а затем и руководителем лаборатории психологических исследований в Окленде. Он был не только исследователем, но и практиком- в книге «Прогноз межличностного поведения в психотерапевтических группах» он предложил новые методы групповой терапии, в том числе разработал теорию коммуникативных игр Немаловажной причиной успешного взаимодействия личности с окружающими Т. Лири считал самоактуализацию и личностный рост Эти идеи перекликались с теориями Маслоу и Роджерса, опубликованными в то же время, однако были незаслуженно проигнорированы.

    В 1957 г. Т. Лири создал новую психодиагностическую методику. Он в то время работал в Гарварде, где и опубликовал статью, в которой привел опросник с интерпретацией, впоследствии названный «Инперсональный диагноз Лири». С помощью этого опросника можно выявить те качества личности, которые влияют на его взаимодействие с окружающими людьми. Автор предложил 128 тезисов, характеризующих человека с различных сторон. Испытуемый должен оценить, соответствуют ли ему данные высказывания.

    В числе предложенных тезисов были, например, такие: «производит впечатление на других», «умеет распоряжаться, приказывать», «портит людей чрезмерной добротой». Эти тезисы затрагивают 16 основных характеристик человеческой личности, которые, в свою очередь, определяют вариант межличностных отношений. Всего таких вариантов Т. Лири предложил 8: властно-лидирующий, независимо-доминирующий, прямолинейно-агрессивный, недоверчиво-скептический, покорно-застенчивый, зависимо-послушный, сотрудничающе-конвенциальный и ответственно-великодушный.

    Ценность опросника Лири состоит в том, что в результате выдается не конкретная характеристика личности, а круговая диаграмма, позволяющая увидеть преобладающий стиль межличностных отношений, а также все остальные тенденции. Не больше 8 положительных ответов на каждую группу тезисов, относящихся к одному варианту поведения, означают, что сложилась вполне гармоничная личность. Более высокие показатели означают появление конкретной поведенческой стратегии, а если оценка превышает 14 баллов, можно говорить о трудностях социальной адаптации такой личности. Проверка этого опросника другими методами показала его надежность, он был переведен на многие языки и использовался во многих странах мира.

    В 1960 г. в жизни Т. Лири произошло событие, оказавшее значительное влияние на его дальнейшую жизнь. Путешествуя по Мексике, он попробовал ядовитые грибы, иногда используемые аборигенами для совершения ритуалов, поскольку вызывают галлюцинации и изменения сознания. Он был в восторге от этого опыта, позже он писал: «За 4 часа я больше узнал о работе человеческого разума, чем за 15 лет профессиональной практики» Индейцы применяют такую практику очень редко, поэтому грибы не вызывают у них зависимости. Этот факт породил иллюзию о том, что применение ядовитых грибов безвредно и не влечет за собой появления зависимости. В итоге Т. Лири решил, что это средство можно активно применять для «расширения сознания»

    Вернувшись в Гарвард, Т Лири стал проводить эксперименты, изучая действие галлюциногенов на сознание, довольно скоро он пришел к необходимости использовать в опытах самый сильный из них — ЛСД В то время это вещество не было запрещено и широко использовалось многими психотерапевтами на практике Лири считал, что западная психология подробно описывает внешние проявления психики, не вникая в процессы, происходящие в сознании человека Сам он стремился восполнить этот пробел и основной задачей своей научной работы сделал исследование развития сознания.

    Лири считал, что ЛСД является своеобразным «витамином для мозга», поскольку позволяет значительно увеличить его возможности По его мнению, применение ЛСД и других психоактивных веществ позволит западному человеку достичь того, чего уже давно добились многие восточные мудрецы — просветления ума, и позволит полностью использовать способности, заложенные в генах каждого человека Несколько публикаций на эту тему, во-первых, спровоцировали запрещение этого препарата, а во-вторых, сделали Лири «психоделическим гуру» молодежи.

    Он стач действительно культовой фигурой для молодежи того времени, все уважающие себя бунтари стремились познакомиться с Т Лири Неудивительно, что из Гарварда он был уволен Его фраза «включайтесь, настраивайтесь и отпадайте» стала своеобразным лозунгом движения хиппи Популярность его достигла такого уровня, что в 1969 г он даже баллотировался на губернаторских выборах в Калифорнии, но избран не был.

    В феврале 1970 г , после того как в машине Лири был найден пепел от сигареты с марихуаной, он был осужден на 30 лет Через три месяца тюремного заключения его выкрали, и на некоторое время Т Лири совершенно исчез из поля зрения Он скрывался в Африке и Азии вместе с различными террористическими группами, а в 1973 г в Афганистане он был пойман специально высланной для этого спецгруппой.

    После отставки президента Никсона Т Лири был освобожден досрочно Он удалился от шумных городов, от людей и целиком посвятил себя исследованию сознания Он называл человека «куколкой, которая еще не превратилась в бабочку», считал, что индивидуальность человека, многообразие и независимость его мысли всячески подавляются Освобождение их, а также раскрытие всех возможностей человеческого разума Т Лири все также видел в использовании различных галлюциногенных препаратов. Наученный горьким опытом, он не публиковал свои размышления, а писал, что называется, «в стол».

    Однако неуемный характер ученого дал о себе знать В 1984 г У Гибсон выпустил свою технократическую антиутопию «Неоромантик», которая породила в стране движение киберпанк Лири присоединился к этому движению и скоро вместе с Гибсоном стал в его главе Он все также преследовал цель расширения возможностей человеческого разума, однако в качестве источника этого проповедовал «биомеханический синтез человека и компьютера».

    Заразившись новой идеей, Лири издал книгу «Инфопсихология», в которой описал безграничные возможности поиска новых реальностей, открываемые с помощью компьютера.

    Тимоти Лири умер 31 мая 1996 г В 2000 г один американский журнал назвал его величайшим мыслителем столетия, при этом многие до сих пор сомневаются, можно ли отнести его к числу ученых. Для большинства людей Тимоти Лири — это «психоделический гуру», человек, открывший для американской молодежи ЛСД. Скандальная слава этого человека привела к замалчиванию его заслуг во многих областях психологии. Сейчас многие проблемы, которые в свое время разрабатывал Лири, обычно связывают с именами других исследователей. Мало кто знает, что он создал знаменитый Инперсональный опросник, который до сих пор используется в ЦРУ и ФБР и переведен на многие языки, в том числе и на русский. К использованию галлюциногенных препаратов Т Лири пришел, пытаясь отыскать способ расширения возможностей сознания. После 1960 г эта задача стала определяющим направлением его работы Тимоти Лири был и гуру, и преступником, но прежде всего он был ученым. Сам он обычно говорил о себе так « каждый получает такого Тимоти Лири, какого заслуживает».

    ЛОМБРОЗО ЧЕЗАРЕ.

    Чезаре Ломброзо родился в Италии, в городе Верона 6 ноября 1835 г. В молодости Чезаре участвовал в движении за объединение страны, за что подвергся преследованиям и был заключен в крепость.

    Он учился в Турине, Вене и Париже, а также окончил университет города Павии. Во время учебы он заинтересовался психиатрией и с 1855 г. стал публиковать статьи по этой тематике, и в частности по кретинизму. В 1862 г. Ломброзо был назначен профессором психиатрии в Павийском университете, а затем — директором Клиники душевных заболеваний в Пезаро. К этому времени он стал уже пользоваться достаточной известностью в научно-медицинских кругах.

    В 1863 г вышла книга Ч. Ломброзо «Гениальность и помешательство». Основой для этой книги стали наблюдения ученого, проведенные в психиатрической клинике в Пезаро. Он изучал художественные произведения, создаваемые пациентами, выяснял основные темы, выбираемые ими для сюжетов своих произведений. Кроме того, он пытался выделить закономерности, по которым можно было бы определить, насколько душевно здоров человек, создавший то или иное произведение. В результате он пришел к выводу, что артистические наклонности достаточно часто проявляются при некоторых формах умопомешательства. Для того чтобы найти подтверждение своей теории, Ломброзо изучал биографии большого числа известных творческих людей. Так, например, он причислял к гениальным безумцам многих известнейших композиторов: Моцарта, Шумана, Бетховена, Генделя, Глюка.

    Таким образом, в своей книге Ломброзо выводит невропатическую теорию творчества. Основной мыслью этой теории является противопоставление творчества и нормальности. Гений обладает повышенной чувствительностью, он воспринимает многое из того, что незаметно обычным людям. Но, говорил Ч. Ломброзо, такой же впечатлительностью обладают и люди, страдающие психическими расстройствами. Незначительные события вызывают в одних великие открытия, а в других — неестественные реакции, поступки. Таким образом, невротизм и гениальность идут рука об руку.

    Также Ломброзо приводит и другие факторы, одинаково определяющие гениальность и помешательство. Одним из важнейших таких факторов является географический Анализируя биографии известных людей, он определил, что низинные страны с влажным климатом бедны гениями, им противоположны гористые местности, где гении рождаются значительно чаще.

    Погода также оказывает свое влияние на гениальных людей и невротиков. По мнению Ломброзо, число припадков, а также великих открытий максимально весной, летом из-за жары несколько уменьшается, зимой же это число минимально. Ученый также установил зависимость между этим показателем и колебаниями термометра и барометра: он тем больше, чем выше и резче поднимается столбик ртути и стрелка барометра. Для доказательства этих теорий Ломброзо привел высказывания многих великих, предпочитавших творить в тепле, а во время наступления холодов чувствовавших себя неуютно, в их числе были Наполеон, Байрон и Гейне, Шиллер и Мильтон.

    Своеобразную зависимость Ч. Ломброзо нашел и при изучении наследственности и национальности творческих людей: на первом месте по числу гениев и сумасшедших находится еврейская нация. Объяснение этому, по его мнению, состоит в следующем: евреи во все времена подвергались жестоким преследованиям, сыгравшим роль своеобразного естественного отбора, кроме того, среди представителей этой нации значительно высок общий уровень образования. В своей книге Ломброзо привел данные, по которым среди евреев 1 сумасшедший приходится на 384 человека, тогда как у католиков и протестантов этот показатель в пять раз ниже. Что касается наследственности, то тут автор считал, что именно она, а никак не воспитание влияет на наличие гениальности. В качестве примера он привел музыкальные семьи Палестрины, Моцарта, семью Баха, в которой насчитывается 8 поколений музыкантов, 57 человек из этой семьи пользовались популярностью.

    В 1876 г. Ломброзо стал руководителем кафедры судебной медицины и социальной гигиены Туринского университета. Основанием для этого стали его статьи, посвященные психологическим методам в криминалистике В том же 1876 г. Ломброзо выпустил книгу «Преступник», где описал свою теорию преступного склада личности. По его мнению, преступник отстает в своем развитии от развития нормального человека и не может сдерживать свое преступное поведение. Ч. Ломброзо считал, что криминальный тип личности зависит в основном от наследственных признаков и от вырождения.

    Ученый предпринял исследование преступников, особое внимание уделяя антропометрическим данным людей, которые он определял с помощью различных предметов, в том числе и краниогра-фа. В результате он нашел несколько признаков, по его мнению, свойственных преступникам. Он назвал их атавистическими признаками и считал, что они свидетельствуют не только о преступных наклонностях, но и об отставании в развитии. В числе прочих он признавал «атавистическими» такие черты, как сплющенный нос, низкий лоб, увеличенные челюсти и т.д

    Кроме внешних признаков, преступников отличает еще и характер, сходный у всех представителей отклоняющегося типа поведения. Их отличают дефекты нравственного чувства, бессердечие, легкомысленность и безразличие к общественному мнению, тщеславие и страсть к шумным развлечениям, кутежам и азартным играм.

    После этого исследования Ломброзо предпринял попытки изучить таким же образом представителей различных профессий. Эти исследования не увенчались таким же успехом, как изучение преступного типа. Тем не менее такой метод был воспринят с энтузиазмом и стал использоваться в различных государственных структурах.

    К началу 80-х гг. XIX в. Ч. Ломброзо стал уже главой образовавшейся на основе его теорий антропологической школы уголовного права. Вместе со своими учениками он вывел несколько типов прирожденного преступника, к их числу относятся и так называемые прирожденные проститутки. Их антисоциальность, по мнению Ломброзо, вызвана моральной порчей, которая явл